Единственная для принца. Книга 3 (СИ)

Принц ощущал какое-то вялое, смутное беспокойство, которое делало разговор ещё неприятнее, чем он был, а интонации его слов - более возмущенными, чем следовало. Крылья носа королевы гневно дрогнули, подбородок опустился, но она всё так же смотрела вперёд и продолжала медленно и плавно двигаться по коридору.
- Это не меняет необходимости решить этот вопрос, - голос царапал льдинками, почти скрипел в ушах, и был мало похож на женский. - Это наши ближайшие соседи, и мы должны решить проблему взаимоотношений с ними.
- Матушка, - принц незаметно перевел дух, - я предлагаю не форсировать события, подождать. Пока угрозы нет, не вступать в переговоры.
«Зуб, что ли, болит?» - какое-то тянущее чувство мешало сосредоточиться на разговоре, и реджи чувствовал, что подбирает неправильные слова. Неубедительные.
Они были уже у дверей столовой. Оттуда слышался громкий раздражённый голос, и Дамиан наконец понял - что-то с единственной. С предосудительной поспешностью, опередив слугу, рванул на себя дверь и застал довольно мирную картину: в небольшой гостиной собрались Валери с детьми и отец с королевским секретарём.
И если Галиний сохранял обычное для себя отрешённое спокойствие и отсутствующий взгляд, то отец казался удивлённым. Валери сидела на краешке дивана застывшая, с прямой спиной и красными пятнами лице, а старшая её дочь метала злые взгляды вокруг и чем-то очень напоминала королеву в гневе. Наверное, подрагиваем крыльев носа.
Вот только подбородок не был прижат к груди. Он вызывающе был приподнят.
Все, и младшие дочери в том числе, обернулись к открывшейся двери и встали, приветствуя королеву - кто поклоном, кто книксеном. И только Наташка смотрела в сторону.
Дамиан сделал несколько порывистых шагов к Валери. Она подняла на него свои пронзительно светлые глаза, чуть влажные от слёз, и вымученно улыбнулась - всё хорошо.
- Благодарю вас и ваше семейство, госпожа Бодинская, что почтили нас своим визитом, - проговорила королева с улыбкой, вежливой настолько же, насколько неестественной.
Принц взял под руку Валери, которая вежливо кивнула, отвечая на фразу королевы.
- Надеюсь, всё в порядке? - принц не мог не спросить, хоть и понимал, что никто ему не скажет правды.
Валери, кусая губу, кивнула, а отец с улыбкой сказал:
- Пройдёмте в столовую.
«Эта Наташка — тот ещё больной зуб», - усаживая единственную за стол, думал Дамиан и наблюдал за старшей из детей. Та с независимым и вызывающим видом уселась безо всякой помощи.
Младшие девочки робели, но помнили правила — позволили лакеям усадить себя за стол, подвинуть стулья. Маленькая Вирель круглыми глазами смотрела то на королеву, застывшую в ледяном спокойствии, то на принца-консорта, что подмигивал ребёнку. Он явно хотел помочь ребёнку справиться шоком: не часто девочки, которые ещё недавно бегали по двору сельского дома, сидели за одним столом с королевой.
Лейта, средняя дочь, была хоть и немного скованна, но быстрее взяла себя в руки и с живым интересом рассматривала убранство столовой, стараясь не вертеть сильно головой.
Это была та самая девочка, которая обещала принцу подарок, ещё там, в старом доме. И она выполнила своё обещание. Как-то, когда Дамиан пришёл к ним во флигель, она вручила ему меленькую тряпичную куколку.
- Это тебе, принц, - сказала с самым серьёзным видом. - Это не простая куколка, посмотри. Это куколка, исполняющая желания.
Реджи присмотрелся и вдруг понял, что тряпичная игрушка как-то подозрительно похожа на Валери – то ли формами, то ли темными, нитяными волосами, то ли ярко-лазоревыми точками вышитых глаз. А может, тонким кружевом, что украшало всю одежду маленького шедевра. Принц глянул на девочку, и понял, что не на его единственную похожа куколка, а на саму Лейту.
- Ты сама это сделала? - спросил, ощущая что-то удивительное: то ли радость, то ли подступающие слёзы.
- Да, конечно, - ответила девочка и пояснила, - баба Люся говорит, что только сделанное с чувством будет прекрасным. Я делала этот подарок для тебя и очень хотела, чтобы ты был счастливым. Я знаю, так нужно.
 
