Развод. Последняя измена (СИ)

Давление прессы не ослабевает. Злые языки заметили даже, что в салон я приезжаю одна, кто-то тайно дал интервью, что в момент погрома салона рядом со мной был не Головин…
Еще один безумный виток истории, очередной заход на спираль.
Мельком проглядывая светские новости, замечаю: обычно Головин давал заявления, подтверждал или опровергал слухи, но сейчас он уходит от темы.
Он появляется в школе спорта, я смотрю короткий видеоролик с его участием, и глупое сердце спотыкается, когда я вижу его красивый профиль. Он возится с ребятишками, они все возрастом постарше. Завирусился ролик, где к группе ребят, собравшихся на групповое фото, внезапно выбегает малыш лет двух. Наверное, мама отвлеклась на секунду, и ребенок побежал туда, где интересно.
Вит подхватывает карапуза, гладит по голове, ждет, пока к нему подойдет мама, потом беглый взгляд в камеру, явно случайный, и меня потряхивает: кажется, будто он заглядывает мне в душу и просит заглянуть ему в ответ. У него такие пронзительные глаза, завораживающие.
Откладываю телефон со слезами, навернувшимися на глаза: зря посмотрела ролик. Теперь не могу не думать без укола прямиком в сердце о моменте, когда мужчина, который болезненно дорог моему сердцу, берет на руки чужого ребенка.
Не могу не думать о том, что своего… нашего… я потеряла.
Может быть, глупо.
Да, наверное, глупо.
Все опытные скажут, что латать ребенком разваливающиеся отношения — глупо, что ребенок при таком океане лжи стал бы еще одним поводом считать чувства Вита притворными насквозь…
Но я все равно жалею, что потеряла своего малыша, что он начал развиваться не там, где и как положено.
Тео в разъездах. Встречу перенесли на следующую неделю, но наш коллаб явно всколыхнул массы и принес мне популярность. Забирая из одного источника, жизнь лихо компенсирует в другом…
Даже если с Тео ничего не выйдет, мне поступило такое количество интересных предложений поучаствовать в различного рода проектах, что я буду завалена работой и возможностями для реализации, как профессионал.
* * *
На выходные, я, как и договаривалась, собираюсь в гости к Лене и Мирославу.
Немного волнуюсь: я давно не была у них.
У Мира и Лены двое детишек: Амалии четыре с небольшим, младшему сыну — Игнату, чуть меньше года. Мне немного стыдно, что приходится нырнуть в напоминалку, чтобы проверить, сколько месяцев сыночку подруги. Игнату почти восемь месяцев.
Я заранее уточнила, какие подарки купить детишкам, надеюсь, что все взяла верна.
Боже, я так волнуюсь!
Даже когда вижу, что Мирослав меня встречает и выходит из дома, чтобы взять пакеты с подарками и сумки.
— Привет, Ин, — тепло улыбается.
Возле глаз собираются морщинки многочисленные, потому что Мирослав — взрослый мужчина. Ему давно за сорок, он очень широкоплечий, крепкий, хорошо сложенный. Смуглая, тонкая брюнетка Лена смотрится рядом с ним, как гибкая лоза.
— Рад видеть. Давай сюда… — забирает пакеты у меня из рук и провожает в дом.
Вопросов лишних не задает, за что я ему очень благодарна.
Атмосфера в их доме поражает: теплая, душевная, пульсирующая. В мягком коконе этого дома, наполненного умиротворением, словно ураганчик, носится Амалия, показывая очередной танец. Актрисулька растет. За ней внимательно наблюдает Игнат и трясет попой, стоя у дивана.
Потом, не удержавшись, малыш валится на попу, громко ойкнув. Первая к нему подбегает Амалия и целует в светлую макушку: может быть, потом сын друзей потемнеет, но пока светло-русый.
— У тебя мягкая попа, не плачь… — утешает брата.
Потом мы играем в настолку, Мир безобразно подыгрывает дочке и поддается ей бесхитростно, с любовью, Игнат тащит все в рот.
Вечер, действительно, легкий, беззаботный…
Я на некоторое время отхожу, чтобы забрать с зарядки телефон, который истратил весь свой заряд.
Вижу сообщение от Фила. И текст, и голосовые…
На протяжении целой недели он активно писал, звонить пытался. Я всегда торопливо отвечала, что мне банально некогда. По сути, закрылась от общения с ним. Он мне приятен, но его слова о Вите, о прошлом всколыхнули.
