Королева Теней. Пенталогия (СИ)

– Прости, Ал, – виновато вздохнула она. – Если бы я вчера кинула в енотов заклятием… Но они такие забавные, я и подумать не могла, что от них может быть столько неприятностей! Или надо было велеть Пушку их прогнать.
– Я думаю, Пушок их ночью и прогнал, – откликнулся друг. – Наверное, не выдержал наглости, когда они крали мой сапог. Но при чём здесь ты, в самом деле! Ты ведь тоже никогда не бывала в лесу, да? Это я болван! Должен был сообразить… Ладно, ничего уже не поделаешь, всё равно вторых сапог нет. Овёс вот жалко – лошадям придётся туго. Что смогу – соберу, но они же его по всей поляне разнесли.
– Ну, до Керуа мы как‑нибудь доберёмся, – утешила его Айлин. – И там купим овса. А сапоги… Ал, вот увидишь, стоит тебе вернуться в столицу – и они станут последним капризом моды! Ни у кого таких нет!
– Неудивительно! – от души согласился Аластор, уныло разглядывая сапог.
Айлин снова едва не хихикнула – и вдруг задохнулась. Воздух стал плотным и тягучим, внезапный холод пробрался под куртку, превращая тело в неподвижный холодный камень… Она попыталась что‑то сказать – и не смогла. Ноги подкосились, мир вокруг закружился, и она беспомощно осела на землю. Мелькнуло изумлённое лицо Ала. Кажется, он бросился к ней, но у Айлин потемнело в глазах, а тело налилось свинцовой тяжестью, и даже пошевелить рукой было невозможно. Паралич!
Кто‑то атаковал их Фиолетовой силой! А она даже не почувствовала поблизости некроманта! В глазах потемнело окончательно, и она провалилась куда‑то в тёмную холодную глубину.
…Ощущение своего тела возвращалось медленно. Сначала пришёл озноб, но Айлин обрадовалась даже ему, ведь это значило, что она жива. Потом в нос ударил сырой запах земли и влажных листьев, а тело словно закололо иголками. «Чувствительность восстанавливается, – подумала Айлин и вспомнила описание из учебника: „Вторая фаза после применения заклятия паралича – частичный паралич конечностей. На этом этапе возвращается речь, но…“» Мысли путались, и больше всего удивляло, что ей совсем не страшно. А ведь должно быть!
– Что вы делаете?! – прозвучал неподалёку полный изумлённой ярости голос Аластора.
Айлин попыталась открыть глаза, но веки словно склеились.
– Помолчите, юноша, – ввинтился в уши другой голос, устало‑брюзгливый и такой знакомый, что Айлин просто не поверила себе. Этого человека здесь не могло быть! – Мешаете. Ну вот, изволите видеть, ваша подруга пришла в себя. А ведь могла бы так и не очнуться, ей же было бы легче.
«Зачем он врёт? – растерянно подумала Айлин. – Паралич подолгу не действует. Я бы всё равно скоро опомнилась». А вслух выдохнула:
– Мэтр Денвер?!
Веки, наконец, послушались. Айлин открыла глаза и едва не вскрикнула. Склонившийся над ней чумазый и оборванный старик ничем, ну совершенно ничем не напоминал всегда подтянутого и подчёркнуто‑аккуратного наставника. Слипшиеся и взлохмаченные волосы, грязь в морщинах, засаленная одежда, в которой с трудом угадывался охотничий костюм…
Прежними остались только глаза под широкими густыми бровями, пронзительно‑голубые, как осколки льда. Но даже они сейчас казались чужими, неправильными. Что‑то странное, наводящее на мысли о безумии, смотрело из глаз мэтра Денвера, словно жуткое существо надело маску хорошо знакомого человека.
Айлин попыталась сесть и тут же поняла, что не может. Паралич оказался ни при чём, её руки и ноги были растянуты звездой и привязаны к вбитым в землю кольям, тем самым, на которых раньше стояла палатка. Стиснув зубы от напряжения, Айлин смогла лишь повернуть голову – и увидела немного поодаль сидящего у дерева Аластора, тоже связанного и прикрученного к стволу. Друг ответил ей виноватым взглядом и дёрнулся, но безуспешно.
По спине пополз противный холодок страха. Непонятно, что происходит, но наверняка что‑то очень мерзкое! Слишком хорошо она знала позу, в которой была привязана. В любом учебнике по ритуальной некромантии «жертвенная звезда» встречается много раз. Но почему мэтр?!
А ещё она поняла, что Пушка нигде нет. И Лучано тоже. Ах да, они же ушли к озеру. Значит… Значит, надежда есть!
