Гремучая змея (Сборник)

— Ты здесь, Чарли? Мне удалось наскрести еще шестьдесят долларов, — Он протянул ему пачку банкнот.
— Ты убиваешь меня своей любезностью, — раскланялся Чарли.
— Потом я еще перешлю тебе денег, дай только поймать этого негодяя, — продолжал шеф. — Тут я рассчитываю на тебя.
— Теперь, когда у меня появилось время вдуматься в эту историю, я начал терять уверенность, — заявил Чан. — Труднейшее задание. Возможно, скоро я вернусь домой, уничтоженный и утративший последний авторитет.
— Может, так, а может, и нет, — сказал шеф. — Задание трудное, никто не спорит, но…
Он не закончил, заметив запыхавшуюся личность, которая появилась из тени и остановилась перед Чарли Чаном. Это был Кашимо.
— Добрый вечер, — выдохнул японец.
— Красивый жест с твоей стороны прийти проститься, — начал Чан.
— Прощание тут ни при чем, — прервал его Кашимо. — У меня важное известие.
— В самом деле? Какого рода? — вежливо поинтересовался Чан.
— Когда раздался выстрел, ранивший вашего уважаемого приятеля, я как раз шел по аллее и вдруг наперерез мне прошагал человек. Высокий, в длинном плаще и шляпе, надвинутой на глаза…— Японец никак не мог отдышаться.
— Ты видел его лицо? — спросил Чан.
— Лицо не нужно. Я заметил кое-что получше. Этот тип хромает! Вот так…— Японец изобразил некую ковыляющую походку. — У него палка была светлая.
— Очень тебе благодарен, — проговорил Чан нежным голосом. — Ты наблюдателен.
— А вдруг я еще стану хорошим детективом? — с надеждой спросил японец.
— Кто знает? — согласился Чан.
«Провожающих просим покинуть теплоход», — донеслось из репродуктора. Чарли стал прощаться с женой. А Кашимо торопливо, захлебываясь словами, начал убеждать шефа тоже послать его в Сан-Франциско помогать Чану.
— Я прекрасно делаю обыски, — бормотал он. — Чарли сам об этом говорил.
— Ну что, Чарли, тебе пригодится Кашимо? — улыбнулся шеф.
С минуту поколебавшись, Чан похлопал японца по плечу.
— Ты подумай, Кашимо: если мы оба уедем из Гонолулу, волна преступлений затопит остров. Дурные люди сразу почувствуют себя свободно.
Кашимо распрощался и исчез.
Чарли обратился к сыну:
— Во время моего отсутствия оказывай должное уважение матери и береги семью.
— Конечно! — горячо воскликнул Генрих. — А можно мне пока пользоваться твоей машиной?
— Пожалуйста. Я предвидел это желание. Но управляй ею с несвойственной тебе выдержкой. До свиданья, Генрих.
Он шепнул что-то жене, поцеловал ее и проводил до трапа.
— Ну, счастливого пути. — Шеф крепко пожал ему руку.
Загремела цепь, поднялся трап. Чан оказался отрезанным от берега и маленькой группы людей, столпившихся у теплохода. Их взгляды говорили о безграничной вере в его успех.
Судно медленно заскользило по волнам. И наконец берег растаял во мраке. Но Чан по-прежнему стоял у борта. Целых шесть дней Чан и убийца, которому чужды угрызения совести, будут находиться в стальной коробке, брошенной в океанские просторы, пытаясь перехитрить друг друга… Кто победит?
Чарли вздрогнул: кто-то неслышно подкрался к нему за спину и тихонько свистнул в ухо.
Он повернулся.
— Кашимо!
— Добрый вечер, инспектор! — Японец улыбался во весь рот.
— Что это значит, Кашимо?
— Еду зайцем, — объяснил тот, — как ваш помощник.
Чан смерил взглядом расстояние между теплоходом и пляжем Вайкики.
— Ты умеешь плавать?
— А ни чуточки! — весело ответил Кашимо.
Чан вздохнул.
— Жаль! Тот, кто с улыбкой принимает каждое желание богов, овладел самым трудным уроком в жесткой школе жизни. Прости мне минутную растерянность, Кашимо. Может, я все-таки сумею улыбнуться…
  
Глава 16
 
Палка с Малакки
 
В следующее мгновение Чан действительно овладел собой и улыбнулся.
— Не удивляйся моему испугу. Ведь я не забыл о нашем последнем приключении. Игра в кости! Что ж, придется тебя использовать. Предлагаю совместную работу.
— Сердечно благодарю, — поклонился японец.
Тут подошел интендант и обратился к Чану:
— Я вас искал. Капитан распорядился выделить вам лучшую каюту из имеющихся свободных. Я уже приказал постелить постель. Возьмите ваш багаж и…— Он взглянул на Кашимо. — А вы кто такой?..
 
