Игра в лево - право (ЛП)

Роб: Чёрт, они слишком далеко.
Роб вернулся от Вранглера, быстро распуская длинный моток голубого альпинистского троса. Я не раз видела его в кузове машины, но мне и в голову не приходило, что когда-нибудь он пригодится.
Роб продел конец троса в карабин и закрепил тугим узлом. Держа его в руке, он закричал Лилит и Еве.
Роб: Так, слушайте, у нас всего одна попытка. Я бросаю вам крюк, а вы ловите его и натягиваете, ясно? Потом цепляете крюк за что-нибудь и лезете к нам по тросу. Только не навернитесь. Лады?
Лилит побледнела. Она кивнула, а затем поднялась на ноги и встала на заднем краю крыши. Ева наблюдала, обхватив колени руками.
Роб: Ладно, была не была.
Роб начал раскручивать трос над головой. Широкий волнообразный круг разом выровнялся под весом карабина. Я инстинктивно вжимала голову в плечи, когда трос проносился над моей головой, вращаясь всё быстрее и быстрее. Сжав зубы и покраснев от натуги, Роб одним мощным броском метнул трос, и тот, словно леска удочки, описал дугу в воздухе в направлении протянутых рук Лилит.
Я следила, как он пролетает перед ней, и как блики солнца играют на карабине, пока он стремительно летит вниз.
Она поймала трос и крепко ухватилась за него дрожащими руками.
Несмотря на эту победу, лицо Лилит внезапно исказилось от захлестнувшей её паники. Она держала трос высоко над головой, дико таращась на асфальт между машиной и нами. Я проследила за её взглядом и обмерла. Она поймала трос, но не натянула его достаточно быстро.
Хоть Роб всё ещё держал свой конец троса над головой, он имел слишком большой запас, когда упал в руки Лилит. Трос превратился в вялую дугу, нижний край которой коснулся асфальта. Несколько драгоценных секунд — и Лилит уже не могла свободно тянуть трос. Он уходил под землю. Верёвка начала выскальзывать сквозь пальцы Роба, и ему пришлось её бросить.
Роб: Чёрт! Ладно... Что бы ещё найти. Что-то, чтобы положить на асфальт.
АШ: Пустые канистры? Они могли бы насту...
Роб: Слишком ненадёжно, и пришлось бы бросать их очень уж метко. Ладно... ладно.
Дорога уже претендовала на добрую половину машины, сожрав номерной знак и утягивая её всё глубже и глубже. Лилит беспомощно наблюдала, как мы совещаемся, Ева тонула в слезах позади неё.
Клайд: Мы можем взять подстилку.
Роб: У нас нету такой, которая тянется.
АШ: А как насчёт...
Аполлон: Я пойду.
Заявление Аполлона застало нас врасплох. Повернувшись, я отметила полную прямоты и силы уверенность в его позе.
Аполлон: Они долго не протянут. Есть одно короткое мгновение перед тем, как дорога за тебя берётся, поэтому они заехали так далеко прежде, чем встали. Я проеду к ним, они прыгнут на мою машину и мы вместе выкарабкаемся обратно по верёвке.
Роб: Нет у меня больше никаких верёвок.
Аполлон: Но у тебя ведь есть лебёдка, так? Если я поеду, держа трос на коленях, он точно не провиснет. Потом я зацеплю крюк за свой верхний багажник и мы свалим оттуда нахрен.
Роб: Твоя машина подходит лучше всего. Но за руль сяду я.
Аполлон: Тебе нужно сидеть на лебёдке. А Бонни и Клайд не смогут выкарабкаться обратно по тросу.
АШ: А я? Я легче, мне будет гораздо проще.
Аполлон: Но ты не сможешь помочь им перебраться на мою крышу. Мы зря тратим время, ты ведь знаешь, что это хорошая идея.
Роб замер на миг, изо всех сил стараясь придумать лучшее решение.
Роб: Лучше бы тебе вернуться оттуда, Аполлон.
Аполлон: Даже не думай там прохлаждаться, Роб.
Аполлон ухмыльнулся и со всех ног рванул к своему Роверу. Роб, не теряя ни секунды, подбежал к лебёдке, переключил её в ручной режим и стал разматывать, сбрасывая наземь новую и новую порцию высокопрочного автомобильного троса.
Я повернулась к Лилит.
АШ: Лилит, ты всё слышала?
