Соло (ЛП)

— Ты не просто так решил сдаться, а по причине, — сказала я. — По какой?
— Верни их.
Он требовательно вытянул руку, сжав рот в ничего не выражающую линию.
— Несколько месяцев назад ты принял решение завязать с сигаретами, верно? Тогда почему ты снова начал курить, Джимми? Скажи мне.
Он не стал отвечать. Вместе этого он двинулся влево. Естественно, я двинулась вправо, сохраняя между нами ту же дистанцию на длину стола. Безопасность — прежде всего.
— Лена, — сказал он низким голосом. — У меня нет особого желания идти за другой пачкой сигарет в такую непогоду, поэтому ты отдашь их мне. И затем перестанешь совать свой милый маленький носик туда, куда тебя не просят.
— Нет.
— Это приказ, Лена.
Неужели он всерьёз до сих пор считает, что на меня действуют приказы? Судя по фирменной стиснутой челюсти, ответ — да. Как безумно мечтательно с его стороны.
— А давай пойдём на компромисс, — сказала я, выдвигая стул из-за стола. — Мне кажется, нам стоит присесть и обсудить это, как взрослым людям. Рассмотреть все «за» и «против», и убедиться, что ты принимаешь обдуманное решение.
Его огромное тело было противоестественно спокойно, а сильные пальцы впились в спинку стоящего перед ним стула.
— Конечно. Мы можем так сделать.
— Спасибо. Это всё, что я прошу.
Он медленно сел на стул. Затем склонил голову, ожидая, что я поступлю также. На его коже выделялись вены и жилы. Ага, как будто он не был готов к прыжку. Наверное, считал меня идиоткой. Моё дыхание участилось, под рубашкой часто поднималась и опускалась грудь. Несколько секунд его взгляд был прикован к ней. Его лицо залилось краской. Титьки действительно здорово отвлекали.
Может, у меня и не выйдет отговорить его от курения на длительное время. Но я была чертовски уверена, что сегодня не дам ему закурить, и потом должным образом поговорю с ним по этому поводу. К несчастью, он сидел между мной и мусорным баком, который быстро бы решил проблему уничтожения сигарет. Мне нужно было что-нибудь придумать.
— Хорошо. Я действительно рада, что мы можем поступить разумно, — я сделала вид, что начинаю опускать попу на стул. — Спасибо, что согласился поговорить со мной об этом, Джимми.
В его великолепной улыбке обнажились блестящие острые зубы.
— Конечно, Лена. Для тебя всё, что угодно.
— Это так мило, — улыбнулась я.
И затем я сорвалась с места.
Выделился адреналин, и мои ноги изо всех сил понесли меня вперёд. Я добежала до ванной комнаты, находившейся дальше по коридору. Идеально. К счастью, она была не так далеко, но, несмотря на то, что я стартовала первой, он быстро догонял меня. Что и следовало ожидать, ведь ему нравилось бегать, а я предпочитала поедать пироги.
По дому эхом разнёсся звонок во входную дверь. Из-за колотившегося сердца и тяжёлых шагов Джимми, раздающихся позади меня, я не сразу его услышала. Я ухватилась за край двери в ванную, мои носки скользили по мраморному полу. Уже так близко. Вокруг талии обернулась рука Джимми, утянувшая меня назад. Но из-за его босых ног и моих, одетых в носки, мы оба скользили по полу. Хотя скорость мы набрали довольно большую. Я полетела вперед, ноги оторвались от холодной твёрдой поверхности. Если бы Джимми не держал меня, то я бы поцеловалась с полом в коридоре. Поэтому я немного ударилась коленями, а весь удар пришелся на него. Его ладонь сильно шмякнулась о мраморный пол, тем самым предотвратив наше падение, и удерживая моё лицо всего в нескольких дюймах от травмы. Я разжала руку, и выпавшая пачка сигарет скользнула по полу.
Раздался ещё один звонок.
Моя причёска растрепалась, и теперь волосы в полнейшем беспорядке падали на лицо. Я увидела, что пачка лежит в нескольких ярдах от входной двери, и потянулась вперёд, пытаясь ухватить её.
Джимми покончил с этим, просто навалившись на меня своим чудовищным весом, прижав мой живот к полу. Благодаря своим мышцам, он весил примерно столько же, сколько небольшой слонёнок.
Как выяснилось позже, в сплющенном состоянии я выдавила что-то ужасно похожее на «уф-ах».
