Королева Теней. Пенталогия (СИ)

Про себя он не сказал ничего. Зачем? Беатрис все прекрасно поняла сама. По вспыхнувшим на миг глазам королевы он понял, что угадал, ‑ и едва смог сдержать облегченный вздох.
‑ Ты честен, – повторила Беатрис с заметным удовольствием. ‑ И наблюдателен, так скажи мне, мастер Шип, а принц и эта девица…
‑ Нет, ваше величество! ‑ горячо заверил ее Лучано, с радостью подумав, что хоть здесь может не думать, о чем стоит умолчать. ‑ Сердце принца совершенно свободно, а на синьорину он смотрит разве что как на сестру. Она, в свою очередь, тоже предана ему, но не как женщина! У этой девицы очень… ‑ Он старательно подпустил в голос должную долю презрительной насмешки. ‑ Очень рыцарские представления о чести и долге дворянки.
‑ Рыцарские представления… – медленно повторила Беатрис. ‑ Как забавно. Неужели я ошиблась в ней? Разве она не собирается делать карьеру?
‑ Очень возможно, моя королева, – поклонился Лучано. ‑ Девица – чрезвычайно талантливая магесса. Полагаю, в Ордене ее ждет большое будущее. Если, конечно, она избавится от юношеской пылкости и прямоты. Пока что в синьорине магессе не больше коварства, чем в любимой секире его высочества.
‑ А ее хваленая привлекательность? ‑ мурлыкнула Беатрис, глядя в глаза Лучано, и ему показалось, что тонкие пальцы королевы с изящными ноготками вспороли его душу и перетряхивают ее в поисках малейшей лжи. ‑ Она действительно так хороша собой?
‑ Синьорина мила, – признал Лучано, чувствуя отвратительный привкус того, что говорит. ‑ Этакий свежий полевой цветочек… Впрочем, ничего особенного. Полагаю, интерес юных благородных синьоров был основан больше на ее происхождении. Им ведь нужна невеста Золотой крови и, желательно, с магическим талантом. У нее все это есть, а в придачу приятное личико и славный веселый нрав. Но если вашему величеству интересно, юным синьорам магам придется поискать другой брачный союз. В самом скором времени синьорина выходит замуж и очень увлечена своим женихом.
‑ Замуж? – Брови Беатрис опять немного изогнулись, а в глазах мелькнул искренний интерес кошки, услышавшей шорох в мышиной норе. ‑ За кого?
‑ За какого‑то мага, если не ошибаюсь. ‑ Лучано сам не знал, что толкнуло его скрыть имя великолепного магистра Дункана. Может быть, память о легкости, с которой разумник потрошил чужую память. Опасный враг, но очень полезный союзник! ‑ Знаю только, что это мужчина в годах, но с большим магическим талантом, прекрасным положением в обществе и он весьма хорош собой. Больше она ничего не рассказывала.
‑ В годах… Талант и положение… Хорош собой… – задумчиво повторила королева и вдруг улыбнулась почти тепло. ‑ Замуж? В ее годы?! Бедная девочка! Но это, конечно, полностью меняет дело. Его величеству понадобятся надежные люди в Ордене. Пожалуй, мне стоит позаботиться о милой и такой преданной малышке. Она ведь до сих пор в ссоре с семьей? Бедняжка пожертвовала репутацией, какое счастье, что нашелся великодушный человек, для которого это не стало препятствием. Что ж, будет справедливо, если я дам приданое девице, которая сохранила Дорвенанту короля! Что скажешь, мастер Шип?
‑ Что вы щедры настолько же, насколько прекрасны, моя королева!
Спину Лучано уже запивал холодный пот, но это были такие пустяки! Он победил! Беатрис убеждена, что Айлин не представляет для нее опасности! Неважно, что она сделает с ним, Шипом, не исполнившим контракт. Главное, что его синьорина будет жить… Но что же окончательно убедило королеву? Она так странно посмотрела при словах о женихе… Неужели знает магистра Дункана? О, неважно!
‑ Кстати, о щедрости. – Беатрис глянула на него в упор, и Лучано застыл, понимая, что пришел его черед. ‑ Помнится, я кое‑что обещала и тебе, мастер Шип. Не так ли?
‑ Не смею надеяться на милость прекрасной королевы, – проговорил Лучано, с тоской понимая, что теперь в роли мышки он.
‑ Это правильно, – согласилась королева.