Лилит прижалась к Еве, пытаясь утешить её, в то время как фары их машины уже исчезали в асфальтовой бездне. Услышав меня, она резко обернулась.
 
Лилит: Что... В чём дело?
АШ: Аполлон идёт к вам. Вам нужно будет перепрыгнуть на его машину и выбраться по верёвке, поняла?
Лилит: ...Поняла!
Она поспешила обратно к Еве, взяла её за плечо и объяснила наш план.
Роб: Ладно, должно хватить.
Роб слез с капота Вранглера. Он вывел кабель лебёдки через раму для фар на крыше, убедившись, что расстояния до земли хватит на пути туда и, что ещё более важно, на пути обратно по кабелю. Другой конец кабеля уже торчал из бокового окна машины Аполлона, со стороны водителя.
Бонни и Клайд помогали выбрасывать вещи из багажника Аполлона на дорогу за машиной. Чем меньше он вёз с собой в эту рискованную поездку — тем лучше.
Роб: Всё готово.
Аполлон: Отлично. Увидимся на той стороне, Роб.
Аполлон вдавил педаль газа. Рэндж-Ровер рванул вперёд и быстро разогнался до предельной скорости. Под рёв двигателя он пролетел левый поворот и помчался по участку дороги к Лилит и Еве. У него были считанные секунды, чтобы пересечь этот участок и приблизиться к двум напуганным до смерти девушкам. Кабель струился из окна — и вдруг резко натянулся.
Аполлона швырнуло вперёд — машина бескомпромиссно встала в каком-нибудь метре от Лилит и Евы. Выглядело жёстко, однако Аполлон каким-то образом сумел сохранить и кабель, и — что совсем уж немыслимо — своё чувство юмора.
Аполлон: Вряд ли моя страховка такое покрывает.
Неуклюже, всё ещё ощущая на себе последствия резкой остановки, Аполлон рывком открыл дверь и начал выбираться из машины.
Аполлон: Натяни потуже, Роб!
Не сводя глаз с Аполлона, я услышала механический гул ожившей лебёдки. Выбравшись на крышу машины, Аполлон прицепил крюк на конце кабеля к одной из поперечных балок верхнего багажника и надёжно закрепил. Через пару мгновений кабель туго натянулся.
Аполлон сошёл на капот своей машины, протянув руки к девушкам. Прыгать было недалеко, но высоко: багажник их машины уже тонул в дорожном покрытии.
Аполлон: Так, давайте, я вас поймаю, надо спешить.
Лилит поднялась на ноги, помогла Еве, и обе встали на быстро исчезающий багажник.
Лилит: Так... Ладно...
Лилит с визгом прыгнула к Аполлону. Та нога, что была впереди, приземлилась на капот его машины, но вот вторая осталась болтаться в воздухе. Аполлон схватил её за руки и затащил на машину, прижав к себе, пока она пыталась найти опору в гладком металле капота. Как только Лилит приняла устойчивое положение, он дал ей забраться на крышу, откуда она немедля уставилась на Еву.
Аполлон: Видишь, Ева, ничего такого. Давай.
Руки Евы дрожали, она отступила, обдумывая прыжок. Борясь с воплем собственного инстинкта самосохранения, Ева встала на край багажника и с визгом прыгнула. Носок её ступни оторвался от багажника за жалкую секунду до того, как он потонул в мутной, смолистой черноте дорожного покрытия.
Ева недопрыгнула лишь чуть-чуть. Одна её рука, судорожно пытаясь уцепиться хоть за что-то, достигла руки Аполлона, в то время как её ноги били и скребли по решётке радиатора, пытаясь нащупать какую-нибудь точку опоры. Приземление Евы дёрнуло Аполлона в сторону, а неожиданно приложенный вес её тела совсем вывел его из равновесия. За секунду, заставившую кровь застыть в жилах, когда Аполлон подтягивал Еву к груди, обхватив её своей рукой, его центр тяжести вышел за край капота.
Падение длилось целую жизнь. В объятиях друг друга Аполлон и Ева неумолимо приближались к выжидающему, ненасытному дорожному полотну. За долю секунды до того, как упасть, Аполлон использовал последний дюйм опоры, чтобы придать себе вращение. Поворот продолжился в падении, и теперь Ева смотрела на дорогу, а Аполлон — в светлую синь неба. Одним последним усилием Аполлон оттолкнул талию Евы от себя и поднял её на вытянутых руках.