Соло (ЛП)

— Язык, Лена, — с неодобрением сказал он. — Следи за своим чертовым языком.
Том прочистил горло, выпрямляя свой и так уже непозволительно ровный галстук.
— Мистер Феррис, боюсь, я должен снять свою кандидатуру с борьбы за эту должность. И, Лена, ты кажешься хорошей, но эти отношения с твоим работодателем выглядят не здоровыми.
— Эй, — сказал Джимми, с презрением глядя на мужчину. — Ты ничего об этом не знаешь.
— Том, поверь, я знаю это, — сказала я. Человек, очевидно, мог распознать катастрофу, когда видел ее.
Кивнув еще раз, он вышел, унося с собой мою последнюю надежду на легкий выход из ситуации. На самом деле это всегда было несбыточной мечтой, я должна была это понять. Все, что касается Джимми, никогда не будет легким.
Кстати говоря, я воспользовалась возможностью шлепнуть его по руке тыльной стороной ладони.
— А это зачем? — скулил он, потираю свою руку, как если бы я причинила ему боль. Такой, блин, ребенок.
— Даже не начинай.
Он начал хмуриться еще сильнее.
— Поговорим в кабинете?
— Нет, какой в этом смысл? Ты уже заставил его сбежать, — сказала я, сложив руки под грудью. — Отличная работа, Джимми.
— Ты сказала, что я должен с ним встретиться. Я встретился.
— Ты уже выполняешь ее приказы? — спросил Бен, на этот раз, отложив телефон. — Когда это началось?
Джимми даже не удостоил его взглядом.
— Заткнись, Бен.
— Да, ты встретился с ним, — сказала я. — И затем ты его запугал. Возможно, ты отобрал лет десять его жизни.
— Это не я. Это Мал. Чёрт, никто не может его контролировать.
Я ткнула его в грудь.
— Ты натравил Мала на бедного, ничего не подозревающего человека. Это жестоко, Джимми
— Эти люди моя семья, Лена. Предполагалось, что я должен спрятать их, как если бы я стыдился их? Парень был осуждающим придурком с палкой в заднице. Он бы продержался со мной две секунды. И никогда бы так и не поработал.
— Это не правда. Ты принял решение до того, как он вошёл.
Он сжал челюсть.
— Лена, послушай, давай оставим всё как ест. Все на месте. Мы можем теперь поужинать.
— У меня свидание с Дином. Приятного ужина.
— Что? Ты мне об этом не говорила.
— Ты знал, что я собираюсь встретиться с ним ещё раз.
Маленькие морщинки появились возле его губ, и это не было признаком радости.
— Но не сегодня. Я организовал это.
— Да, без моего ведома. Очень жаль, ничего не могу сделать.
Он поднял подбородок и секунду молчал, смотря на меня.
— Тебе не жаль.
— Да? Хорошо, я думаю, что зла на тебя сегодня, — сказала я, кровь всё ещё на большой скорости текла по моим венам. — В определенном смысле тяжело переживать о твоих чувствах, когда ты так мало думал о моих.
— Это несправедливо, — выплюнул он.
— О, правда?
— Ты же знаешь, я стараюсь.
— Не сегодня, — я сказала. — Сегодня ты просто сделал все, что хотел, и наплевал на всё, что было важно для меня.
Послышался шум, и я даже испугалась, развернулась на каблуках и осмотрелась вокруг. Я полностью забыла обо всех. Совершенно забыла о трёх зрителях, сидящих в отдалении и наблюдающих развернувшуюся драму. Дэвид выглядел потрясенным, его рот был раскрыт. Эв была занята тем, что потирала его плечи, успокаивая. Между тем, бас-гитарист был бледен, и его глаза были широко раскрыты.
— Хм, — сказал Бен.
Дальше по коридору, Мал и Энн выпали из ванной на первом этаже, оба смеясь. Они всё ещё надевали свою одежду. Это было бы прекрасным отвлечением, если бы я остановилась возле двери.
— Быстро же вы, — сказал Джимми, резким голосом.
— Зато продуктивно, — крикнул Мал. — Заткнись, Джимбо. Что ты знаешь о значимости интимных отношений.
— Кажется, Джим сейчас знает больше, чем мы представляем.
Дэвид испытующе посмотрел на своего брата.
Джимми стиснул зубы.
— Отвали, Дэвид. Она работает на меня. Конец истории.
