Сыграем на любовь (СИ)

— Фёдор Иванович? — Сеня смотрел на хмурого босса. — Нужна помощь?
— Нет, — ответил Карелин. — Ерунда. Лиля совсем от рук отбилась. Поехали. Думаю, это всё.
— Что всё? — полюбопытствовал водитель.
— Свидание закончено. Лиля сейчас успокоится со своими играми, с минуты на минуту позвонит Паше, отчалит домой. И нам пора.
Сеня решительно ничего не понимал. А Фёдор Иванович тем временем направлялся к машине, ничуть не сомневаясь, тюфяки не по вкусу дочери. Если, конечно, но это было практически невозможно, его девочка не влюбилась.
***
Петя смотрел в потолок, не мигая. Аж глаза заслезились. Не так он представлял свидание. Совсем не так. Но… и этого не отнять, в случившемся был и огромный плюс: его голова покоилась на Лилиных коленях, а её нежные пальцы держали салфетку у разбитого носа.
Петя пострадал впервые со школьных лет. Драки и разборки остались на дворе сто восьмидесятой, за гаражами, в коридорах — повзрослевший Петя предпочитал общаться не кулаками, а словами.
— Больно, наверно, — посочувствовала Лиля, убрала салфетку, подула на нос.
— Жить буду, — ответил он.
— Конечно. Куда ты денешься? Не сломан, поболит и перестанет.
— Какая ты заботливая.
— А ты девчонка, плакаться?
— Я вообще не жаловался, — приподнялся.
— Лежи-лежи.
Он был не против. Лежать на Лилиных коленях ему очень даже нравилось.
— Вообще-то это я виновата, — призналась она притихшим голосом. — Хотела посмотреть на твои рыцарские способности.
— Как видишь, рыцарь из меня никакой. Я даже не врезал твоему обидчику.
— Зато эпично упал, — улыбнулась.
— И в чём радость? — недовольно поинтересовался Петя.
— В том, что ты всего лишь повредил нос, а не остался, к примеру, без глаза.
— Да я счастливчик!
— Вообще-то да! Женская нога — грозное оружие, — Лиля была серьёзна.
Петя ухмыльнулся.
— А главное! Мой обидчик позорно ушёл! Ты ведь так грозно размахивал руками… — засмеялась.
— Смейся, смейся, — пробубнил Петя, про себя отмечая, что ничуточки не жалеет о своей оплошности. Пускай, выглядел он глупо, пускай, споткнулся совершенно нелепым образом — запнулся о собственный ботинок на ровном месте, из-за эмоций, конечно. Хотел произвести впечатление на Лилю серьёзным разговором с мужиком в хорошем пальто, и напоролся на чужой сапог. Итогом он остался доволен. Они с Лилей даже будто бы стали ближе. По крайней мере, Петя очень хотел в это верить. Улыбнулся.
— Ну что, не рыцарь, я считаю, что в словесной перепалке, ты одержал победу, — Лиля заёрзала.
Петя, поняв намёк, нехотя поднялся.
— У меня ноги начали затекать. Извини.
— Нормально. Я сам разлёгся как на курорте. А про победу ты зря. Оппонент вообще молчал.
Карелина припомнила лицо обалдевшего отца от сыпавшихся на него приличных, но обидных слов, и улыбнулась. Однако, её губы быстро сжались в две полоски: Лиля поняла, что, наверно всё же перегнула палку со своей местью. Петя мог серьёзно пострадать. Никто не знал, конечно, что бизнесмен окажется специалистом по падению, но виновата в произошедшем была именно она.
«И надо же было не только упасть, но и схватиться за ногу актрисы и получить той самой ногой по лицу… — сокрушалась Лиля. — Н-да…. Такого свидания у меня точно ещё никогда не было».
Все эти мысли пролетали в голове Карелиной, пока они с Петей, вновь на ногах, смотрели друг на друга и по привычке молчали.
Лилино сердце забилось тревожно быстро, Петино отбивало чечётку. Забыв о торте, парочка вышла из кафе. Петя и Лиля едва касались локтями, пока шли по дорожке. Случайно соприкоснулись руками, блуждая по деревне. А потом говорили много и охотно обо всём на свете.
Расставались нехотя, обменялись телефонами, пообещали друг другу созвониться вечером, уже дома.
Лиля ждала свою Девочку, «Бентли», ловила снежинки и радовалась снегу, а Петя бодрым шагом направлялся к остановке, строчил сообщения и радовался знакомству с Лилей.
«Отлично погуляли. Повторим? Кажется, судьба не против».
«Повторим, но теперь давай на твоей территории».
 
