Хронос. Ледяной поход (СИ)
Установщики из отдела «Р» собрали всю информацию на бывшего унтер-офицера первой статьи и остальных из «десятка». Самые опасные — Кучеренко и его сослуживцы с «Рюрика». Один — крепкий, кряжистый, среднего роста Павел Шустов, второй — Остап Твердохлеб, на пару сантиметров ниже Яна, здоровый кабан. Оба, как и «десятник» — перекрасившиеся в большевиков анархисты.
Когда влюблённая парочка шла обратно, матросы заулюлюкали, приглашая девчонку бросить Воронцова. Кучеренко молчал. В его взгляде Ян прочёл страсть вперемешку с похотью. Докер Василий Ломов сдал княжну морячку. Так и сказал, знаю, мол, её. Княжна Голицына.
Антон чуть приобнял Анастасию за талию и поспешил увести девушку от пикета.
Два дня спустя Кучеренко с Шустовым и Глушко всё-таки пристали к объекту. Уровень Агнихотри подскочил до девяти единиц. Как ни странно, Воронцов быстро взял себя руки, и уровень возмущения хронополя на единицу снизился. Вся беседа зафиксирована. Парень молодец, но играет с огнём. Лишь обстановка стала накаляться, Ян достал «маузер» и выстрелил в шею «десятника» микроиглой с транквилизатором пролонгированного действия. Выстрел бесшумный, никто ничего не заметил. Игла тут же рассосалась, а матрос на три дня умерил пыл.
Воронцов спокойно ушёл. Хвала Перуну, новую, серьёзную, волну не создал. Ещё б чуть, и появилась бы хроноволна длительностью с десяток-другой дней.
Объект «Снегирь» живёт в доме Голицыных. Особнячок негласно охраняют сотрудники Службы. В главной ветви времени до самого переворота княжеский дом никто не тронет. С появлением Воронцова в этом хроносрезе всё может измениться. У парня потенциально высокий уровень Агнихотри.
Здесь объект «Снегирь» создаёт небольшие волны времени, параллельные основной реальности и гаснущие в течение минут, максимум — десятков минут. Все оказавшиеся в прошлом существа могут создавать хроноволны. Они быстро гаснут и время стабилизируется. Если хватит коэффициента Агнихотри, то возможно создание новой реальности. А вот бинарные ветви, и уж тем более триады, не возникают. Хронофизики выяснили — все бинары Воронцова в его родном времени «замерли». Даже основная ветвь.
Но самое важное, что пока не могут понять оба НИИ Службы, — как приблизиться к Воронцову. В спокойном состоянии к объекту можно подойти не ближе десяти шагов. Если уровень хронополя повышается, увеличивается и минимальная дистанция. Ян всё время над этим размышляет. Знаний не хватает. Хоть общий курс хронофизики обязателен к изучению всеми факультетами Академии Службы, Прилуцкий — опер, а не технарь.
Кое-что учёные нарыли. Ян же пришёл к выводу, что всему виной технологии двадцать четвёртого века. Аборигены спокойно приближаются к объекту. Это раз. Сотрудники Службы используют пико- и фемтотехнологии, затрагивающие внутриядерные взаимодействия и физику элементарных частиц, что, в свою очередь влияет на флуктуации мирового эфира и хронального поля. Это два.
Ян вспомнил, как они уходили в нуль-пространство. С помощи хроноловушки захватили амеров. Отправились в обычной одежде и со специально изготовленным оружием начала двадцатого века, так как там крайне заторможены химические, ядерные реакции.
«А что если, — пришла неожиданная мысль, — сделать обыкновенную одежду этого времени? Пусть из ткани хотя бы двадцать второго или двадцать третьего века. Под неё бронежилет из сверхпрочных нитей, настоящий „маузер“. Главное — никаких фемтотехнологий. И всё! Нет. Не всё. „Леким-два“ придётся временно деактивировать. Тогда останусь без связи. Не вопрос. Для этого есть обычная радиосвязь. Хвала Перуну, сейчас она используется не так часто и далеко не все диапазоны задействованы».
Прилуцкий направил предположения в Службу с курьером. Пришёл ответ, что у НИИ пока мало данных, чтоб так рисковать, но замначальника департамента генерал-майор Кольцов разрешил попробовать. Под личную ответственность Яна…
Прохладно. С Финского залива дует пронизывающий ветер. Ребята на пикете кутаются в бушлаты, шинели, пальто. Постоянно горит костёр. Ян с операми тоже кутаются. Для вида. Им не холодно. «Комбезы» прекрасно сохраняют тепло.
