Последний козырь
С тех пор как Алехин познакомился с этим делом, у него не выходил из головы последний таинственный клиент подпольного миллионера, купивший у того самую большую партию брильянтов. Уж очень хотелось Евгению проявить себя на чем-нибудь значительном и, если не поймать, то хотя бы узнать, кто же такой этот человек. Ведь именно он первым обратил внимание на пригородный железнодорожный билет, выпавший из записной книжки Мерцалова. Вот и стал теперь Алехин почти ежедневно после работы ездить по всем трем станциям второй зоны той дороги, в кассе которой был куплен Мерцаловым билет.
Он выходил на каждой из этих станций и знакомился с предприятиями и учреждениями, расположенными неподалеку от нее. Интересовали его и люди. Евгений даже познакомился кое с кем. Во время этих-то поездок, предпринятых по собственной инициативе, он и увидел впервые Веру, возвращавшуюся из института на свою дачу в поселке Березовском. Увидел и потерял голову и ничего уже не мог с собой поделать, думая теперь о ней больше, чем о таинственном клиенте Мерцалова, на след которого, конечно, так и не напал…
Размышляя обо всем этом, Евгений все ближе подходит к домику Анатолия Тихонова. А когда до него остается каких-нибудь полтораста метров, он лезет зачем-то в карман пиджака и обнаруживает вдруг, что там нет бумажника… Остановившись, судорожно ощупывает Евгений все карманы. Бумажника нет нигде!
"Куда же он девался?.. — проносятся тревожные мысли. — Когда садился в поезд, был ведь. Это я точно помню. Неужели потерял?.. Быть этого не может! Никогда не случалось такого… Значит, стащили! У выхода на Березовской было очень тесно. Особенно в тамбуре. А тут еще нужно было пропустить вперед Веру. Но что же находилось в бумажнике?.."
Еще раз инстинктивным движением проверяет он внутренний левый карман пиджака, в котором, зашпиленные булавкой, лежат комсомольский билет и удостоверение личности. Там все на месте.
"И все же, что было в бумажнике? Зарплата!.. Ведь только сегодня получил ее. Наверно, еще членский билет спортивного клуба и билеты на футбол. Письмо от Вани Михеева. А еще?.."
И вдруг лоб его покрывается испариной.
"Рапорт! В бумажнике лежал еще и рапорт о посещении резинового завода по поручению майора Миронова… Черновик, правда, еще не перепечатанный и без подписи. Собирался завтра с утра выправить его и отдать на машинку…"
Теперь он поворачивается спиной к дому Анатолия и медленно идет к станции, пытаясь восстановить в памяти текст рапорта. Дословно вспомнить, конечно, не удается, но ничего секретного он, кажется, не написал. Кроме названия резинового завода. Завод был назван точно, это он хорошо помнит. А дальше шло сообщение о том, что он, Алехин, по указанию майора Миронова встретился там с секретарем комсомольского комитета завода и имел с ним беседу. Из беседы этой оказалось, что секретарь ни о каких злоупотреблениях конкретно ничего не знает, хотя ему известно, что кое-кто из заводских комсомольцев поговаривает об этом. Вот, кажется, и все…
Расстраиваться из-за потери такого документа, пожалуй, нет оснований. Может быть, тогда и не докладывать об этом Миронову? Но Евгений тотчас же гонит прочь эту предательскую мысль. Он доложит, конечно, обо всем сразу же, как только придет в отдел, жаль только, что завтра не рабочий день…
Кажется, никогда еще не было у Евгения Алехина более мрачного воскресенья. Ни денег, ни билетов на стадион, а в перспективе — неприятный разговор с майором Мироновым завтра утром. Есть от чего приуныть…
Весь день лежит он в самом скверном настроении на диване в своей комнате и без особого интереса читает детективный роман, от которого еще совсем недавно не мог оторваться. После обеда решает сходить в кино и как раз в это время мать приносит ему письмо, только что извлеченное из дверного ящика.
Письмо какое-то странное. Без обратного адреса. Напечатано на машинке. Таких Евгений никогда еще не получал.
