В интересах государства. Орден Надежды (СИ)

Мы с Ронцовым переглянулись. Ребятам мы ничего не рассказали о встрече с Великой княгиней. Решили, что афишировать ее протекцию пока рановато. Да и ребятам хотелось сделать сюрприз — сдавалось мне, что патронесса Аудиториума точно не обделит любимых студентиков весельем. А вот каким оно будет…
— Господа обучающиеся, внимание! — прогремел усиленный эхом огромного холла голос распорядителя. Галдеж понемногу стих, и голос продолжил. — Просьба входить учебными группами. Первыми идут первокурсники!
Самый большой зал Аудиториума, который студенты между собой называли “Бассейном” за вытянутую форму и сине-белую цветовую гамму убранства, распахнул перед нами двери. Вернее, их хотелось назвать воротами — до того огромными они были.
— Малыш, видишь что-нибудь? — Коля вставал на цыпочки, но никак не мог разглядеть, что творилось впереди. Я даже не стал пытаться — просто крепче держал руку Ирэн, чтобы не потеряться в возможной давке.
— Да черт его знает, — ухнул Рахманинов, крутя головой. — Вроде дыма какого-то напустили. Или облака… Ничего не разобрать.
Первые группы вошли внутрь, и наконец очередь дошла до нашей, самой маленькой на курсе. После гибели Княжичей и Афанасьева, да еще и вынужденного больничного Денисова нас осталось совсем мало. Только преподы радовались — теперь можно было уделять больше внимания каждому студенту. Чем они вовсю и пользовались.
— Ох ты ж боже мой! — воскликнула Ирэн, когда мы шагнули на синюю ковровую дорожку. — Какая красота!
— Это все точно настоящее? — Шедшая позади нас Грасс оглядывала пространство с нескрываемым скепсисом.
Здесь было чему удивиться и восхититься. Весь “Бассейн” превратили в настоящий зимний сад — не те оранжереи, что устраивали богатеи в своих домах, а настоящий сад, только окутанный снегом.
Все здесь выглядело волшебно — даже я засмотрелся. По обеим сторонам от ковровой дорожки выросли синие канадские ели, тут же рядом с ними цвели белоснежными хлопьями яблони, нежные розовые цветы вишни робко выглядывали из-за зеленеющих веток. А за ними, чуть дальше, благоухали лиловая сирень и жасмин.
Каждое дерево было украшено чем-то искристым — ветви сверкали яркими всполохами, словно были усыпаны блестками. А сверху на нас падал снег. Вот почему Малыш не смог ничего разглядеть — снежинок было так много, и они кружились в танце, погружая зал в сверкающий туман.
Температура здесь держалась комнатная, но лежавший на полу и ветвях елей снег не таял. Неужели все это было сотворено при помощи Благодати? И на какой специальности учат таким фокусам?
Ирка заложила локон за ухо и жадно разглядывала убранство.
— Боже мой, какая прелесть…
— Это ментальная работа или еще что-то?
— Это — самая сложная форма иллюзии, — восхищенно говорила моя подруга. — Многослойная динамическая трансляция — ее увидит всякий, кто обладает зрением. Это невероятно, просто запредельно сложно. И требует огромной силы. Меньше, чем со вторым рангом, нечего и пытаться…
Значит, вот какой сюрприз приготовила для нас Великая княгиня. Что ж, с ее возможностями и близостью к Великому Осколку и правда можно не заморачиваться на подготовку убранства мероприятия. Навел такую иллюзию — и все выпали в осадок.
Мы прошли дальше, и перед нами раскинулись ряды столов с вполне неиллюзорными лакомствами: маленькие тарталетки с икрой, канапе и бутербродики с различными деликатесами, салаты в малюсеньких, на зубок, корзиночках из теста… И бокалы с шампанским — в честь праздника нам разрешалось немного игристого.
Я подхватил два бокала и протянул один Ирке. Она с улыбкой приняла его и взяла меня под руку.
— Как красиво и романтично… Не думала, что для нас устроят что-то подобное.
Интересно, а у меня получилось бы навести подобную иллюзию наяву? Вроде ранг позволял, но я до конца не понимал порядка действий — все же искусству ментальных практик нас пока учили лишь поверхностно. Да и не факт, что Род даст силу на такие игрушки. Но попытаться стоило. Хотя бы ради того, чтобы еще раз увидеть, как загорелись глаза Ирины.
 
