Игра в лево - право (ЛП)
АШ: Ха, хорошо. Вот и готов заголовок для следующего репортажа: "Роб Гатхард покоряет Лондон".
Роб: Не думаю, что люди захотят это слушать.
АШ: Ну не знаю. Мне кажется, слушатели найдутся. Или ты боишься, что Лондон тебе всё-таки понравится?
Роб: Ха, Джуниор бы мне все уши потом прожужжал.
АШ: Это точно. Погоди... кто?
Роб: Мой сын не позволил бы мне забыть об этом. Он обожал города.
Я бросила взгляд на кромешный тёмный лес и внезапно вспомнила о своём прибытии в Финикс, штат Аризона всего пятью днями ранее.
Вспомнила свою первую встречу с Робом Гатхардом, при которой рассказал о своей жизни, поведал мне свою краткую биографию. Я не настаивала на подробных деталях, желая услышать историю его словами и предполагала, что услышу новые подробности в время поездки. Но после четырёх дней интриг, ужасов и нескончаемого стресса у меня не было на это времени. Честно говоря, только сейчас я осознаю, как мало мы успели обсудить на первом интервью и сколько личного он смог утаить. Я не знала имён его бывших жен — или вообще хоть кого-нибудь, кто не принимал непосредственного участия в его работе с паранормальными явлениями.
Например, я не знала, что имя его сына — Джуниор. Обычно это слово используется в качестве общего прозвища для ребенка, но оно также может означать что-то более конкретное.
АШ: У вас с сыном одинаковое имя?
Роб удивился и повернулся ко мне.
Роб: Ну да, разве я не гово...
Лилит: Берегись!
Роб резко обернулся на дорогу и затормозил. Нечто в мгновение ока пересекло проезжую часть слева направо и скрылось за лесной опушкой. Наряду с гудением двигателя был слышен удаляющийся стук и шелест листьев.
АШ: Что это было? Олень?
Роб: Похоже на то.
Лилит: Он появился прямо со стороны обрыва, в чём смысл?
Роб: Олени вообще очень умные.
АШ: Поехали уже, это всего лишь…
Меня прервал вновь раздавшийся посторонний гул, исходящий из леса по правую сторону от дороги.
Лилит: Что за звуки?
Роб: Не будем выяснять.
Роб нажал на газ. Но не прошло и пяти секунд, как он снова надавил на тормоз: прямо перед нами из леса выскочила группа из трёх — четырех оленей. Сзади ещё несколько оленей врезались в резко затормозивший джип.
Пока Роб пытался снова завести машину, я посмотрела в сторону леса и поняла, что это был за грохот. Громоподобный топот сотен копыт. Они стучали по подлесью, перемалывая камни и ветки. В одну секунду тишина леса разразилась страшным рокотом: непрерывный табун бешеных оленей вырвался из-за деревьев.
Роб собирался нас успокоить, но не успел.
Дорогу наводнила стая бегущих оленей — непрерывный поток полностью заслонил свет фар. Лилит отскочила от пассажирской двери. Вранглер содрогался от глухих ударов. Несущиеся олени, не имея пространства для манёвра, врезались головами в бок джипа. Один небольшой олень вырвался из леса и врезался в тёмно-зеленый металл прямо под моим окном с такой силой, что дрогнуло стекло. Кажется, я услышала, как сломалась его шея.
Те олени, которые промчались мимо нашей машины, кончили немногим лучше. Стадный инстинкт вынуждал бежать всех и каждого, я могла лишь наблюдать, как они ныряли прямо в обрыв. Бесчисленные тела исчезали в темноте. Я могла лишь предположить, что было на дне братской могилы: там росла огромная куча изломанных и изувеченных тел.
Лилит: Роб, вытащи нас отсюда!
Роб: Мы не пройдём, лучше не высовывайся!
Блюджей: Какого хрена?! Кто-нибудь, помогите!
Блюджей была в ужасе. Вранглер принимал на себя сотни ударов со стороны отчаянных существ, но до сих пор оставался на колесах. Когда я оглянулась в сторону Блюджей, то увидела совершенно другую картину. Машина стояла под углом, и стадо оленей общими силами толкало её к обрыву. Было хорошо видно пассажирскую сторону: она была пронизана красными пятнами и глубокими вмятинами. Олени проносились мимо, неуклюже карабкаясь по капоту и разбивая двери машины.