Ее глаза смеялись, и Лучано снова почувствовал силу невероятного очарования этой жуткой и обольстительной женщины.
 
«Но на плаху ради нее я бы точно уже не пошел, – упрямо подумал он. ‑ Теперь, когда мне есть с чем сравнивать, вся совершенная красота Беатрис проигрывает одной улыбке моей синьорины или усмешке Альса… Вот за любого из них ‑ да».
Беатрис взяла со столика плотный лист пергамента, исписанный и запечатанный сургучом, подала его Лучано.
‑ Это твоя награда за первую часть контракта, которую ты так прекрасно выполнил, – благосклонно улыбнулась она уже губами, тогда как глаза снова стали холодными. ‑ Купчая на особняк в хорошем районе. Слугам уплачено за два месяца вперед, они ждут нового хозяина. Ах да, и выезд, разумеется. Может быть, ты думаешь, что это не слишком щедро за сохраненную жизнь короля?
‑ Это больше, чем я смел надеяться, – заставил себя выдохнуть Лучано. ‑ Если только…
‑ Если?
‑ Если к этому прилагается прощение вашего величества за неисполненную вторую часть.
Он опустился на колени и склонил голову, радуясь, что этикет позволяет спрятать взгляд. Как же он сейчас ненавидел Беатрис! Особняк и выезд? Ему, обреченному на смерть по ее желанию?
‑ Какой умный мальчик, – услышал он над головой сладкий тягучий голос королевы. ‑ Служи мне верно, мастер Шип, и будешь награжден по заслугам. Тебе ведь не доставляет беспокойства мой прошлый подарок? Нет? Я так и думала. И очень надеюсь, что тебе хватит ума молчать о нем. Как только ты должным образом докажешь мне свою преданность, я немедленно заберу его обратно.
«Ложь, – устало подумал Лучано. ‑ Никто не отпускает таких свидетелей. Но пока что я тебе нужен. Если Альс пожелает оставить меня при себе, это будет очень удобно! Твои глаза, уши и руки рядом с королем… Даже не знаю, хочу ли я этого! Альсу нужен в друзьях не я, а такой же благородный, правдивый и отважный дворянин, как он сам. Такой же идиотто, иными словами. Только вот благородный идиотто вряд ли сможет уберечь ему спину и перегрызть глотки его врагам при необходимости. А я… Я бы попытался. Если он позволит, конечно. Если я ему все еще нужен . »
‑ Милость вашего величества не знает границ, – почтительно проговорил он и коснулся губами протянутой для поцелуя руки королевы.
Дворец он покидал с чувствами человека, которому прямо на помосте с плахой отменили смертный приговор. Купчая на особняк во внутреннем кармане куртки жгла тело, а во рту стоял мерзкий привкус собственного страха, и неважно, что страх этот был большей частью за Айлин.
«Она бы не позволила себе так обойтись с мастером Ларци, да и с любым из грандмастеров, – металось в мыслях. ‑ Стоит взобраться на вершину гильдии хотя бы ради того, чтобы никто и никогда не смел мне угрожать! Но какова цена такого восхождения? Превращаться в Тино я не хочу… Подумаю об этом позже, а пока много других дел».
В особняк он решил прямо сейчас не ехать. Во всяком случае, пока не сменит костюм, а то привратник не поверит, что этот оборванец и есть его новый хозяин. Нет уж, знакомство с собственными слугами следует начинать иначе. И, кстати, зачем ему вообще особняк?! Разве что подарить его гильдии, которая наверняка оценит возможность иметь гнездышко в Дорвенанте? Хм… В таком случае, возможно, с этим стоит повременить ‑ вдруг оно понадобится и самому Лучано?
Он прыгнул в ближайший наемный экипаж из тех, что ждали клиентов у дворца, и велел везти себя в банк. Возница понятливо кивнул, взмахнул хлыстом, и пара сытых гнедых лошадок зацокала копытами по мостовой. Собственный выезд… Дорогая в содержании штука, неудобная, конечно…
В банке Лучано предъявил заветный подпиленный скудо, и любезный дородный итлиец‑приказчик, проверив монету, низко поклонился, а потом все наконец‑то пошло как надо. В уютном кабинете с мягкими креслами ему предложили шамьет, горячее вино с пряностями или сангретту ‑ все, что угодно синьору. Открыть счет? Считайте, что уже готово. Определенная сумма наличными прямо сейчас и несколько чеков с собой? Будет готово, когда синьор допьет!