Дамиан тогда принял подарок, задержал детскую руку в своей и поцеловал её, как поцеловал бы взрослой - с признательностью и уважением.
И когда придворный маг случайно увидел эту вещицу (она выпала из кармана при их разговоре), попросил посмотреть. Повертел, подержал в руках, прикрыв глаза, и улыбнулся.
- Отличный артефакт, ваше высочие. Очень интересный и какой-то... странный. Неклассическая школа.
Дамиан даже засмеялся:
- Это просто подарок одной девочки. Чтобы я был счастливым.
- Вот как? - маг с новым интересом повертел в руках куколку. - Этой девочке явно стоит поучиться, что-то из неё да получится.
И принц, переводя взгляд от недовольной Наташки к Лейте, согревался. Такие разные! Валери уже успокоилась, и то, что ощущалось как нытьё больного зуба, тоже улеглось. Что-то надо делать со старшей - это было очевидно. Вот только что? И как?..
Обед, на который Валери наконец согласилась, был событием важным. Для королевского семейства он был знаковым - единственная наследника делает шаги навстречу. Королева жаждала отдать наконец корону сыну, а тот вместе с принцем-консортом убеждали её не спешить.
Способы у них были разные. Очень разные. Но и тот и другой были убедительны. И королева не спешила. Хоть ей и приходилось прикладывать немало усилий.
- Госпожа Бодинская, - королева обратилась к Валери, и та заметно напряглась, - мне докладывают, что Лейта делает успехи?
- Да, ваше величие, - Валери побледнела от волнения. - Помощник королевского мага очень её хвалит.
Девочка, слыша, что говорят о ней, глянула на королеву и улыбнулась. Дамиан даже пожалел, что не может вот так же искренне и открыто улыбаться.
- А вам, сударыня, - обратилась её величие к девочке, - вам нравится учиться?
Лейта готовилась поступать в магическую школу, и готовил её первый помощник королевского мага. Она оказалась не просто подающим большие надежды ребёнком, но удивительно рассудительным человеком. Её наставник восхищался недетской мудрости, с улыбкой говорил о её успехах как матери, так и главному королевскому магу, который не мог не рассказать об этом королеве.
- Ваше величие! Огромное вам спасибо! - глаза Лейты сияли восторгом. - Я ведь и не знала! И мама не знала! Это так замечательно! Господин наставник так интересно рассказывает, даёт мне читать книги, и у меня многое получается!
Дамиан глянул на королеву. Её эта непосредственная детская улыбка ничуть не развеселила, но благодарность она приняла. Кивком головы.
Зато принц-консорт улыбался так же счастливо, как и девочка.
И Дамиан со щемящим чувством вспомнил детские годы, когда отец был ещё здоров, и мог возиться с ним и братом подолгу, к их общему удовольствию. А он, Дамиан, так же, как Лейта, мог улыбаться - искренне и весело.
«А ведь отцу не хватает таких вот звонких детских голосов и пытливых глаз», - подумал Дамиан, глядя на принца-консорта с внезапным сожалением, с болезненным уколом в сердце.
- А ваши успехи, маленькая госпожа, каковы? - королева обратила своё внимание на Вирель.
Та, во все глаза смотревшая на королеву, вдруг зажмурилась и сжала кулачки. Валери поспешно встала со своего места, подошла к малышке и взяла её на руки. Прижала к себе, погладила по голове, ласково зашептала что-то на ушко, и села обратно на своё место. Но с ребёнком на руках. Как сделал бы это у себя дома.
Королева промолчала, а недовольство выразила только тем, что отвела взгляд — этикет предписывал детьми заниматься няням, а матерям на высочайшей аудиенции всё внимание уделять её величию. И без того единственной принца было сделано исключение: детей посадили за один стол со взрослыми, а это небывалое, невиданное нарушение всех правил.
 
Но принц, как ни странно, испытал прилив благодарности к Валери, которая по незнанию нарушила этикет, но проявила себя доброй матерью, а не хорошей подданной, и тем самым показала королеве, что её попытки соединить несоединимое - семью единственной и высокие королевские требования - невозможно.