Жнец (ЛП)

— Никаких врачей.
Это единственное, что он говорит, прежде чем его голова склоняется набок. И я официально заявляю, что начинаю сходить с ума. Я опускаюсь на колени, чтобы осмотреть его. У него кровотечение из раны в плече, и, похоже, он потерял уже много крови.
Я обхватываю его лицо руками и слегка встряхиваю.
— Ронан, мне нужно, чтобы ты не отключался, хорошо? И мне нужна твоя помощь, чтобы мы могли попасть в квартиру. Ты можешь сделать это для меня?
Он не отвечает, но все же шевелится. Он пытается встать, и я обнимаю его за спину. Но он слишком большой, и я не могу обеспечить ему достаточную опору.
Мы минуем входную дверь, и он сразу падает на пол. А я не могу перестать смотреть на кровь. Так много крови. И я близка к тому, чтобы начать паниковать. Знаю, что Лаклэн убьет меня, если я вызову скорую, но я правда думаю, что ему это сейчас необходимо.
Я устраиваю его максимально удобно на полу, расстегивая полы его пальто, чтобы иметь доступ к ране. Стягиваю с себя футболку и прижимаю ее к пулевому отверстию, а затем тянусь к его руке. Он так слаб, что его глаза едва приоткрыты. Ощущаю, как его сознание ускользает, а я не могу этого допустить.
— Мне нужно вызвать тебе врача.
— Никаких врачей, — хрипит он.
— Господи, Ронан. У меня нет выбора.
— Никаких врачей, — повторяет он снова.
Прижимаю его руку к футболке и крепко удерживаю ее на месте.
— Оставайся здесь. А я позвоню Лаклэну, хорошо?
Он кивает и закрывает глаза.
Я бегу в свою спальню и роюсь там в поисках мобильника. Когда я, наконец, нахожу его, мне приходит в голову еще одна мысль. Лаклэну потребуется время, чтобы добраться сюда. И еще дольше придется искать того, кто сможет ему помочь. Но я знаю кое-кого, кто может, мне помочь, и она всегда начеку, ждет, когда я позвоню, если она мне понадобится.
Я знаю, что это неправильно, и они, вероятно, убьют меня за это, но я прокручиваю свою телефонную книгу и набираю номер Эми. Она отвечает заспанным голосом после третьего звонка.
— Саша, все в порядке? — спрашивает она.
— Нет, — резко отвечаю я. — Мне нужно, чтобы ты приехала сюда, пожалуйста. Как можно быстрее.
— Хорошо, — отвечает она. — Скоро буду.
— Пожалуйста, поторопись.
Я вешаю трубку и набираю номер Лаклэна, направляясь обратно к Ронану. Он почти без сознания, но все еще дышит. Я прижимаю руку к ране и быстро объясняю Лаклэну, что произошло. Он говорит, что уже едет, поэтому я вешаю трубку и жду.
Минуты приходят одна за другой, а я держу голову Ронана у себя на коленях, обводя пальцем контуры его лица и поглаживая пальцами его волосы. Иногда он находит в себе силы посмотреть на меня снизу вверх.
— Я собираюсь снять их, — говорю я ему, снимая его очки. — Хорошо? Я хочу, чтобы тебе было удобно.
Он не отвечает. Он просто смотрит на меня, спокойный, как всегда, как будто ничего страшного не произошло. Я хочу спросить его, что случилось. Я хочу спросить его, почему он пришел ко мне. У меня к нему столько вопросов, но я знаю, что ему нужно беречь силы. Поэтому я просто сижу рядом с ним и глажу его лицо.
— У тебя ласковые руки, — бормочет он.
Его глаза снова закрываются, и он начинает погружаться в бессознательное состояние.
— Ронан, ты должен остаться со мной.
Я смотрю на его грудь, и она все еще поднимается и опускается, но мне трудно судить об этом, поскольку я смотрю на все происходящее через пелену слез в моих глазах. Дверь открывается, и Эми чуть не спотыкается о нас обоих.
— О боже, — говорит она. — Ты уже вызвала скорую?
— Нет, — говорю я ей. — Ему нужен врач. Пожалуйста, ты должна ему помочь.
— Я… я не могу, — бормочет она. — У меня нет инструментов, моя лицензия…
— Эми, пожалуйста, — умоляю я. — Он умрет, если ты ничего не предпримешь. Просто помоги ему, пока Лаклэн не приведет сюда врача.
Она колеблется еще мгновение, а затем, кажется, приходит к какому-то решению.
— Я стабилизирую его, — говорит она. — Но ему обязательно нужно будет поехать в больницу, когда я закончу.
