17 дней пути некроманта (СИ)

— Профессор, я все думаю об этих волчках, — лошадь Боумиеля неторопливо догнала мою.
— Угу. Тоже все хотела тебя спросить, чем это ты их уделал таким.
— А, да это была одна из разработок. Темная вода, я ее назвал. Симбиоз нашей энергии со структурой воды.
— Хм, интересно. Никто никогда не совмещал несколько видов энергии, — я задумалась.
— Интересно. И работает, как оказалось.
— А почему дома не опробовал?
— Так не на чем было. Не на ком. Все, что встречалось вокруг Ромпаса, прекрасно поддавалось стандартным заклинаниям. Я ведь не ездил в поля, — добавил помощник извиняющимся тоном.
— М-даа. Хорошо, что я тебя вытащила.
— Да. Так вот, Профессор. Нити этих волчков были гораздо толще обычных. Понятно, что здесь, на таком маго-фоне, это неудивительно. Энергию хоть руками черпай. Но вы заметили разветвления этой нити?
— Ты имеешь ввиду то, что питающая нить присоединялась не только к главной артерии организма? Заметила.
— Вот! Питающая разветвлялась и присоединялась ко всем остальным артериям тоже! Особенно к спинным и мозговым. Я уже потом их проследил, после упокоения. И все эти отростки давали как будто чешую, щит что ли.
— Если питающая присоединяется к мозгу организма, то и функции его возрастают много больше, такие опыты проводились.
— Да! Эти волчки были намного умнее обычных. А дополнительная защита в виде этой артериальной чешуи дает им преимущество перед нашими заклинаниями.
— Тогда как твоя Темная вода на них подействовала? — мне действительно было очень интересно беседовать с учеником. Хотя, наверное, он уже перерос это звание.
— Темная вода заставляет захлебнуться без водоема. Моментальное выделение частиц водорода из воздуха и принуждение темной энергией закрывать дыхательные органы. Волколакам особо воздух не нужен, конечно. Но такая активность мозга возрождает все рефлексы тела. Страх утонуть один из самых сильных, поэтому они и отвлеклись от нас. А там уже господин Даниэль подоспел.
Я молчала и думала, машинально отслеживая демона и принцессу где-то впереди. Магия многогранна. Несколько дней назад я узнала, как неконтролируемыми экспериментами королевская семья погубила много людей, животных и земель. А сейчас я вижу, как эксперименты одного неопытного мага спасли несколько жизней. Все дело в разуме? Но разум тоже может подвести. Особенно, если маг азартен. Кто бы подсказал верный ответ.
Еще несколько часов покачивания в седле. Копыта лошадей чавкали, чмокали, хлюпали по влажной земле. Боумиель молчал, я тоже. Солдаты иногда что-то бубнили вполголоса. Наконец, я почувствовала приближение рассвета. Ночная мгла начала очень медленно редеть. В первый раз в своей жизни, наверное, я радовалась окончанию ночи. Можно будет ехать побыстрее!
Полный боли крик ввинтился в мозг гвоздем. Приглушенный, но настолько пронзительный, что сердце вмиг сжалось в камень. Его услышали только мы с Боумиелем. И мне понадобилось несколько мгновений, чтобы понять, что в реальном мире тишина. Это за Гранью.
Эмма!
10.3.
Мой помощник в первый момент даже зажал уши руками, настолько душераздирающе кричала принцесса. Мы остановили лошадей одновременно. Сзади встали ничего не понимающие солдаты.
— Профессор, это же она? Что делать?
— Ничего, — покачала я головой. — Мы ничего не можем, пока они там.
— Госпожа Дайдрейн, что случилось? — спросил капитан, подворачивая своего жеребца к нам.
— Принцесса, — пояснила я. — Что-то случилось. Ждем.
Солдат только кивнул. Он привык подчиняться и не задавать лишних вопросов.
Перед нами задымился портал Даниэля. Наконец-то!
Он вывалился из него так же с Эммой на руках. Только совсем не такой аккуратный, как прежде. С всклокоченными волосами, покрытый испариной. На лице еще оставались остатки чешуйчатой кожи. Видимо, за Гранью ему было легче передвигаться во второй ипостаси.
А моя подопечная… Нечеловечески изогнувшись, она цеплялась скрюченными пальцами за рубашку Дана. Рот был открыт в немом крике.
— Дан, что с ней? — я вылетела из седла стрелой.
 
— Артерии, — выдохнул он, укладывая ее на брошенное кем-то из охранников прямо на землю одеяло.