Пока остальные студенты потихоньку заходили и рассредотачивались по “Бассейну”, мы медленно прогуливались меж цветущих деревьев. Казалось, даже зал стал больше. Студентов было много, не менее пяти сотен, но никто не толкался, и среди этих волшебных зарослей даже можно было затеряться.
Ирэн поставила пустой бокал на столик и внимательно на меня уставилась.
— Ты помнишь о своем обещании?
— Про Новый год? Да, мы с Олей приедем. Я написал ей и дал команду готовиться к поездке в Лебяжье. А Сперанские все будут?
— Обещали. Я очень соскучилась по Боре и Поле. Так что нас там прилично наберется. Скучать не будем.
Я кивнул.
— Жаль, с Матильдой не свидимся.
— Это да… Я так жду летних каникул, чтобы поехать к ней в Букурешт. Если получится… — Ира робко подняла на меня глаза. — Ты поедешь со мной?
Я улыбнулся. Ирка всегда очаровательно краснела, когда дело доходило до выражения чувств. Внешне вся такая неприступная и сосредоточенная на деле, а копнешь глубже и увидишь мягкую натуру с нежным сердцем.
— Конечно, я хочу поехать, Ир. Только не знаю, как на это отреагирует твоя тетушка. Все же если мы поедем парой и без сопровождения… Могут возникнуть разные неловкости.
Подруга лишь отмахнулась.
— Разберемся. Главное — я получила твое согласие, — она приобняла меня, и мы отошли под сень цветущей яблони. — Мне очень не хватает наших осенних прогулок. Там, в Лебяжьем, не было лишних глаз и ушей, можно было спокойно… Ну, ты понял.
Для меня воспоминания о подготовке сейчас казались такими давними. С тех пор случилось столько всего, что, казалось, и прошлая жизнь была лишь сном. Но Ира была права — я на самом деле тоже скучал по размеренности и спокойствию Лебяжьего. По его понятному режиму, несгибаемому дворецкому Василию и веселому смеху тройняшек Сперанских.
Было бы здорово вернуться в это прошлое на каникулах.
— Пойдем танцевать! — Ирка потянула меня в центр зала, где, поднимая с пола искристый снег, кружились пары.
— Ты же знаешь, я в этом плох.
— Не зря же я тебя учила, — подначивала подруга. — Давай, Миш. Хуже, чем было в самом начале, точно не спляшешь.
Ладно, пусть это будет ее праздник. Ирэн так искренне радовалась этой внезапной вечеринке, что я не решился ей возражать. Пусть хотя бы сейчас насладится всей этой красотой.
Кружа ее в вальсе, я то и дело поглядывал по сторонам. В какой-то момент мне показалось, что я заметил знакомую фигуру Великой княгини на верхней галерее. Женщина наблюдала за празднеством сверху, как хозяйка торжества ждет подходящего момента для эффектного появления.
Но она так и не предстала перед нами — предпочла остаться в тени и наблюдать за радостью своих подопечных на расстоянии.
Отплясав с Ириной три танца, я слегка выдохся и направился к столу, где еще оставалось шампанское.
— Позволишь украсть твою даму?
Я обернулся и столкнулся лицом к лицу с Колей. Сперанский выглядел смущенным. Я бросил вопросительный взгляд на Ирку.
— Если дама не против, то благословляю вас на пляску.
Ирэн звонко расхохоталась, отпила из моего бокала пару глотков и с готовностью протянула руку Сперанскому.
— Ну давай, покажи, чему тебя учили гувернеры!
Они присоединились к танцующим, а я наконец-то смог перевести дух. Закинув в себя пару тарталеток и какие-то бутербродики на шпажках, оглянулся по сторонам в поисках более тихого места. Музыка лилась отовсюду — видимо, это тоже была тонкая иллюзия, но мне хотелось тишины.
Возле дверей я заметил распорядителя.
 
— Прошу прощения, — обратился я. — Дозволено ли выходить и возвращаться из зала?
— Разумеется, — благосклонно кивнул мужчина. — Перекуры и дела уборные никуда не денутся.
— Благодарю.
Едва я вышел в коридор, мне в глаза ударил яркий свет электрических ламп. В зале освещение приглушили, создав атмосферу волшебной ночи, и мои глаза отвыкли. Я зашипел и проморгался несколько секунд.