 
Последнее сообщение:
«Я жалею, что признался. Давай так: я ничего не говорил. Мы друзья. Мы можем быть хотя бы друзьями, Ин? Я не нахожу себе места, что все испортил…»
Я закусываю губу: Фил мне приятен. Он интересный, с ним легко и весело. Но он столько времени меня игнорировал, не хотел дружить и ничего ему в сердце не жало, а сейчас… Проходу не дает!
Не хочу видеть двойное дно в каждом из людей, но пока не получается.
Кир, черт бы его побрал, заставил меня задуматься: так ли бескорыстен Фил?
Стоит ли отвечать Филу? Что-то во мне с осуждением думает об этой идее: ведь я еще жена Вита…
Мы пока не в разводе. Встреча с адвокатом назначена на среду.
Возвращаюсь к друзьям, полная мыслей, и вдруг замечаю…
Нет, скорее, я сначала чувствую, как изменилась атмосфера в доме.
Я понимаю, что в гости к Миру с Инессой пришел кто-то еще раньше, чем замечаю, как Амалия с интересом возится с огромной куклой, а Игнат пускает слюни на новую машинку.
Гоночную.
Сердце спотыкается в груди, я поднимаю взгляд и встречаюсь с глазами Вита, застывшего на другом конце просторной гостиной.
— Я поставила чай, думаю, легкие пирожные будут… кстати, — слышится голос Лены.
Она тоже замирает, увидев Вита. Явно в шоке от его прихода, не ждала появления, и сразу же переводит взгляд на Мирослава.
— Мир, можно тебя. На одну… минутку! — говорит с улыбкой, а глаза мечут сердитые молнии.
— Я сейчас немного занят, Пуговка. Машинку распаковываю, — как-то подозрительно увлеченно суетится Мирослав.
О черт. Появление Вита — его рук дело?
— Вит распакует. Если уж у нас в доме незваный гость появился, пусть себя с полезной стороны покажет! — ставит ультиматум Лена и командует. — Мир, на минуту ко мне выйди. Прямо сейчас. Я не шучу!
Она удаляется твердым шагом, взбешенно взмахнув длинным хвостом из темных волос. Мирослав, намеренно громко кряхтя, поднимается с пола.
— Ребята, не деритесь без папки! — целует детишек, но у меня впечатление, будто слова эти адресованы нам — мне и Виту.
Муж застывает, делает несколько осторожных шагов и опускается на ковер, завершая распаковку дорогой машинки.
Уйти?
Остаться?
Я не рада этой подставе со стороны Мирослава, хочется громко хлопнуть дверью и уйти!
— Я не знал, что ты будешь у Мира с Леной, — едва слышно замечает Вит, бросает на меня быстрый, полный сожаления взгляд. — Мне уйти?
В горле першит.
— Останься.
Во взгляде Вита мелькает надежда.
— Это не мой дом, я здесь распоряжаться не могу.
— А если бы могла?
— Ответ ты и сам знаешь.
Я опускаюсь на краешек дивана, Амалия передает мне куклу, ворох одежды и принимается носить кукольную посудку. Видимо, нас ждет грандиозное чаепитие.
Вит возится с машинкой, Игнат доверчиво прижимается к нему, пыхтит, нажимая ладошкой на все кнопки пульта управления. Я мельком смотрю на эту картину, и сердце нет-нет, да и простреливает болью.
— Мне жаль, — доносится со стороны Вита. — Я действительно хотел… ребенка от тебя.
— По указу папочки хотел? У тебя там, наверное, целая карта твоих желаний на много лет вперед расписана. Удивительно, как только раньше Кир не настоял на том, чтобы ты заделал ребенка провинциалке, привязав к себе, чтобы не брыкалась.
Движения Вита становятся намеренно плавными: знаю, так он себя сдерживает изо всех сил.
— Или может быть, у тебя уже есть ребенок на стороне? — продолжаю ковырять болезненную тему.
Вит бросает на меня пылающий взгляд:
— Нет! Как ты можешь…
— А ты? Столько лет. Смог. Жить с нелюбимой. Не противно было?
— Блять… — ругнулся.
Амалия неожиданно трескает его по губам розовой лопаткой.
— Не говори плохое слово! — и тут же протягивает ладошку. — Штраф.