Ревизор: возвращение в СССР 10 (СИ)
— Да ну тебя! — обиделся Борщевский, развернулся и пошёл прочь.
— Кирюх, не забудь мне все материалы по фабрике сдать! — напомнил я ему в спину. Обидеться он обиделся, но, обернувшись на мгновение, все же кивнул.
Мы пошли на выход. Девочки шли впереди, а мы с Лёхой чуть отстали.
* * *Оформительский цех завода имени Лихачёва.
Галия, Юра и Василий Иннокентьевич колдовали над праздничной группой. Загрунтовали фанеру сразу в нежно-голубой цвет, а ель заднего плана в тёмно-зелёный. Шура с Петровичем два дня подготавливали заготовки под роспись. Пропитывали и красили. И вот теперь пришла очередь собственно росписи.
Юра с Василием Иннокентьевичем занимались основной заготовкой. А Галия и Шура расписывали ель. Им показали, как это нужно делать, они быстро сообразили и делали, как им сказали.
— Иголки и ветки будут сохнуть сегодня и завтра, а потом начнёте елочные игрушки рисовать, — планировал работу Василий Иннокентьевич. — Девчонки, принесите из дома ёлочных игрушек, чтобы было на что смотреть. Натура нужна же. Шары, снежинки, зверушки, сосульки… Что рисовать проще.
Галия с Шурой переглянулись.
— Это мы запросто! — заявила малярша и подмигнула растерявшейся Галие. — Подумаешь, сосульки нарисовать?
Галие очень нравилось здесь работать. Она не умела рисовать завитушки в поздравлениях, Эдичка ей показал, и у неё сразу получилось. Не умела елку рисовать, Юра с Василием Иннокентьевичем показали, и, пожалуйста, прекрасная ель получается.
И с игрушками так же будет. — убеждённо подумала она, улыбнулась Шуре и продолжила расписывать дерево. — Только, где взять игрушек? У них же с Пашей ещё нет ничего.
В разгар работы дверь в мастерскую неожиданно открылась и вошёл Эдичка. Все уставились на него в ожидании. Он подошёл к коллегам, оценил обстановку, несмотря на всё ещё болезненное состояние, и, поджав губы, кивнул одобрительно головой.
— Молодцы. — не обратив внимания на постороннего Юру, он уставился на Галию. — Мне надо с тобой поговорить. — заявил он и потащил её за руку к выходу из мастерской.
Василий Иннокентьевич, нахмурившись, направился следом за ними.
— Галия! — развернулся к ней лицом Эдуард, как только они оказались в коридоре, и схватил её за вторую руку. — Я тебя люблю! Зачем ты вышла замуж⁈ Разводись! Выходи за меня!
— Эдик, Эдик! — появился откуда-то Василий Иннокентьевич. — Ты ещё не в себе. Оставь девушку в покое. — он переключил внимание Эдуарда на себя и подтолкнул Галию к двери в мастерскую, загородив ее собой. — Иди домой. Отлежись ещё. Что ты пришёл?
Галия прошмыгнула вовнутрь. Праздничное настроение разом куда-то улетучилось.
— Что там такое? — подошёл к ней Юра, вытирая руки. — Что ему надо?
— Зачем, говорит, ты замуж вышла? — ошарашенно повторила Галия.
— Ха! Во даёт! — воскликнул Юра. — Выкинь из головы. Пошли работать.
Выкинь из головы. Легко сказать! А Галия поняла, что с этого момента она начала бояться Эдичку. Она не сможет больше спокойно находиться с ним наедине в этой мастерской. А жаль.
Может, всё ещё успокоится, когда он выйдет на работу? Хотелось бы верить…
* * *Лекция на консервной фабрике прошла великолепно. Тема «Эффективность советского производства». Я просто рассказал работникам, что вхожу в группу «Комсомольского прожектора» и бываю на разных предприятиях. Привёл им пару примеров: пищекомбинат, на котором газировку разливали, как пример предприятия плохого, которое после нашего визита было закрыто, и мебельную фабрику, на которой были в последний раз, как предприятие образцовое. Ну да, если даже кто мне не поверит, что оно именно такое, и сунется туда проверять, найдется человек, который мои слова так подтвердит, что мало не покажется.