 
Айлин попыталась мысленно позвать Пушка, но вокруг неё словно выросла глухая стена, и она поняла, что мэтр Денвер поставил вокруг поляны ментальный щит. Очень предусмотрительно с его стороны! Ну почему она сама не была такой осторожной?!
«Если выживу, – подумала Айлин, пытаясь отогнать липкий ужас, – обязательно буду ставить полный набор щитов! Как бы ни казалось вокруг безопасно…»
– Рад видеть, что вы меня всё‑таки узнали, – сухо кивнул старый некромант, наклонился ниже, и его пальцы, тоже грязные и с обломанными ногтями, принялись расстёгивать на ней куртку.
Айлин затошнило от брезгливости. Озеро ведь рядом! Как можно было так себя запустить! А ещё наставник, называется! Но в следующий миг она опомнилась. Денвер уже тянул вверх её рубашку!
Дёрнувшись, Айлин безуспешно попыталась сбросить чужую руку, омерзительную и по виду, и по действиям.
– Уберите руки от леди, мерзавец! Здесь вам не дом терпимости! – рявкнул Аластор, и мэтр Денвер изумлённо взглянул на него.
– Я же просил не мешать! – бросил он, а потом, вдруг побагровев так, что это было видно даже под грязью на лице, возмутился:
– Да как вы посмели?! Что за мерзость у вас в голове!
Он перевёл взгляд на Айлин и выдохнул:
– Что, и вы тоже подумали?.. Ревенгар! Я же ваш преподаватель! Это всё влияние Бастельеро, – пробормотал он раздражённо. – Паршивый щенок, ни малейшего уважения к старшим, и адептов этому же учит.
– Ни о чём таком я не думала! – запротестовала Айлин. – Ал, это же мэтр Денвер! Он мой наставник. И вообще он старый!
Она посмотрела в лицо мэтру, почему‑то ответившему ещё более злым взглядом, и поспешно добавила:
– Я прекрасно вижу, что вы собираетесь принести меня в жертву.
Скосила глаза на порядок рун, прорисованных вокруг её тела, и уточнила:
– Ради силы, да?
Мэтр Денвер вскинул брови и посмотрел на Айлин с удивлённым интересом, словно впервые увидел.
– Подумать только, Ревенгар, я вас недооценивал. А вы, оказывается, умны, наблюдательны и значительно опережаете программу! К тому же умеете принимать неизбежное с достоинством. У меня под самым носом был такой бриллиант, а я делал ставку на Морьезу! Как жаль, клянусь Падшим…
Айлин с трудом подавила вскрик. Падшим – то есть Барготом? Но ведь мэтр Денвер – некромант, разве он может призывать Баргота? Не говоря уже о том, чтобы принести человеческую жертву! Что за безумие им овладело?
«А может, я сплю? – подумала она. – Может, мне просто снится кошмар? Наверное, так оно и есть!»
Мэтр Денвер удовлетворённо улыбнулся, словно увидел что‑то очень приятное, и тут же помрачнел.
– И просто поразительное самообладание, особенно для Ревенгаров, – пробормотал он почти себе под нос. – Кто бы мог подумать… Пожалуй, окажись здесь Бастельеро – и я охотно оставил бы вам жизнь, но этот негодяй уже второй раз увиливает от жертвоприношения! А ведь хотел же я его вместо мальчишки… Впрочем, какая теперь разница? – прервал он сам себя.
– Отпустите леди! – рявкнул Ал так, что Айлин невольно вздрогнула. – Лучше убейте меня!
– Да помолчите же, юноша! – раздражённо прикрикнул некромант. – Мешаете! Во‑первых, вы не маг, во‑вторых, я менее всего заинтересован в вашей смерти! Вами я займусь чуть позже, так что подождите. Впрочем…
Он отвернулся к Аластору, помолчал немного и наконец кивнул:
– Вы злитесь? Превосходно!
Снова наклонившись над Айлин, он осмотрел её с ног до головы странным оценивающим взглядом и развёл руками.
– Вам придётся немного потерпеть, Ревенгар. Если вы знаете теорию жертвоприношений, то просто обязаны понимать, что лучшая жертва – та, что выведена из себя. Эмоции – ключ, открывающий сознание… Эту тему мы ещё не проходили и с вами уже не пройдём. Почти жаль.
Неприятно шершавая рука Денвера скользнула под рубашку, бесцеремонно стиснула грудь. Айлин невольно вскрикнула от боли и отвращения, забилась, пытаясь стряхнуть руку, и услышала яростный рёв Аластора. Денвер удовлетворённо улыбнулся и положил вторую руку на её пояс. Нет! Да нет же! Только не это! Пушо‑о‑о‑ок… Ей показалось, что она услышала безмолвный отклик, будто знакомый упругий нос ткнулся в ладонь. Хоть бы это была правда!