Соло (ЛП)

— Пялиться, как я упражняюсь с грушей, не совсем то, о чем я говорю. —
Тяжело дыша, он опустил руки.
— Я делаю твои фотографии. — Я подняла сияющий новый фотоаппарат и сделала парочку снимков в качестве демонстрации. — Ты же не против нескольких фото, не так ли?
— Не против.
— Замечательно. А ты бы не мог, пожалуйста, снять с себя одежду? Я бы не прочь сделать снимки, на которых ты обнаженный.
Он посмотрел на меня.
— Это ради искусства, честное слово.
— Не думаю.
Он расстегнул ремешки на своих перчатках. Это были не совсем боксёрские традиционные перчатки, а менее громоздкие.
— Я в долгу не останусь.
Жестом, выставляющим меня не совсем с достойной стороны, я играла с V-образным вырезом моего свитера.
— Как? — Его глаза потемнели от вспыхнувшего в них интереса.
О, этот трепет от осознания своей небольшой сексуальной власти над этим мужчиной. У меня голова шла кругом только от мысли об этом, мои гормоны метались как сумасшедшие.
— По-разному. Вот увидишь, я могу быть очень изобретательной при наличии стимула. Ты должен мне поверить.
Он двинулся ко мне навстречу, медленно и спокойно. Но его глаза говорили о другом.
— Надумала поиграть со мной, Лена?
— Нет. — Я опустила камеру. — Прошлой ночью ты позволил мне руководить процессом. Вышло неплохо, согласен?
— Когда ты меня поцеловала?
— Да.
Он приблизил своё лицо к моему.
— Когда ты заставила меня быть сверху?
— И это тоже.
— А я думал, тебе не нравится мой пот, — сказал он, дразня меня. — Вообще-то, помнится, ты это чётко сказала и отправила меня в душ.
— Вот не надо использовать тот случай против меня. Тогда я пыталась сопротивляться тебе, это касалось выживания, — простонала я в отчаянии; от воспоминаний о вкусе его губ рот наполнился слюнками.
А затем на другой стороне комнаты зазвонил мой телефон. Джимми подбежал туда и поднял его, проверяя, чье имя высветилось на экране.
— Кто такая Элис?
— Моя сестра. — Я небрежно махнула рукой. Мы едва обмолвились парой слов за последний год или около того, поэтому, что бы она там ни хотела сказать, это может подождать. А вот наш с Джимми поцелуй, не мог. — Забей. Я перезвоню ей позже.
С хитрой улыбкой он клацнул по экрану и поднёс телефон к уху.
— Алло?
Быть того, мать твою, не может. У меня отвисла челюсть.
— Да, это Джимми Феррис, её босс. — Он замолчал, слушая ответ. — Всё верно, я из «Стейдж Дайв». — Ещё одно молчание с самодовольной ухмылкой в мою сторону. — Спасибо, не знал, что ты фанатка. — И снова он слушал. — Да, Лена упоминала о тебе. На самом деле она даже рассказывала мне немного о том, как ты трахалась с её парнем, и что теперь вы собираетесь пожениться. Как тебе с этим живётся?
— Джимми. Нет. — Чёрт, чёрт, чёрт. Я отложила фотоаппарат в сторону и, хромая, приняла участие в деликатном процессе по доставке своей задницы к Джимми. — Тебя это не касается.
Засранец сделал шаг назад, потом ещё один, увеличивая расстояние между нами. Его лицо сейчас было серьёзным, а рот сжат в суровую линию. Очевидно, что бы там он сейчас ни слышал, это ему не нравилось.
Он фыркнул.
— А я так не думаю. Видишь ли, Элис, как это не называй, но ты увела у своей сестры парня. Если ты звонишь не для того, чтобы попросить у неё прощения, то я вообще не понимаю, о чём тут разговаривать. И мне абсолютно насрать на то, настоящая это любовь или нет. Ты поступила неправильно. Знаешь, откуда мне это известно? Я поступил точно так же со своим братом. Было хреново делать так из-за собственной неуверенности, но, знаешь что, Элис? У меня хотя бы есть хрен. А у тебя какое оправдание?
Я изобразила рукой, будто провожу ножом по горлу, все еще надеясь дотянуться до него, насколько быстро паника и бандаж позволят. Когда мне почти удалось схватить телефон, Джимми обернул руку вокруг моей талии, не давая мне этого сделать. Я вытянулась ещё сильнее, но мой посредственный рост был против меня.
