И имя ей Гроза (СИ)

Вскоре джип затормозил. Оттуда вышел Андрей и, поднявшись по ступенькам, исчез в избушке.
Вскоре он выбежал и закричал:
- Кира!
Я разглядывала машину. В ней никого не было. Я вылезла из кустов и пошла ему навстречу.
- Поганка! – выругался он, увидев меня. - Где ты пропадала?!
- Я путешествовала, - гордо ответила я, прошествовав мимо него поступью царицы. Не говорить же Андрею, что я его подозревала!
- А куда ты ездил? – спросила я его, когда мы заняли диванчики у стен.
- Дать весточку сестре, чтобы она закрыла магазин и уехала, чтобы на нее не вышли. Хорошо хоть родители в кругосветном туре.
- Да, - сонно поддакнула я.
Разбудил меня голод. Зверский. Все-таки я целый день ничего не ела, и только вечером слегка перекусила. И теперь голод разъедал мой желудок, бушевал в моем теле.
Я тихо поднялась, вышла на крыльцо и, скинув одежду, превратилась.
Лунные лужицы скользили под моими лапами. Все ощущалось удивительно остро, чудесно, по-настоящему.
Я скользила между деревьями в темноте похожими на сказочных чудовищ, и затаивалась, поджидая добычу. Мой серебристый мех сливался с камнями.
О, этот миг победы! Настичь трепещущую добычу и вонзить зубы в желанную плоть.
Позже я бежала обратно с тушкой кролика.
Когда я превратилась, меня слегка мучила совесть. Все-таки я снова убила живое существо. Провела рукой по мягкой шкурке кролика, он мог бы долго еще жить и радоваться…
Я вздохнула. Но нам нужно чем-то питаться и пока что не высовываться.
Я кинула тушку в холодильник и легла досыпать.
- Откуда кролик? – утром спросил Андрей.
- Специально для тебя поймала, - ответила я. - Ты хоть разделывать его умеешь?
- Ты что! – ужаснулся Андрей. - Откуда?
- Опять все мне делать придется, - тяжело вздохнула я.
- А я воды могу принести! – Андрею стало совестно. Возможно, он надеялся, что я откажусь.
Как бы ни так!
- Неси, - я мстительно выкатила ему под ноги два ведра.
Половина тушки была отгрызена. Я слегка смутилась, что было мне не свойственно. Будем надеяться, что он не заметил.
Разделывая кролика, я вспоминала все мои грехи. Эта кровь на ладонях, которую не отмыть.
Смерть моих братьев-оборотней. Какая ирония! Бесстрашная Кира, по прозвищу Гроза теперь одна из них!
А ведь я была гордостью отца, одной из лучших.
И зачем я тогда превратилась! Можно было бы обойтись и так… с помощью обычных умений. Нет, меня что-то толкнуло превратиться. Интуиция. Или жажда свободы.
Хотя кто знает, что бы случилось…не превратись я.
Кровь на моих руках… вся я в крови… и смерть идет по пятам.
Я услышала стук и выбежала из избушки.
Андрей стоял под солнцем и рубил дрова.
Я остановилась рядом с ним.
- А если кто-то услышит? – спросила я.
- Тебе не кажется что в доме холодно? – спросил он.
Я покачала головой:
- Мы оборотни, быстрее приспосабливаемся к температурным условиям.
- А я не хочу постоянно мерзнуть, - и он расколол очередное полено.
Я вернулась в дом и села на стул рядом с плитой. Кролик медленно тушился, распространяя умопомрачительный аромат.
Я сидела и думала о своей светлой части детства, которая прошла в этих стенах. Но следом приходили черные воспоминания.
Я прошла в комнату, достала одну из редких книг бабушки и села читать. Следуя за героем в его нескончаемых приключениях, я отключилась от темной реальности.
- Похоже, он готов, - Андрей выключил газ.
Я взяла кастрюлю и водрузила ее на стол в кухне. Андрей принес несколько дров и, сняв заслонку, положил их в печь.
Я наблюдала за ним с улыбкой. Давным-давно бабушка пробовала меня обучить топить печь, и дело это было сложное.
После четвертой спички он выругался, швырнул коробок на пол, и ушел.