Петя напрягся и сразу перевёл всё в шутку:
«Жизнь бизнесмена скучна до невозможности. Давай лучше снова к тебе, в деревню».
Лиля уже успела уволить девушку с сапогом, распустить актёров и поблагодарить за помощь. Она надеялась, что деревня больше не понадобится и представляла, как они с Петей гуляют по Невскому, как он показывает свой офис. Затем дом. Быстро написала:
«Вряд ли скучнее, чем моя. Или ты чего-то боишься?»
«Ничего я не боюсь!»
«Тогда встретимся завтра у тебя? Или ты занят?»
«Встретимся».
«Жду адрес. Можешь за мной не заезжать, я сама приеду».
«Хорошо. Но наша прогулка будет сюрпризом, договорились?»
«Обожаю сюрпризы!»
«Адрес скину позже».
Лиля от радости пела, садясь в машину. Глупо улыбалась, пялясь в окно.
Петя бежал к остановке и хмуро набирал Антоху. Он нуждался в срочной идее. Куда вести Лилю? Что показывать?
ЧТО ЕМУ ПРИДУМАТЬ?!
***
Друг уплетал котлеты. Петю встретила Анька. Пояснила, что Галина Владимировна плохо себя чувствует. Давление. С ней такое случалось, особенно, под вечер. Особенно, когда стояла долго у плиты. А готовить она любила с юных лет. Об этом все знали. Антоха сам рассказывал, когда после универа приглашал попить пивко или сыграть в старый-добрый «Мортал Комбат» Петю и других ребят. Связи с большинством парней не сохранились. Разошлись пути-дорожки после первого же курса. Бывает.
Аня проводила на кухню. Антон сразу указал на стол.
— Поешь. А то мама обидится, если увидит, что хоть что-то осталось.
— Спрячь, — предложил Петя, но на табурет опустился. Долгая прогулка с Лилей и продолжительный путь из пригорода разбудили нешуточный аппетит.
— Нет. Прятать не вариант, — хмыкнул Антоха. — К маме должна была подруга заехать. Она и наготовила. Одних пирогов два вида напекла. А подруга взяла, да в последний момент передумала. Метель, а она живёт неблизко.
— Наверно, поэтому у Галины Владимировны давление и поднялось, — сказала Аня, нацеливаясь на озвученные пироги, стоявшие в середине стола. — Я ей только что лекарство давала.
— Ага. Сбежала от меня, — пояснил Антоха. — Оставила одного наедине с вкуснятиной.
— А тебе не вредно. Ты очень худой. Надо бы побольше есть, — заметила Аня.
— А тебе надо меньше есть, — брякнул Тоха.
Аня вцепилась в самый большой кусок с капустой и показательно зачавкала.
— Не обижайся, Анют. Но твои крошки в кровати надоели.
— Ты свои считал? — спросила Аня.
— Будем крошками меряться?
— Будем спасать твою маму от расстройства. Жуй!
Оба продолжили есть, взглядами предлагая гостю присоединиться.
Петя не стал ждать уговоров и поднялся с места за тарелкой.
— Сиди. Я подам, — велела Аня и тут же уточнила. — Есть ещё рассольник. Будешь? А под котлеты пюре и тушёные овощи. Ты что выберешь?
— Без разницы. Можно немного того и другого. Но суп не хочу.
— И хорошо. Он пересоленный.
— Анюта! — укорил тоном Антон.
— Это правда, Тош. Рассольник должен быть солёным, но не чересчур.
— Не обижай мою маму.
— Не трави своего друга.
— Говорит та, что вечно всё пересаливает.
— Тош, я учусь.
— Я знаю.
Их долгий поцелуй заставил Петю высказать свою только-только оформленную, но уже кажущуюся самой правильной, фразу:
– Фу-у-х. Вы не идеальны. А то я уже испугался.
— Мы люди, — философски изрекла Аня. — Вот и всё. — А твоя пастушка идеальна или как?
— Она хорошая, — удивил простотой слов Петя.
 
— Сомневаюсь. Я помню, как ты свою Ксюху расписывал. Там эндорфинами пахло так, что хоть нос затыкай. Не пошло?
— Всё пошло, Тох. Но мне нужна помощь.
— А, по-моему, кто-то под впечатлением от встречи, — поочерёдно подмигнула парням Анька.