Чан было заколебался, но потом сообщил:
— Познакомьтесь, пожалуйста, с господином Кашимо, служащим в полиции Гонолулу. Одним из наших…— он замялся, — наиболее способных людей. В последнюю минуту решили послать его мне в помощь. Не найдете ли вы и для него местечка?
Линч подумал.
— Он тоже едет как пассажир?
Внезапно у Чарли мелькнула прекрасная мысль.
— Кашимо—отличный специалист по обыскам. Если бы вы устроили его среди прислуги, но на работу, не требующую особенного умственного напряжения, мы бы достигли замечательных результатов. Да и Кашимо сохранил бы инкогнито, чего я, к сожалению, не могу сделать.
— Превосходно. Одного из наших людей сегодня арестовали в Гонолулу за контрабанду алкоголя. Мы зачислим господина Кашимо стюардом. Ему придется обслуживать пассажиров, которые звонят из кают. Занятие очень простое…
— Великолепно! — воскликнул Чан. — Кашимо с удовольствием согласится. Чувство долга у него на первом плане. Ну, Кашимо, как?
— А стюард получает чаевые? — оживился японец.
Чарли замахал руками.
— Кашимо буквально рвется к этой работе, — заторопился он.
— Договорились. А ночевать вы, может быть, возьмете его в свою каюту? — спросил Линч. — Вы же, господин Кашимо, завтра в восемь утра явитесь к главному стюарду. Обыскивайте, но не попадайтесь!
— Не такой он человек, — заявил Чан, хотя и не верил, что Кашимо удастся не нарушить спокойствия честных людей. Безалаберность тоже была его специальностью.
— Кстати, капитан хочет побеседовать с вами завтра утром, — обратился интендант к Чану. Потом проводил обоих в каюту и удалился.
Чарли тут же прошел на верхнюю палубу и послал радиограмму шефу:
 
«Если заметите отсутствие Кашимо, знайте, что его присутствием терзаюсь я.»
 
Когда он возвратился в каюту, Кашимо уже укладывался.
— Я известил шефа о твоем отъезде, — объяснил Чан. — В качестве стюарда ты окажешь мне замечательную помощь.
— Давайте спать, — зевнул Кашимо.
Чарли одолжил ему одну из своих пижам и частично получил компенсацию за хлопоты с незадачливым помощником.
— Ты похож в ней на шар, из которого выпустили воздух и который никуда не полетит.
Потушив верхний свет, Чарли зажег лампу над своей кроватью, улегся и занялся просмотром бумаг Даффа. Заметки были пронумерованы, и китаец с облегчением констатировал, что они в порядке. Тим Эвер побоялся войти в кабинет после выстрела, он считал себя в безопасности и без портфеля.
Чарли погрузился в чтение. Он точно сам принимал участие в этом путешествии. Каждая деталь глубоко проникала в его сознание. Конечно, Дафф рассказал ему все очень подробно, но тогда Чан слушал, как гостеприимный хозяин, а не как компаньон, которым сделался теперь, заняв место Даффа.
Чан дочитал заметки до конца.
— Кашимо, — пробормотал он, — слушай, а этот Росс — темная лошадка!.. Итак, что с Россом? Он постоянно хромает где-то на втором плане, никакие подозрения его до сих пор не коснулись. Да, Кашимо, мы должны заняться Россом…
Громкий храп с соседней койки был ему единственным ответом. Чарли посмотрел на часы. Полночь. Он начал перечитывать все снова.
И лишь в половине третьего китаец потушил свет. Спать ему не хотелось, он строил грандиозные планы на будущее…
В семь тридцать он разбудил своего помощника. За утренним туалетом Чарли коротко ознакомил Кашимо с ситуацией, попутно объясняя, с какой целью японец должен обыскивать вещи туристов Лофтона, и особенно фиксируя его внимание на поисках ключа от сейфа № 3260.