— Ты не помогаешь, — прошипела я. — Прекрати.
— Да, похоже, я защитник Лены. Или, быть может, я единственный, кто готов всю эту ситуацию назвать дерьмом собачьим.
 
— Отдай телефон.
Я попыталась опереться на него, чтобы подобраться ближе, но мои пальцы соскользнули с его мокрых от пота плеч. Чёрт бы побрал его горячее тело.
Голос моей сестры звучал тихо и отдалённо. Я даже не могла толком разобрать слова. Впрочем, говорила она спокойным тоном, хотя была на взводе и невероятно зла. Стопудово идеальная принцесса не получала ни грамма удовольствия от разговора. Часть меня радовалась этому, но большая часть хотела разорвать Джимми на кусочки за то, что он совал свой нос, куда не следует. Как бы то ни было, мне не нужна война с сестрой. А она начнется, если он не прекратит это дерьмо.
— Давай сюда.
Он меня проигнорировал.
— Джимми! — кипя от недовольства, я влепила ему пощёчину (знаю, что не должна была, но влепила). Реакция не заставила себя ждать. Он уставился на меня, а затем смачно шлёпнул меня по заднице. Я завизжала, моя ягодица горела.
— Чтобы больше такого не было, Лена, — сказал он.
— Дай мне телефон.
Я вцепилась в его чертовски сильную руку, пытаясь заставить её опуститься.
— Да ты, б****, шутишь, — сказал он в трубку скептически голосом. — С фига ли ты вообще представила, что твоя сестра изъявит желание прийти на свадьбу и быть одной из твоих подружек, когда ты выходишь за её бывшего? Почему она должна спасать твою задницу, а? Эта твоя подружка кинула тебя, потому что ты и её парня поимела?
Из телефона послышались безумные крики.
— Чего-чего она от меня хочет? — спросила я озадаченно. Наверное, я неправильно расслышала. Элис просто не могла попросить меня о чем-то столь ужасном и жалком. Чтобы я стояла возле алтаря, в то время как она выходит за моего бывшего, которого у меня же и увела, как и сказал Джимми. — Ни за что.
Из-за ярости у меня начала вскипать кровь. Было ощущение, будто из ушей валит пар.
— Ах ты безмозглая, чёрствая, избалованная, грёбаная корова! — довольно громко крикнула я, чтобы это могла услышать моя любимая сестрица.
Джимми выгнул бровь.
— Я не верю тебе, Элис.
Он передал мне трубку.
Я поднесла телефон к уху.
— Ты серьёзно думаешь, что я приду в качестве грёбаной подружки? Я уехала. Я сделала всё возможное, чтобы не раздувать скандал, потому что все были взволнованы по поводу твоей помолвки. Но как ты смеешь считать, что для меня это сущий пустяк? Ты должна вести себя как моя сестра! Или для тебя это ничего не значит?
— Лена, — сказала моя сестра. По голосу слышно, что она была явно удивлена. — Эм...
— Ты даже не извинилась. Боже, Элис, если бы ты хоть раз признала, что поступила неправильно, то я бы это пережила, понимаешь? Я бы простила тебя. — Я прислонилась к Джимми, чтобы одолжить у него немного сил. — Но ты вела себя так, словно он был послан тебе свыше, и срать ты хотела на всех, кто встанет на вашем пути.
— Я... я люблю его.
— Неужели? Знаешь, я тоже его любила. И мне было больно. Очень больно из-за того, что ты сделала. Что вы оба сделали.
Джимми водил верх-вниз по моей спине, а второй рукой крепко держал меня. Я прижалась щекой к его груди, чувствуя, как он дышит, как бьётся его сердце.
— Прости меня, — наконец, сказала она, нарушив тишину. — Я... ты права. То, как мы поступили с тобой, было неправильным, и мне жаль. Нужно было сказать тебе об этом раньше.
Наконец-то. Я в спешке глубоко выдохнула. Мои плечи поникли. У меня было плохое предчувствие, что с глаз вот-вот упадёт несколько слезинок.
— Спасибо.
— Ты приедешь на свадьбу? Пожалуйста. Я бы хотела, чтобы ты заняла место подружки, от которого отказалась Тиффани. Но я пойму, если ты отвергнешь предложение. Просто, это кажется неправильным, что тебя не будет. Ведь ты моя сестра.
Ох, блин. Не думаю, что смогу это сделать. А это дурацкое радостное событие будет всего через три дня. Джимми сжал меня, просто давая знать, что он рядом. Это помогло.