Последний министр (СИ)

Александр Дмитриевич достал кривой стартер, вставил в коленвал и хорошенечко так крутанул ручку, что дай Боже. Коленвал прокрутился сразу же и мотор умиротворенно заурчал.
Курлов сгорал от любопытства.
— Ну, таки расскажите Александр Дмитриевич, как все прошло? Мне не терпится.
— Нечего рассказывать, честно говоря…
— А как же ваш «сюрприз» для Государя, как он отреагировал? — не отступал Курлов.
— Я даже подвести его к этому не успел, времени не хватило или не знаю чего, но зря мы сюда сундук тащили. Сюрприз не задался и сундук не пригодился. Да и остальное тоже…
Протопопов двинулся к стороне водителя, но Павел Григорьевич, видя, что министр пьяненький и за ним тянется облако перегара, ловко так прихватил его под руку и подвёл к пассажирской стороне.
— Давайте ка я поведу обратно, за рулём страсть как соскучился.
— Не вопрос — ведите сколько влезет.
Протопопов устало плюхнулся на пассажирское сиденье и захлопнул дверь, чувствуя себя выжатым, как лимон.
А потом боковым зрением увидел, что ящика, который он оставил стеречь Курлову — его нет. Исчез.
Не понял.
Куда делся?
Протопопов приподнял бровь, перекинулся через сиденье, осмотрелся и немало удивился, когда не обнаружил свой сундук. Курлов залез следом.
— Где ящик, что-то не понял?
— Так от Государя за ним пришли, я что и спрашиваю — понравился ли Государю задуманный сюрприз, — ответил генерал.
— В смысле пришли?
— Ну как в смысле — минут за пять, как вы вышли из приёмной, люди из дворца подошли, говорят приказано забрать. Ну я и решил, что раз приказано, то пусть берут, для дела же.
— И ты отдал?
— А не надо было отдавать, Саша? — вздохнул Курлов, трогаясь и видимо полагая, что после выпитого Протопопов ещё не отошёл. — Говорю же, сказали мне, что приказано сверху. И ты сам говорил Мордвинову прислать за сундуком пару крепких ребят. Что не так то?
Протопопов переварил поступившую от Курлова информацию. Как так пришли? Кто пришёл то, если государь сказал, что аудиенция была прекращена и вообще Николай дал понять, что разговаривать больше не хочет и не намерен. Никакого приказа он не отдавал тем более, потому что ничего о «сюрпризе» не знал.
Протопопов ему об этом не говорил.
Ещё не хватало, чтобы ящик подмотали прямо в Александровском дворце! Вот будет умора. Ну а если по серьёзному, случись так, что сундук попадёт куда-то кроме Государя — дело дрянь.
Гадать на кофейной гуще Протопопов не любил и вопросы предпочитал решать не отходя от кассы.
— Паша останавливайся.
— Зачем?
— Тормози говорю, без вопросов!
Не дожидаясь, пока автомобиль до конца остановится, Протопопов пулей выскочил из салона. Спрыгнул на землю, едва на ногах устоял. Куда подевался сундук стоило выяснить у Мордвинова, который наблюдал за из отъездом.
— Сундук где? — запыхавшись после рывка на «стометровке» от автомобиля к дворцу, спросил Александр Дмитриевич.
— Какой сундук?
— Вы дурачка Анатолий Александрович не включайте, я про сундук, который я к Государю лично привёз. Куда вы его дели?
Мордвинов задумался, не сразу ответил, как будто припоминал о чем идёт речь. А потом пожал плечами.
— Понятия не имею, куда вы подевали свой сундук, мне он точно без дела, — заверил он. — И вы бы сбавили тон коли выпили, как никак в Александровском дворце находимся. Здесь ваши выходки при себе оставьте. Или у вас традиция такая?
Протопопов стиснул зубы, сделал глубокий вдох, подучившийся со свистом и махнул рукой.
Ладно, Мордвинов прав допустим, тон надо действительно сбавить. Не хватало ещё затеять заварушку прямо у дворца, тогда уж точно ничего хорошего ожидать не придётся. Интереса в конфликте с Мордвиновым нет никакого.
Не прощаясь, Протопопов зашагал прочь.
