В интересах государства. Орден Надежды (СИ)

Ирка усмехнулась у меня в голове.
“Иногда ты меня невероятно бесишь, ты знаешь?”
“Вовсю работаю над тем, чтобы не давать тебе заскучать”.
Что у меня всегда получалось, так это технично съезжать с нежелательных тем полушутками. Чаще всего прокатывало как по маслу, хотя та же Ирка умела вцепиться так, что не отвертишься. Видать, у госпожи Штофф сегодня было хорошее настроение.
— Ребят, просьба есть, — прервала мое общение с Ирэн Анька. — Малышу не говорите. Он за меня вечно переживает. А я не хочу, чтобы он отвлекался. У него и так с учебой беда. Пусть готовится к аттестации.
За все это время я так и не понял, какие отношения связывали Малыша и Грасс. Порой они глядели друг на друга почти что влюбленными глазами, но я ни разу не видел их обжимающимися. Малыш как умел защищал ее от ошибок, а Анька… Анька пыталась научить Рахманинова быть хитрее. То и другое у обоих не получалось.
— Не скажу, — пообещал я. — Только и ты отоспись как следует. Главный подвиг ты уже совершила.
Грасс невесело усмехнулась, взглянула на меня и в этот момент споткнулась о валявшуюся на расчищенной дорожке ледышку. Денисов ловко ее подхватил.
— Осторожнее, мадемуазель.
— Галантничать изволите, сударь?
Денисов, казалось, слегка смутился.
— Я просто умею быть благодарным.
Мы как раз подошли к ступеням Домашнего корпуса. Уже давно стемнело, и на роскошном крыльце зажглась ночная иллюминация. В дополнение к ней здание украсили праздничными рождественскими огнями и фигурками. Сиявшие волшебным огнем елки, звезды, снежинки и прочие атрибуты зимних празднеств придавали этому месту ощущение уюта.
Со стороны Аудиториум и правда казался милым и приятным местом, а эта приверженность старомодным традициям лишь прибавляла вузу шарма. Но лишь со стороны. Я увидел происходящее с изнанки. И мне не понравилось.
Ирка встретила нас в одном лестничном пролете от этажа первокурсниц. Увидев бледность Грасс, моя подруга всерьез распереживалась.
— Господи, Аня! Что случилось?
Байкерша лишь отмахнулась.
— Немного не рассчитала силу. Я ж не Соколов, чтобы черпать из бездонной бочки. Но иногда об этом забываю, — виновато улыбнулась она, превосходно разыграв сожаление. — Ириш, мне бы поспать. Поможешь?
— Конечно.
Ирка напоследок наградила меня полным подозрений взглядом. Неужели хваленая женская интуиция все же давала ей поводы для сомнений? Но пусть так — ничего она от меня не добьется. По крайней мере до тех пор, пока я не распутаю хотя бы одну из частей клубка. А там, кто знает, может меня и вовсе уберут из Аудиториума.
Когда девчонки скрылись за углом на своем этаже, мы с Денисовым вернулись на свою половину.
— Соколов, ты выглядишь так, словно что-то понял или выяснил, — тихо сказал он, поднимаясь по лестнице.
— Пока не хочу торопиться с выводами. Нужно кое-что проверить.
Я взглянул на часы. После ужина еще успею смотаться в библиотеку. Пусть Денисов говорил, что перерыл там все, но наверняка он не пользовался услугами неодаренных секретарей. А я мог осторожно попросить биографии и фотографии нескольких дворян, среди которых будет и Зуров…
Вот и проверим, тот ли кабинетик я узнал в образах.
***
Черно-белый принтер выплюнул последний лист. Совсем еще зеленый секретарь в мундире со знаками отличия низшего чина осторожно утрамбовал стопку бумаги и протянул мне.
— Господин… Здесь есть небольшая заминочка…
— Я слушаю.
— Дело в том, что данная информация не относится к обязательной программе обучения. А за предоставление дополнительной информации, пусть и из открытых источников, взимается небольшая плата согласно пункту Устава…
Я взмахнул рукой, призывая секретаря остановиться.
— Я понял. Сумма?
— Двадцать копеек за услугу по поиску и информации в открытой базе и ее компиляции… И Десять копеек за бумагу и чернила, — любезно улыбнулся служащий. — Итого тридцать копеек.
Господи, а разговоров-то было!
— Для удобства учащихся мы предоставляем отсроченные платежи. Это означает, что все заказанные услуги записываются на ваш счет, а в конце семестра вы или ваша семья сможете оплатить все единоразово. Вас устроит такой вариант?
 