Пора действовать. Через два часа Воронцов отправится домой. По оперативным данным сегодня МПС прекращает работу в шесть вечера. К этому времени к объекту должна подойти Анастасия Голицына. «Вот чего ей дома не сидится? — мысленно выругался Прилуцкий. — Шастать в одиночку по городу, кишащим бандитами, пьяной солдатнёй и матросами, юной девушке, аристократке неразумно и весьма опасно».
Включив ментально-голосовой режим «Лекима-два», капитан отправил операм и группам прикрытия и обеспечения сообщение, что четвёрка срочно идёт на базу. Первыми — Ян с Олегом, следом — Лесньяк с Бутурлиным.
Подошли к двери с вывеской «Р. С. П. Б.», отправив через «Леким-два» код доступа. Замки открылись. Оперативники без проблем прошли внутрь. Ригели тут же заперли хлипкую на вид бронированную дверь.
— Так, ребята, — обратился Ян к технарям. — Срочно нужны «броники», местное оружие, радиомикрофоны с гарнитурами. Избавляемся от технологий двадцать четвёртого века. Не все, скажу кто. Сейчас — я и Максутов. Зашифрованная связь по радио в «дуплексе». Режим ППРЧ(7).
* * *(7) ППРЧ — программируемая перестройка радиочастоты (прим. автора)
Технари понимающе переглянулись. Предосторожность не лишняя. Местные ничего не заметят, а вот агенты «Ти-Эс-Эй» радиообмен могут перехватить.
Прилуцкий положил на стол АР-12 и стал снимать оперативный комбинезон.
— «Линзу» нужно деактивировать.
— Сделаем, командир, — отозвался технарь по имени Пётр.
Через несколько минут походные конфигураторы изготовили всё необходимое. Ян надел матросскую форму без погон, чёрный бушлат, бескозырку. На ремень приторочил настоящий «маузер» в деревянной кобуре. Только что «с пылу с жару».
В ухо вставил приёмник. Крошечный микрофон, реагирующий лишь на его голос и звуки опасности — выстрелы, взрывы, угрожающая речь, прилепил на воротник бушлата. Остальная информация передаётся как приглушённый фон.
Олег тоже переоделся. Проверили связь. Вышел по радио в УКВ-диапазоне на группы прикрытия. Слышат почти все. Неплохо. На улице будет лучше.
Лёгкий укол боли в затылке.
— Изделие «Линза» деактивировано, — доложил технарь.
— Блин, будто голый, — пробурчал Максутов.
— К хорошему быстро привыкаешь, — огрызнулся Ян.
Ему тоже некомфортно.
Бело-синяя вспышка резанула по глазам. Курьер. Странно, девчонка уже приходила сегодня.
Хорошо радиус локальной деформации хронополя невелик, всего несколько метров, аборигены бы всполошились.
Дверь в подсобку открылась, оттуда вышла младший лейтенант Фархади. В той же одежде, что и утром — в сером платке, чёрной кожаной куртке и юбке. На ногах солдатские сапоги. Разумеется, вся одежда значительно легче и теплее настоящих.
— Всем привет! Здравствуйте, Ян Максимович.
Всегда улыбчивая, на этот раз глаза серьёзные. И пришла вне графика.
— Привет, — отозвался Прилуцкий.
— Максимыч, заметь, с тобой отдельно здоровается, — съязвил Максутов.
Ян пропустил подначку мимо ушей.
— Что случилось?
По словам девчонки, Яну нужно срочно явиться в Службу. Амеры что-то затевают в хроносрезе Воронцова. На днях около дома родителей «Снегиря» ликвидировали агента «Ти-Эс-Эй». Родителей взяли под негласную круглосуточную охрану. Надо немедленно с ними поговорить.
— Хорошо, сегодня идём.
— Почему не сейчас? — вскинула брови девчонка.
— Тут кое-что назревает. Возможна стычка объекта с местными. Но… есть ещё что-то. Не могу понять. На уровне интуиции. Сделаем так. Воронцов придёт к Голицыным, вот тогда отправимся.
Лейтенант кивнула.
— Ты пока располагайся, попей чайку или кофейку. На улицу не выходить. Мы попробуем подойти к Воронцову. Да, и от моего имени дай команду группам силового прикрытия. Каждому второму деактивировать «Линзы», комбезы и оружие снять, изготовить и надеть местную форму, вооружение и «броники», как у нас. У кого «субатомное» снаряжение, к Воронцову не приближаться! Связь по «дуплексу» в режиме ППРЧ. Алгоритмы и частоты возьмёшь у Петра. Всё. Олег, идём.