— И вам всего хорошего, — улыбнулся Мордвинов, по всей видимости довольный тем, что угомонил министра, в последнее время известного своими скандальными выходками на всю Россию.
Протопопов таким чесаниям чсв значения придавал мало, если прямых оскорблений нет. Глаза у Мордвинова не врали, вроде как правду сказал.
 
— Ответил? — спросил Курлов с некоторым беспокойством, когда министр вернулся.
— Он не знает ничего. Говорит не брал. И похоже, что не врет.
— Саш, слушай, ну откуда я знал, что твой этот «сюрприз» никому отдавать нельзя? Или кому то можно было… ты уж определился бы тогда? А то этому давать, тому не давать, — бурчал Генерал, залезая обратно в автомобиль.
Протопопов подавил в себя желание выместить на Курлова всю злость, что было проще всего.
— Кто забрал хоть помнишь?
— Двое подошли, говорят где ящик, давай сюда, приказа мол, туда-сюда, — припомнил Павел Григорьевич.
— Ладно, поехали… день прям как то не задался, Саш.
— Ну бывает, может встал не с той ноги?
Протопопов промолчал, не став развивать тему суеверий. Так можно дойти до того, что кошка им чёрная дорогу перебежала (а он блин реально перебежала у станции!) или ещё какой глупости наподобие. Но факт на лицо — так называемый «сюрприз» пропал в Александровском дворце. Бред, если бы не произошло на самом деле.
Так теперь ещё не найдёшь концов.
Бегать по дворцу и искать никто не пустит.
Хоть этот флигель-адъютант и не врал, как показалось Протопопову (а Александр Дмитриевич умел отличить лож от правды) все же хотелось верить, что Мордвинов просто обиделся на толчок у приёмной. И теперь вот пытается отомстить, как умеет. Решил наверняка заранее озаботиться доставкой сундука, если вдруг тот действительно понадобился бы Государю — Протопопов ведь так убедительно в этой надобности заверил перед визитом. Если дай бог так, то мелочно, конечно действует Анатолий Александрович, зато сундук в безопасности. Худшее, что в таком случае следует ждать — Государь откажется смотреть его содержимое или в одиночку не поймёт его вовсе, и велит выбросить, а то и выслать обратно в министерство внутренних дел.
Ну и ладно.
Только минут через двадцать они были на станции Царское село. Ехать на автомобиле обратно в Петроград не представлялось возможным. Начал срываться снег, круживший над Царским селом крупными хлопьями, а снегопад, понятное дело, переводил переход в разряд утопии. Да и генерал водил машину откровенно плохо и плёлся все равно, что черепаха. С такой скоростью они были бы в Петрограде только к полуночи. С такими же темпами они бы быстрее дошли до здания министерства на своих двоих. Что кстати Александр Дмитриевич наверняка сделал бы, не будь на улице лютого мороза (ну а что ходил ведь в своё время из Царского села пешим ходом Пушкин, так чего бы не последовать примеру великого поэта?).
Для себя министр решил, что оставит автомобиль в Царском селе, рядом со зданием станции, а потом, как немного распогодится и проезд по шоссейной дороге станет доступен, пошлёт за автомобилем Федю или сам смотается, проветрится. Курлов воспринял это крайне положительно и всячески поддержал.
На станции их ждал новый облом. Федя с ребятами, уже заждавшиеся министра и генерала, сообщил, что по техническим причинам, связанным с непогодой, следующий поезд в Петроград будет отбывать только через несколько часов. Александра Дмитриевича это новость немного удивила, потому как в тот момент как они подошли к станции туда прибыл очередной локомотив. Но кто ж будет спорить с железнодорожниками — через несколько часов, значит через несколько часов. Главное, что неплохо было бы уехать отсюда в принципе до следующего дня. Терять время и ночевать в Царском селе не было никакой возможности. Завтра хоть и выходные, но у Протопопова до неприличия много дел, все неотложные и требующие решения. Опускать руки после не совсем удачного разговора с самодержцем, Александр Дмитриевич не станет. Не в его это характере.
Понимая все это, министр решил дождаться следующего поезда в забегаловке возле станции. Возможно оно и к лучшему, на самом то деле — будет время остыть окончательно и подкорректировать планы.