Я подобрала коробок, разложила дрова особым образом, подсунула вниз бумагу, и вскоре уже в печке полыхал веселый огонек.
Я пошла за Андреем в комнату.
Он стоял, глядя в окно.
- Знаешь, - сказал он то ли мне, то ли какому-то призраку из прошлых видений. - Мы нигде не найдем места, свободного от зла, и неважно кто олицетворяет его.
 
- Не будь таким пессимистичным, - сказала я, подходя к нему.
- И оно в нас. Я чувствую его, - его хмурый взгляд коснулся меня.
- Тебе это кажется, - заметила я и подумала, вспомнив отца: «Ведь ты не знаешь, что такое истинное зло…»
И что же? Что есть оно?
И как не пересечь грань, за которой стоит зло?
«Зло есть смерть невинного, - решила я.. - Не важно, за какую идею умрет он. Идея может так и не воплотиться…»
Но если я ошибусь, так как ошибалась до того…
Смешно, как о зле, говорил человек, в котором было его больше, чем я встречала людях и обратенцах всю свою жизнь.
- Нет смысла думать обо всем этом, - отрезала я и добавила. - Еда стынет, - и я ушла обратно, на кухню.
Я серебристым волком скользила вдоль шоссе, вынюхивая все на своем пути, а потом весело бежала назад.
Путь был свободен, путь был чист. И лунные лучи танцевали на серебристой дороге.
Запах врагов я не учуяла.
А затем легкой тенью я скользнула в комнату и бросилась в омут подушек и одеял.
Проснулась я от крика, от холодного ужаса, замораживающего вены и сердце.
Я видела, как единственный близкий человек умирает. Моя мама лежала в крови, а отец стоял рядом с окровавленным ножом и говорил:
- Тот, кто осмелится встать против меня или сбежать умрет.
Я тихонько хныкала, забившись в угол.
Мне было всего лишь восемь лет…и я не осмелилась.
И что я могла?
Это я кричала.
Чьи-то руки трясли меня за плечи. Глубокие глаза Андрея заглядывали в мое лицо.
- Что тебе снилось? – спросил он с волнением.
- Кошмар, - ответила я, чувствуя себя, слегка смущенно и глупо.
Он ничего не узнает.
Я вышла во двор.
Стояла на крыльце и смотрела, как вспыхивают и гаснут звезды, как холодный ветер играет с травой.
Иногда главное – это забыть самое страшное и идти в будущее и научится видеть там, что-то хорошее.
Так текли светлые дни в безопасности и покое. У нас не было хлеба, но было мясо, грибы и ягоды.
За ними мы ходили в лес, и сегодня был уже третий раз. Долго мы бродили между деревьев. Андрей, городской житель, слегка боялся потеряться. А я знала, что собственный след выведет меня всегда.
Каждый раз, находя гриб, я ликовала. Мы с Андреем даже немного соревновались. И конечно я его опередила!
Иногда мы готовили мясо на костре, и сладкий дымок с ароматом щекотал ноздри. Пока мы сидели рядом и говорили. Говорили обо всем на свете.
Он рассказывал о своей жизни. Поначалу он был не приспособлен к занятиям бизнесом, но постепенно узнал обо всех подводных камнях этого дела. Все равно он не знал, к чему у него лежала душа. Учиться ему нравилось. Он изучал программирование в одном из университетов города, когда внезапно умер отец, и маленький магазинчик компьютерных товаров достался ему. Пришлось перейти на заочное, и заняться магазинчиком. Сейчас он расширил магазин, и собирался открыть еще парочку, пока оборотни не свалились ему на голову. Происшедшее он объяснял происками конкурентов.
- А ты? – поинтересовался затем Андрей. Сквозь пламя костра его глаза отливали черным, алые блики плясали в них.
Я улыбнулась:
- Ты знаешь как я жила. Я лишь охотилась. И еще я люблю долгие прогулки, наш город, много разных вещей, - моя речь получилась слишком сумбурной.
- А тебе нравилось охотиться? – его лицо застыло в ожидании.
Я молчала и думала.
- Мне… нравилось, - наконец я поняла, что нужно сказать, - нравилась подготовка. - Упоительно чувствовать себя сильной, достигать того, что до этого казалось лишь мечтой.