 
Джимми злобно засмеялся.
— Слезь с меня, — закричала я, извиваясь под ним.
— А ты собираешься сдаваться?
Его дыхание согревало моё ухо, а его тело прижималось к моей спине. При других обстоятельствах это бы чертовски возбуждало. Моя попа случайно потёрлась о его пах, и ёшкин кот. Меня бросило в жар.
Чёрт. Значит, всё-таки это возбуждало.
— Никогда!
— Тебе меня не победить, — влажные пальцы обернулись вокруг моего запястья, не позволяя дотянуться до сокровища. Я чувствовала, как его член, прижавшийся к моей заднице, твердеет.
Чёрт возьми, теперь уже и он этим наслаждался. Наверное, с его стороны это была всего лишь физиологическая реакция.
— Ты ведёшь себя нелепо.
— Ой, а ты нет? — пропыхтела я. Мои соски выдалбливали дыры в мраморном полу.
— Лена...
Кто-то постучал в дверь. Ха, точно, у нас же посетитель, ждущий снаружи в ливень. В то время как мы в псевдосексуальной манере занимаемся спаррингом по всему первому этажу. Замечательно.
Звякнул ключ, открылся замок, и затем, вместе с порывом резкого холодного влажного воздуха, зашёл Дэвид Феррис. Влажный пожелтевший листок с дерева шлёпнулся мне на лицо. Не успела я среагировать, как Джимми осторожно убрал его. Ветер затих, как только Дэвид закрыл за собой дверь. Он, нахмурившись, смотрел вниз на нас.
— Народ, — сказал он, его глаза светились от смеха, — вы тут спаррингом надумали заняться или как?
— Почему бы и нет? — я похлопала своими маленькими пальцами по полу, подперев голову рукой. — На улице слишком мокро, чтобы Джимми мог отправиться на пробежку, так что... да. Пришлось импровизировать.
Дэвид прикусил щёку и выдал широченную улыбку.
— Понятно. Здорово.
Всё ещё прижимаясь к моей спине, Джимми простонал:
— Она взбесилась из-за кое-чего. Длинная история.
— Я делала свою работу и заботилась о твоём благополучии, — сказала я. — Может, ты уже слезешь с меня?
И тогда Дэвид заметил возле ног пачку сигарет. Вот дерьмо. Даже не сосчитать, сколько морщин возникло на его лбу. Носком ботинка он пнул её в нашу сторону. С молниеносной скоростью их схватил Джимми. Чтоб его.
— Опять начал курить, Джим? — голос брата выражал крайнее недовольство и разочарование. Спиной я почувствовала, как напряглась каждая клеточка Джимми.
— Они мои, — сказала я.
— Нет, не твои.
С меня исчезла гигантская туша босса. Не успела я начать подниматься, как меня подхватили под мышки. Меня поставили на ноги, словно я весила меньше одуванчика.
Джимми прочистил горло.
— Ещё одна вещь, которая тебя во мне не устраивает, да, Дэйв?
— Не в этом дело, — сказал его брат с мрачным лицом. — Я всю неделю пытался до тебя дозвониться.
— А, да. Извини, был занят.
— Ну да.
Братья просто уставились друг на друга. Эта встреча проходила плохо, к слову сказать, совсем. Если Джимми ещё сильнее сожмёт губы вместе, то они перестанут существовать. Женщины всего мира будут оплакивать их пропажу. Или, по крайней мере, я.
На боль и сожаление в глазах Дэвида было ужасно смотреть. Конечно, он простит Джимми. Он же часть семьи. Стоит заметить, что я не была особым примером для подражания в делах, касающихся прощения родных. Но эти двое были другими, они любили друг друга.
— Здорово, что ты к нам заскочил, — сказала я. — Как Эв?
— Хорошо, спасибо, — кивнул Дэвид.
— Мы тут как раз кое с чем разбираемся, Дэйв.
Сжав чуть ли не до треска пачку сигарет, Джимми проделал свою обычную фишку с избеганием взгляда. Он смотрел на пол, будто тот съел последнюю конфетку из пачки «РисесПисес» [ароматизированные конфеты на основе арахисового масла, выпускаемые компанией Hershey для североамериканского рынка — прим. перев.]. Не то чтобы он ел шоколад, но вы поняли, о чём я.
— Я позже свяжусь с тобой, — небрежно бросил он, даже не взглянув на Дэвида.