Это не ранило. Не могло. Даже моё глупое сердце должно в итоге принять правду. Эта особенно жестокая реальность, с которой я сталкивалась так много раз, что на месте ран образовались большие уродливые наросты.
 
— О, ясно, — сказал Мал, продолжая застегивать джинсы. — Интересно. Я собираюсь рассказать вам, что сказал сегодня Киллеру во время дрессировки, когда он пытался взобраться на пуделиху, которую только встретил. Если она что-то для тебя значит, ты должен ухаживать. Ты не должен пытаться только вставить ей.
— Ради Бога.
Джимми потер лицо руками. Это звучало бы забавно, если бы речь шла не обо мне.
— И на этой ноте, я ухожу, — сказала я, махнув и пятясь назад. Конечно же, я задела бедром угол стола — быстрый и беспрепятственный уход не для меня.
— Чёрт, ауч. Хорошего вечера.
— Ты в порядке? Лена, ну давай же. Выпусти пар. — Он тяжело сглотнул. — Не переживай об этом консультанте.
— Том. Его имя было Том.
— Я организовал ужин, чтобы извиниться перед тобой за дверь.
Я пожала плечами в пальто.
— Нет необходимости. Я уже простила тебя за это. Почему вместо этого ты не стараешься извиниться за срыв встречи с Томом?
Его губы поджались.
— Верно. Итак, почему бы тебе не позвонить Лив, Джимми? Уверена она с удовольствием примет приглашение. Я встречаюсь с Дином в городе и уже должна идти.
— Спокойной ночи.
Я сбежала вниз по лестнице. В этот момент, мне просто необходимо уйти так далеко от него, насколько возможно. Жаль, что я пропускаю вечер с Эв и ребятами. Несмотря на все безумие, они все больше и больше походили на настоящую семью. Сейчас я могла закончить с этой частью.
***
В псевдо-байкерском баре было жарко и людно, и уж точно не весело. Если ещё хотя бы один опрятный и утянутый в кожу выпендрежник случайно столкнётся со мной, я заеду ему по морде. И, по всей видимости, эти кадры были из окружения Дина. Кажется, он знаком со всеми посетителями. И ежу понятно, что ни один уважающий себя байкер даже шагу не ступит в подобное заведение. Не нужно быть экспертом в их культуре, дабы понять, что этот бар фальшивка. Хотя куда безопаснее находиться в компании парней, носящих лёгкие кожаные ботинки, нежели настоящие байкерские сапоги.
Готова поспорить, народ на ужине у Джимми веселится.
Возможно, я не должна была даже пытаться навязывать ему Тома. Дерьмо, я больше не имею ни малейшего понятия что правильно, а что нет, когда дело касается Джимми Ферриса. Как если бы я только начинала работать с ним. С первого же дня, я была не в своей тарелке, находясь в кишащих акулами водах. Я гадала, позвонил ли он Лив и пригласил её, как и предлагалось. Ревность поползла по моему позвоночнику. Свидания — это то, что нужно Джимми. Моя неспособность обрести внутренне спокойствие и гармонию было моей личной чёртовой проблемой.
Пришло время с этим смириться, детка.
Дин стоял в нескольких шагах от меня, погружённый в беседу с каким-то парнем о преимуществах тех или иных резонаторов. Его не в чем было обвинить. Сегодня я была самым плохим в мире собеседником. Я играла соломинкой в своём джине с тоником, толкая дольку лайма то влево, то вправо. Туда-сюда, туда-сюда. Я ещё по-настоящему и не пила, это ощущалось неправильно. Как если бы я предавала кого-то, это глупо, но правда.
«Стейдж Дайв» гремели в звуковой системе, и я изо всех сил старалась не закричать. Дополнительное доказательство тяжести моего положения. Всем моим миром был Джимми Феррис, и это полностью моя чёртова вина. Годами я плыла по течению, справляясь с предательством моей чудесной сестры и её прекрасного жениха. Настало время начать вновь строить планы. Если бы только я могла выяснить чего же я хочу.
Может, мне стоит поговорить с Пэм снова, расспросить о том, как она стала фотографом. Было что-то такое в подборке кадров и взгляде на мир через объектив, что завораживало меня. От скуки я вытащила свою камеру и сделала некоторые снимки. Покачивающиеся дреды одного из мужчин-барменов, в то время как он делать коктейль. Куча вытянутых вдоль бара рук клиентов, требующих принять заказ. Частичный снимок двух женщин склонившихся друг к другу и державшихся за руки. Это было весело. Вечер был спасён.