Ну еще бы.
— Разумеется, — кивнул я.
— И на чей счет записать услугу?
— На счет графа Денисова, пожалуйста, — широко улыбнулся я. Ничего, если Костя хочет поиграть в сыщика, пусть делает это за свой счет. Пусть его понты пойдут на благое дело.
Секретарь сделал пометку в компьютере, продублировал запись в огромном гроссбухе и даже поставил какую-то печать. А затем, преисполненный гордости за выполненную работу, протянул мне листы.
— Милости прошу, господин. Желаете изучить материалы в читальном зале?
Я оглядел помещение библиотеки. Было уже поздновато для научных изысканий, и лампы горели всего возле пяти столов.
— Да, благодарю.
Согнув листы вдвое, я направился к дальнему столу, расположенному так, что сидящий в углу мог обозревать все пространство, а сбоку или сзади подойти было попросту невозможно. Чертова паранойя начала проявляться во мне даже в таких мелочах.
Потянув цепочку зеленой лампы, я устроился за столом и для вида разложил все распечатки. На деле мне нужна была только одна — с информацией о роде Зуровых в целом и краткой биографией и фотоснимком самого Павла Антиоховича.
Зуровы — древний русский дворянский род.
Род внесён в VI часть родословной книги Тверской и Новгородской губерний.
Родоначальник помещик Вологодского уезда Иван Зуров († 1670). В Боярской книге в 1692 году записан его сын, московский дворянин, помещик Вологодского (1670) и Тверского (1675–1684) уездов Михаил Иванович Зуров († 1735).
Я пропустил описание герба и перешел к перечню известных представителей рода:
Зуров Антиох Владимирович (1765–1809) — герой Константинопольской битвы, награжден Осколком (1799) с правом родового наследования.
Зуров Елпидифор Антиохович (1798–1871) — сенатор, генерал-майор, Тульский губернатор.
Зуров Александр Елпидифорович (1837–1902) — генерал-лейтенант, Петропольский градоначальник.
Зурова Мария Александровна (1862–1918) — фрейлина.
Зуров Павел Антиохович (1803–1887) — генерал-майор, генерал-лейтенант.
Зуров Николай Павлович (1955) — сенатор
Зуров Павел Антиохович (1980) — Советник ректора Петропольского Аудиториума Магико по вопросам Вступительных испытаний.
Да уж, род влиятельный. И в армии отличились, и в Сенате посидели, и даже одну из дочерей фрейлиной пристроили. Наш Павел Антиохович на фоне именитых предков смотрелся даже как-то скромненько.
Но это лишь на первый взгляд.
Если верить Зурову и Корфу, то Антиохович сам вышел на Корфа и пожелал содействовать деятельности Тайного отделения. Именно Зуров поспособствовал тому, чтобы я прошел испытания — и не просто прошел, а как следует запомнил, что на них происходило. А после того, как я переехал на Каменный остров, Зуров ни разу не объявился.
И это логично — стационарное рабочее место Антиоховича было на Полигоне. Полагаю, сюда он заявлялся далеко не каждый день. А раз так, то логично, что Денисов не смог его высмотреть — сложно узнать того, кого нет.
Пока складывалось. Но мне не давала покоя другая дилемма.
Если именно Зуров писал записки Меншикову и Денисову от имени Темной Аспиды, то какого черта ему сотрудничать с Корфом?
 
Вариант первый — записки — это подстава. Но для чего? Убрать Меншикова и остальных? Да кому они нужны? Да, вредные сволочи, но убивать-то зачем?
Вариант второй — Зуров действительно был связан с Темной Аспидой. И тогда резонный вопрос — на кой черт он пошел к Корфу? Хотел сдать кого-то из своих? Или пытался выведать что-то у Тайного отделения в интересах Аспиды?