Я уже видела сама. Магические каналы принцессы набухали и пульсировали. То, что у обычных магов происходит годами без особых неудобств, сейчас ломало и рвало тело королевской дочери. Она становилась магом.
— Эмма, девочка, ты слышишь меня? — я обхватила ее голову руками.
Она открыла мутные глаза. В них плескалась боль. А вот разума было совсем немного. Меня невольно пробрала дрожь. Я просмотрела снова ее ауру: магические артерии так же пульсировали. По ним уже тек малюсенький ручеек энергии. Серой, как положено у только пробужденных. Эмма уже маг, только без полярности. Я подняла голову:
— Дан, что делать будем?
— Не знаю, — прохрипел он. — Источник реагирует на нее. Он начал расширяться. Это уже маленький вулкан. Свияга, нам надо бежать отсюда. Дальше хуже!
Да как же с ней бежать? За Грань ее уже нельзя, она умрет. Будем выбираться своими ногами.
— Капитан! Доставайте палатку! — я поднялась с колен, коленки были мокрыми от влажной земли. — Вяжите вот так и вот так. И к моему седлу сбоку. Крепче! — я быстро показала солдатам как сделать подобие гамака. Некроманты в таких перевозят туши упокоенных. А сейчас я повезу дочку Апполиона. Разительный контраст, ничего не скажешь. Но так будет легче и ей, и мне. Она будет полулежать, а я смогу ее контролировать и, может быть, получится облегчить ей боль. Несколько флаконов из укладки были засунуты в карманы. Мужчины подняли принцессу и уложили в импровизированный мешок. Плечи и голову девушки я уложила на шею лошади. Для верности подтянула палаточным ремнем, чтобы не болталась. Жестко, да. Но мне нужно сохранить ей жизнь. Поэтому все средства хороши.
Мы вскочили на коней. Уже рассвело, можно было ехать быстрее. Пока стояли, Боумиель напоил лошадей тонизирующей настойкой. Животные заметно посвежели и перебирали ногами довольно резво. Периодически Эмма стонала, порой даже вскрикивала. По телу проходили судороги, заставляя ее скрежетать зубами и цепляться за ткань гамака. Я гладила ее по голове, пытаясь хоть как-то успокоить. Магию к ней сейчас лучше не применять, чтобы не спровоцировать выбор полярности.
Мы проехали уже больше половины пути до дома Даниэля, когда Эмма снова дико закричала. И этот крик уже услышали все. Я пришпорила испугавшуюся лошадь, заламывая ей удилами губы. Со страхом посмотрела на ауру девушки: по артериям толчками неслась энергия. Серая, мощная. И ее становилось с каждым толчком все больше. Резерв у девчонки будет почти как у меня, наверное. Если не больше. Если выживем. Я разжала ей зубы и влила пару глотков обезболивающей настойки.
Одновременно с ее криком всколыхнулся маго-фон. Сам воздух, казалось, загудел. Поисковая сеть забила по нервам сигналами о нежити.
— Родная, начинается! — крикнул проявившийся Даниэль. — Готовьтесь!
— Боумиель, весь арсенал! — крикнула я ученику, спрыгивая с седла и распуская шнуровку палатки. Эмму нужно было спустить на землю, не дай Бог лошадь испугается и понесет. Принцесса билась в судорогах, упираясь затылком в землю. Уже не только магические артерии были полными. Даже обычные вены вздулись и проступили сквозь кожу напряженными канатами.
«Держись, девочка. Я все сделаю, чтобы тебя отсюда вытащить»
Даниэль встал над нами и раскинул руки. На его лице снова проступила красная чешуя демоновой кожи. Не глядя, он набросил на лошадей стазис, чтобы не разбежались от страха и не погибли. Боумиель стоял чуть в стороне. На руках молодого некроманта висели клубы черного дыма с проблесками маленьких молний. Охранники стояли с обнаженными мечами вокруг нас.
А со всех сторон шли они. Давно погибшие. Пролежавшие в земле и в воде уйму времени люди, маги. Омерзительные на вид и запах. Некромантов учат не испытывать эмоций при виде зомбаков. Это просто часть работы. Материал, если хотите. Как портниха равнодушна к отрезу ткани, так и некрос должен быть равнодушен к умершему. Но сейчас оставаться равнодушной не очень получалось. Сейчас нужно было драться за свою жизнь и жизнь окружающих. Источник, получивший дополнительную силу при инициации дочери Гадрестов, поднял своей энергией всех. Просто поднял диким взрывом силы. А дальше они уже просто шли на запах теплой крови. Нашей крови.