Простым языком объяснил им, что такое хозрасчёт, рентабельность производства. Прибыль предприятия. И плавно подвёл их к тому, что каждый из них заинтересован в увеличении прибыли. Это и новое оборудование, и улучшение условий труда. Это повышение производительности и качества. Это повышение зарплат. Это бесплатный комплексный обед в столовой, это дополнительные отпуска матерям и бабушкам на первое сентября по колдоговору и многое другое. Призвал рабочих активнее участвовать в жизни родного предприятия, не допускать небрежного отношения к материальным ценностям и халатного отношения к своим трудовым обязанностям.
После лекции меня отвёл в сторонку профорг, который меня и встречал перед лекцией.
— Эх, не знали мы, что такая лекция интересная будет. — с сожалением проговорил он. — Я бы директора позвал. Они с главным инженером не ходят на такие мероприятия. А тут… — он восторженно развёл руками. — Пропаганда должна использовать новые идеи, чтобы быть эффективной. — доверительно начал он. — Мы уже давно подумывали, что слова и идеи надо более доходчивые искать. Спасибо вам! На хорошие мысли натолкнули.
Он отвёл меня в профком и попросил вкратце накидать для него основные тезисы моей сегодняшней лекции. Предварительно отправив свою помощницу куда-то. Быстренько выполнил его просьбу и хотел рвануть домой, но меня не отпускали, пока не вернулась помощница с дарами. Вот оно что! Они не подготовились… Решили, что придёт очередной зануда, а тут рабочие не то, что не храпели, уснув под скучную лекцию, они вообще не спали, а слушали и задавали вопросы. Решили отблагодарить по-своему, всучив мне две прочно обвязанные шпагатом коробки.
Ох, а увесистые! До проходной одну из коробок профорг мне дотащил, а дальше сам. Это мне что, такси надо брать?..
Но как-то все же сумел допереть на общественном транспорте и пешком. Ободрил себя мыслью, что давно физкультурой, помимо пробежек поутру и отжиманий дома, не занимался, ну, не считая занятий в универе, так что «надо, Федя, надо!». Кстати говоря, пора начать заниматься физкультурой более системно. Секцию найти нужно — график мой более-менее устаканился, кроме лекций по «Знанию», так что теперь понятно, когда могу посещать занятия.
Затащил коробки домой, опустил на пол на кухне.
— Разбирай, — сказал жене и обессиленно плюхнулся на табурет. Тяжёлый день сегодня был. А ещё позаниматься надо хоть немного и с собакой погулять. — Как у вас дела на заводе?
— Игрушки ёлочные нужны. — ответила жена, ставя передо мной тарелку с жареной картошкой. — И мне кажется, в нашем почтовом ящике что-то лежит. Где ключ от него?
— Зачем вам игрушки? — не понял я. — На нарисованную ёлку повесить? С Тузиком гулять пойду, почту проверю.
— Хорошо. Игрушки нужны, как образец для нашей входной группы на фабрике. Срисовывать будем с них.
Давно уже хотелось мне съездить на старый наш район, в хозяйственный магазин наш сходить, детство вспомнить. В порядке ностальгического туризма. Жаль, нельзя рассказать Галие, чем мне тот район важен и тот магазинчик тоже. Надо, кстати, отмазку придумать, почему мы именно туда пойдем, а не в центр в один из крупных магазинов. С ее точки зрения логики в таком моем поступке точно нет. Я же не жил раньше в Москве по ее сведениям.
— Когда тебе надо? Может, съездим завтра после учёбы в один магазинчик? — предложил я. — Юрка справится без тебя?
— Справится. Я с ним передам, что за игрушками для работы поехала.
— И себе заодно купим. Да? Нам же тоже нужна будет ёлка.
Глава 4
Москва
После ужина взял собаку и ключи от почтового ящика и пошёл на улицу.
В ящике лежала записка: «вам телеграмма, дома не застала, приходите на почту или позвоните по телефону… почтальон».
Ну, могла бы в двери телеграмму воткнуть. Работает ещё, интересно, почта?
Набрал с автомата. Нет, конечно, никого там уже нет. Ладно, утром забегу на почту перед универом. Что уже случилось, блин?
Побегали с Тузиком по округе. Постарался выгулять его как следует, чтоб набегался и нарезвился. Может, к котейке будет поменьше приставать. Вроде потихоньку налаживаются у них отношения, но очень уж медленно. Пес все своим темпераментом портит, а кот характером склочным и чрезмерной пугливостью.