Королева Теней. Пенталогия (СИ)
‑ Доброй ночи, мой коро‑о‑оль…
‑ Доброй ночи! ‑ выдохнул Аластор и наконец‑то углядел свой пояс с секирами.
Подхватил его и, попятившись, выскочил из спальни.
В коридоре было тихо, темно и почти пусто. В паре дюжин шагов от двери возле окна неподвижно стоял высокий худощавый старик в неброской одежде. Он поклонился Аластору и церемонно произнес:
‑ Позвольте указать вам дорогу в вашу спальню, ваше величество.
‑ Кто вы? ‑ удивился Аластор.
А ведь и правда! Он совершенно забыл, что понятия не имеет, где эта барготова спальня! Хорош был бы король, блуждающий по дворцу в поисках места, где переночевать.
‑ Я Джастин, ваше величество, – снова поклонился старик. ‑ Королевский камердинер… до сегодняшнего дня.
‑ Просто Джастин? ‑ уточнил Аластор. ‑ Вы не дворянин?
‑ Не имею такой чести, ваше величество, – церемонно отозвался старик и, взяв подсвечник с горящими свечами, что стоял рядом с ним на подоконнике, повел Аластора по коридору. ‑ Желаете, чтобы я передал дела вашему личному камердинеру?
‑ Эм… Пожалуй, нет, – задумался Аластор и пояснил: – В поместье у нас с батюшкой был один камердинер на двоих. Они с батюшкой привыкли друг к другу, да и дворцовых порядков он не знает. А вы, сударь Джастин, единственный человек, который догадался меня подождать и проводить. Так что оставайтесь пока на должности, а там видно будет.
‑ Благодарю за милость, ваше величество, – ухитрился склонить голову камердинер, не останавливаясь. ‑ Желаете ужин? Ванну?
‑ Только постель, – вздохнул Аластор. ‑ И учтите, что я привык просыпаться на рассвете. Одеться могу и сам, но к завтраку вы мне определенно понадобитесь. И… – Он подумал и закончил: – Если вы заметите, что я не соблюдаю этикет, будьте любезны сказать мне об этом. Потихоньку, разумеется. Или подать какой‑то знак…
‑ Да, ваше величество, – снова поклонился камердинер и подвел его к двери в конце длинного коридора, у которой стояли на посту два гвардейца.
При виде Аластора они вытянулись еще сильнее и отдали честь, приложив руку к груди. Камердинер открыл дверь и отступил, пропуская Аластора внутрь, а потом вошел сам.
‑ Ваша спальня, ваше величество, – проговорил он так же почтительно и церемонно. ‑ Ванная и уборная за той дверью, за этой ‑ гардеробная.
Аластор оглядел большую и, пожалуй, уютную комнату, освещенную одним высоким шандалом на дюжину свечей. Кровать с резными столбиками и светлым пологом‑балдахином, узорчатый восточный ковер, голубые шелковые обои в мелкий золотой цветочек. У одной стены комод из темного дерева… Уж не чулки ли там хранятся? Хотя нет, камердинер сказал про гардеробную. А дверей, между прочим, три, не считая входной! Ладно, будет еще время изучить свое новое обиталище.
‑ Идите, Джастин, – проговорил он, чувствуя вдруг, что смертельно устал.
Вот если сейчас не ляжет ‑ точно упадет.
‑ Да, ваше величество, – поклонился тот и указал на витой голубой шнур в изголовье кровати. ‑ Если вам что‑то понадобится, прошу дернуть ‑ и я немедленно явлюсь к вашим услугам.
Не поворачиваясь, он отступил к двери и исчез так быстро и тихо, как умеют только сказочные альвы и хорошо вышколенные слуги.
Аластор переставил шандал поближе к кровати, разделся, поставил секиры у изголовья ‑ глупость, конечно, зато спокойнее! ‑ и нырнул под голубое шелковое одеяло. Потянулся, чтобы дунуть на свечи…
‑ Барготово дерьмо!
Вскочив, он опрокинул шандал, тут же поймал его на лету одной рукой, но все равно тот загремел о туалетный столик. Второй рукой Аластор подхватил секиру, выдернув ее из пояса, поставил шандал на место и рывком откинул покрывало, под которым его коснулось что‑то мохнатое, живое, шевелящееся…
‑ Барготово дерьмо! ‑ повторил он, с изумлением глядя на то, что лежало под одеялом.
‑ Ну и зачем так орать? ‑ раздался знакомый голос, и Лучано, появившийся на пороге из той самой третьей двери, радостно добавил: – О, а мы‑то гадали, куда он делся?