Она опускается на колени рядом со мной и начинает перечислять все, что ей нужно.
 
Я бегаю по дому, как сумасшедшая, пытаясь собрать все, что нужно, и как можно быстрее принести ей. Она срезает с него рубашку, и я впервые вижу его грудь. И я в шоке от количества шрамов, покрывающих его тело.
И Эми, кажется, тоже.
— Кто этот парень? — спрашивает она.
— Он мой…, — я делаю паузу. — Он — мой друг. Очень хороший друг.
Дверь снова открывается, и на этот раз на пороге оказывается Лаклэн. У него бледное лицо, а когда его глаза останавливаются на Ронане, становится очевидно, что он по-настоящему заботится об этом человеке. Я никогда не была на месте Лаклэна, и я вряд ли бы когда-нибудь поняла, что он чувствует. Но, как оказалось, Ронан — тот человек, который нас сближает. Затем он смотрит на меня, ища в моих глазах ответы, прежде чем успеет их задать.
А затем его взгляд резко останавливается на Эми, которая тычет пальцем в рану Ронана.
— Кто она такая? — спрашивает Лаклэн.
— Сиделка моей матери.
Намеренно опускаю ту часть, где я звонила ей.
— Ты можешь ему помочь? — спрашивает ее Лаклэн.
Эми качает головой с серьезным видом.
— Его нужно везти в больницу. Пуля все еще у него внутри, и…
— Саша, — перебивает ее Лаклэн. — Здесь найдется кровать, куда мы можем его положить?
— Моя комната, — говорю я ему.
— Хорошо, иди и подготовь все. Мне нужно поговорить с Эми.
Я колеблюсь всего несколько секунд, и чувство вины буквально сжигает меня изнутри. Он, скорее всего, собирается угрожать ей. Или, может быть, предложит ей денег. В любом случае, мне все равно. Единственное, что меня сейчас волнует, это Ронан, и я должна убедиться, что он в порядке.
Так что я делаю, как просит Лаклэн, иду по коридору, откидываю и убираю все с дороги.
Мгновение спустя Лаклэн уже стоит позади меня, задержавшись в дверях.
— Мне нужно, чтобы ты помогла мне перенести его сюда, — говорит он. — Я уже позвонил кое-кому из ребят, но ждать не хочу. Эми ведь поможет ему, Саш?
Я киваю и спешно иду за ним. Нам всем троим приходится затаскивать его в постель. А потом Эми приносит свою медицинскую сумку и начинает ставить капельницу.
— Что ты собираешься делать? — спрашиваю я ее.
— Она дает ему что-то, чтобы успокоить его, — объясняет Лаклэн. — Если он проснется и кто-то, кого он не знает, прикоснется к нему…
Он не договаривает, а я просто киваю.
Но Ронан все же просыпается. Как раз тогда, когда Эми пытается установить капельницу. И он приходит в ярость. На какое-то мгновение меня охватывает страх, что я даже не могу понять, что это происходит в действительности. Он всегда был таким сильным, спокойным и уверенным. Единственный раз, когда я видела как он теряет контроль — тот раз с Блейном. Но сейчас он как зверь в клетке, мечется в кровати, пока Лаклэн пытается удержать его. Взгляд его диких и испуганных глаз упирается в меня, и мое сердце разрывается на части. Я забираюсь на кровать рядом с ним и хватаю его за лицо.
— Ш-ш-ш, Ронан, — шепчу я. — Все хорошо. Просто смотри на меня. Только на меня.
К всеобщему удивлению, мои слова, кажется, успокаивают его. Поэтому я продолжаю повторять их, поглаживая его лицо своими пальцами. Он ведь никогда не сводит с меня глаз.
— Ты мне доверяешь? — интересуюсь я у него.
Он кивает.
— Ладно, хорошо, — шепчу я. — Потому что я никому не позволю причинить тебе боль. Ты ведь это знаешь, правда?
Он моргает, а его дыхание немного замедляется, когда его глаза ищут мои. Проникновенный взгляд этих карих глаз, делающий его похожим на маленького мальчика, а не мужчины, каким я его знаю. Сейчас он не похож на жестокого хищного зверя. Прямо сейчас это дорогой моему сердцу красавчик Ронан. И в этих глазах в оправе пушистых ресниц, светящихся сталью той брони, которую он носил так долго, мелькает доверие. Мне. И у меня такое чувство, что позже, когда я задумаюсь об этом, я, наконец, пойму всю серьезность того, что это значит. Потому что сомневаюсь, что Ронан кому-то вообще доверяет. Даже его лучший друг, Лаклэн, которого он знал всю свою жизнь, сейчас считается врагом.