Блюджей вопила в рацию, закрыв глаза руками. Тем временем одна из передних шин её автомобиля сошла дороги и машина села дном на край обрыва. К счастью для Блюджей, когда я снова посмотрела на лес, то обнаружила, что в нём уже почти никого не осталось. Поток оленей сильно поредел, и последние из них выбегали из-за деревьев и пересекали через дорогу: положение в конце стада обеспечило им достаточно места для манёвра вокруг конвоя.
Роб: Паромщик — Блюджей. Срочно вылазь из машины, у нас мало времени.
Блюджей: Что это была за хуйня? Что за…
Роб: Это было всего лишь стадо оленей, Блюджей, но они неслись довольно резво, и я бы не хотел встретить того, от кого они удирали. У нас нет времени возвращать твою машину на дорогу, иди сюда сейчас же!
По радио были слышны лишь помехи и жадные вдохи, с которыми Блюджей судорожно хватала воздух.
Роб: Вот чёрт. Вы двое — оставайтесь в машине. Лилит, дай мне ружьё. Хватит с меня рисков.
Лилит быстро нашла ружьё и передала его Робу. Схватив несколько дополнительных патронов из бардачка, Роб вылез и хлопнул дверью, шагая по грязи к разбитой машине Блюджей. Я перебралась в заднюю часть Вранглера, разворошив кучу пустых канистр и пытаясь разглядеть, что происходит.
Почти титаническим усилием Роб открыл пассажирскую дверь и протянул Блюджей руку. Я наблюдала, как она расстегнула ремень безопасности, вылезла без посторонней помощи и сразу же бросилась со слезами на грудь Роба, сжав кулаки. Она была расстроенной, напуганной и очень, очень злой.
Роб стоял, обняв её. Пока она рыдала, выпуская на волю всю свою обиду и ужас, Роб пытался её успокоить.
Лилит: Давай же, Блюджей, нам пора двигаться.
Лилит шёпотом умоляла Блюджей поскорее прийти в себя. Я наблюдала и молча разделяла её нетерпение. Вдруг что-то бросилось мне в глаза, что-то вдалеке, позади Лилит. Оно медленно пробиралось сквозь деревья. Я перебралась в переднюю часть автомобиля, чтобы воспользоваться рацией.
АШ: Роб, вернись. В лесу что-то есть.
Услышав предупреждение, Роб повернулся сначала ко мне, а потом — в сторону леса, откуда бледный силуэт продвигался в их сторону. Когда существо на секунду появилось в просвете между стволами деревьев, я успела разглядеть, что оно было совсем небольшим и совсем истощённым и передвигалось на всех четырёх конечностях.
Оно остановилось у обочины по другую сторону дороги от Роба и Блюджей, и в густой тени деревьев его трудно было рассмотреть. Блюджей отцепилась от Роба, достала из рюкзака налобный фонарь, после чего дрожащими руками медленно направила его на существо и щёлкнула переключателем.
Открывшийся вид не поддавался никакому объяснению. Луч фонаря мгновенно осветил исхудавшее тело ребёнка. На вид ему было едва больше года. Мертвенно-бледная кожа была покрыта грязью и плотно обтягивала его хрупкие кости. Он смотрел на Блюджей, прикрыв глаза рукой от яркого светодиодного света.
Лилит: Боже, что с ним происходит?
У меня возник тот же вопрос. Я прикрыла рот рукой, когда увидела, как ребёнок начал преображаться, продвигаясь сквозь свет. Форма его тела менялась с каждым движением. Конечности увеличивались резкими рывками, за раз прибавляя в длине по несколько сантиметров. Всё, на что попадал луч света, росло с гротескной быстротой, как будто ребёнок старел на наших глазах.
Издав мучительный вой, существо бросилось к Блюджей и вышибло фонарь у неё из рук. Блюджей завопила от шока и боли, схватившись за руку. Ребёнок выглядел так, будто повзрослел на три года за считанные секунды. Даже в темноте, после того, как её фонарь разбился о землю, я могла разглядеть, что Блюджей была парализована животным ужасом.
Роб не стал медлить. Он схватил Блюджей под мышки и повёл под свет фар её автомобиля. Существо было потянулось за ними, но, как только его рука попала под свет, тут же одёрнулось. В его глазах появились слёзы. Пальцы поражённой руки постарели сильнее, чем остальное тело.