‑ Вы? ‑ обернулся к нему разъяренный Аластор. ‑ И кто это ‑ он? Ты что, уже со всеми дворцовыми котами перезнакомился? Ко мне их зачем тащить?!
‑ Не кричи, – укоризненно попросил итлиец, и Аластор действительно замолчал ‑ потому что онемел от такого нахальства. ‑ Строго говоря, это не он явился к тебе, а ты ‑ к нему. Он, видишь ли, жил здесь гораздо раньше. И дольше. Познакомься, это синьор Флориморд, королевский кот.
Виновник переполоха лежал на кровати, прижав уши, и вид имел самый несчастный. Можно сказать ‑ покаянный. Аластор ему даже поверил бы, если бы не долгое знакомство с Паскудой. С двумя Паскудами ‑ в кошачьем обличье и в человеческом! Впрочем, именно этот кот на Паскуду, всегда нарядно лоснящегося, походил не слишком. Большой, однако какой‑то неопрятно лохматый. Серо‑белая шерсть местами свалялась, пушистый, но короткий хвост боязливо подогнут, глаза зажмурены… Жалкое животное! Особенно для королевского.
‑ Кажется, ему никто не объяснил, что король поменялся, – съязвил Аластор, успокаиваясь и даже стыдясь своего испуга.
Хвала Пресветлому, на шум никто не прибежал! Подумать только, герой и победитель демонов свалил подсвечник, испугавшись кота под одеялом!
‑ Не объяснили, – вздохнул Лучано и, подойдя, взял кота на руки. ‑ Хочешь, я его заберу к себе? Ну‑ну, бедный мой… Плохо быть сиротой, м?
Он глядел на кота с неподдельным сочувствием и пытался погладить, но тот, жалобно мяукнув, вдруг отчаянно вырвался, спрыгнул вниз и кинулся Аластору в ноги. Поднялся на задние лапы, а передними обнял его, куда смог дотянуться, и принялся тереться мордой.
‑ Глупое животное, – буркнул Аластор, которому стало очень не по себе. ‑ Даже не видит разницы между мной и прежним хозяином. Чего стоит такая верность?
Лучано странно посмотрел на него, а потом тихо заметил, снова поднимая кота с дурацким именем:
‑ Когда я видел его в прошлый раз, еще до Разлома, он умирал с голоду потому что отказывался от еды. А в кровать забрался по старой памяти. И тут вдруг ты… Знаешь, Альс, нелегко потерять единственное живое существо, которое любил, и вдруг повстречать кого‑то похожего.
‑ Сейчас расплачусь! ‑ раздраженно бросил Аластор. ‑ Не хватало мне еще котов утешать! Ладно, пусть остается, кровать большая, а завтра посмотрим… Только не вздумай пометить мне сапоги, слышишь, морда?!
Итлиец улыбнулся уголками губ и выпустил кота, который, словно все понял, вскочил обратно на кровать и смиренно улегся далеко в изножье. А Аластор наконец‑то поставил секиру, которую так и держал, и поинтересовался:
‑ Ты‑то здесь как оказался? Я думал, останешься ночевать в Академии. То есть я‑то не против! Но… где?
– А вон там! ‑ кивнул Лу на приоткрытую третью дверь. ‑ Вторая комната с выходом в коридор. Насколько я понял, через нее прежние хозяева этих покоев приводили сюда… гостей. Мимо охраны, понимаешь?
‑ Что ж тут непонятного? ‑ буркнул Аластор. ‑ Так тебя устроили рядом? Ну и отлично. Завтра первым делом расскажешь мне все. А сейчас давай спать, что ли…
Он передернулся ‑ из приоткрытого окна неприятно потянуло ветерком по голой коже. Сел на кровать, вздохнул… В желудке заныло ‑ ведь и не поел толком, только немного закусил на пиру.
‑ У меня в комнате шамьет есть, – негромко сказал Лу. ‑ И курица жареная. Правда, шамьетуже остыл, но могу подогреть, я попросил принести жаровню с кухни. Будешь?
‑ Буду, – благодарно кивнул Аластор. ‑ Можешь не греть, только меда положи…
‑ Как обычно, – кивнул Лу и исчез.
Аластор покосился на кота, тот лежал тихо и никаких претензий на чужую территорию не заявлял, всем видом изображая смирение и покорность.
‑ Флориморд, значит? ‑ Кот шевельнул ухом и приоткрыл один глаз. ‑ Но‑но, это я тебя не зову! И вообще, хватит с меня Перлюрена! Был бы ты хоть полезным зверем, как Пушок…
Кот опять прижал уши ‑ наверное, искренне сожалел, что не родился собакой. Или ему было просто плевать, что там говорит чужой человек, оказавшийся слегка похожим на прежнего хозяина…