"Уважаемый товарищ Алехин, — читает он машинописный текст. — Вы, наверно, обнаружили уже пропажу Вашего бумажника? Не расстраивайтесь, однако, и, как говорилось в старину, благодарите бога, что попал он в руки порядочного человека. Видимо, мы вчера ехали с Вами одним поездом, ибо я обнаружил бумажник Ваш в тамбуре шестого вагона на перегоне между станциями Березовской и Красными песками.
Проще всего было бы занести его к Вам, но с утра я буду занят, а вечером у меня назначена встреча с приятелем в Сокольническом парке культуры. Приезжайте и Вы туда же к девяти вечера. Буду ждать Вас у входа. Вы узнаете меня по светлой шляпе и белому цветку в петлице темного пиджака".
Под печатным текстом стоит подпись. Очень неразборчивая: не то "Ленский", не то "Ланский". За подписью постскриптум:
"Адрес Ваш узнал по конверту письма, присланного Вам другом Вашим Михеевым Иваном Сергеевичем. Оно, к счастью, тоже оказалось в Вашем бумажнике".
"Письмо это действительно находилось в бумажнике, — вспоминает Евгений, радуясь, что все так счастливо кончилось. — Видимо, мне в самом деле повезло!"
И снова сомнения: "Нашел ли? Я ведь не мог его потерять. Этого никогда со мной не случалось. А может быть, все-таки потерял?.. Так обрадовался знакомству с Верой, что и не помнил ничего? Ну, а как же теперь быть? Идти или не идти на встречу с этим Ленским? Надо, конечно, идти, иначе может быть еще хуже. К тому же встреча состоится не в каком-нибудь притоне, а в людном месте, у входа в парк".
Мелькнувшую было мысль — посоветоваться с Мироновым или с Волковым — он тотчас же отвергает: "Сам попал в беду, сам и буду выпутываться!.."
У входа в Сокольнический парк Евгений сразу же замечает среднего роста пожилого мужчину в черном костюме и широкополой светлой шляпе. В петлице его пиджака — белая гвоздика. В том, что именно он автор присланного письма, у Алехина не возникает никаких сомнений. Не задумываясь, он решительно подходит к нему.
— Товарищ Ленский?
— Совершенно верно! А вы товарищ Алехин, наверно? Очень рад с вами познакомиться, рассеянный молодой человек. А вот вам и бумажник ваш.
С этими словами он засовывает руку в боковой карман пиджака, но, так и не достав оттуда никакого бумажника, дружески хлопает вдруг Алехина по плечу:
— Слушайте, дорогой! А ведь с вас причитается! Пойдемте-ка в кафе и выпьем по маленькой по случаю столь счастливого исхода этой неприятной для вас истории. Там я и вручу вам ваш бумажник.
Все это звучит так естественно, что Евгению ничего более не остается, как последовать за Ленским. А он, видимо не сомневаясь, что предложение его будет принято, устремляется к кассе и берет входные билеты.
— Ведь, правда, осенила меня гениальная мысль? — весело говорит он. — Без этого уж очень все прозаически могло пройти. А мы сейчас не только ознаменуем это событие, но и знакомство закрепим. В большой ресторан мы не пойдем, а вот лучше сюда, налево. Тут есть маленький — на свежем воздухе. Кстати, и приятель мой сюда подойдет. Мы с ним всегда здесь встречаемся. Я вас с ним познакомлю. Он человек интересный. Ну вот мы уже и пришли! Не правда ли, очень уютно? И совершенно свободно.
Небольшой ресторанчик действительно расположен почти под открытым небом. Только буфет его находится под крышей, а над столиками лишь легкий тент.
— Давайте-ка вон туда, — кивает Ленский, — в укромный уголок.
Столик, за который они садятся, стоит на отшибе от других, у густой стены декоративного кустарника. Это не очень нравится Евгению, и он начинает настороженно осматриваться по сторонам. А Ленский, улыбаясь, достает, наконец, его бумажник и каким-то театральным жестом бросает его на стол.
— Вот мы теперь и кутнем! — весело восклицает он. — Прошу проверить, однако, все ли на месте.
У Евгения сразу же отлегает от сердца. Не обманул, значит! Раскрыв бумажник, он первым долгом извлекает из него свой рапорт и членский билет спортивного общества. Замечает он также конверт письма Михеева и билеты на стадион. Из другого отделения торчит пачка денег, но он считает неудобным пересчитывать их и с облегченным вздохом захлопывает бумажник.