Херши. Стрела пущенная твоей рукой (СИ)

— Бла-го-да-рю за уро-к, Мас-тер, — выговорила я, изобразив короткий поклон одним полужестом головы.
— Тебя готовили в жены демону? Ты обручена?
— Все, что было в прошлом, остается в прошлом. Я иномирянка, — ответила я уже на нормальном языке. От демонического без практики жутко свербело горло.
— У меня есть внук.
Я молчала.
— Скажи, ты носишь нагинату не потому, почему я думаю?
Пришлось откашляться.
— Я человек. Кто из людей носит это? — фразы были короткие, и я смогла произнести их, совсем не запинаясь.
Подняла ладошку и показала серак.
— Убийца магов. Понятно, почему ты не дала людям рассмотреть оружие. Никто не любит охотников на себя. Я не расскажу. Но найди себе на занятие другое оружие.
Чуть полукивнула самой головой.
— Херши, не знал, что ты говоришь на языке демонов. Говорят, его нельзя выучить, — влез Константин.
— Говорит? В наших землях ее скорее поймут на человеческом, чем на этом издевательстве над моим родным языком. Разве что в столице к людям достаточно привычны, чтобы разобрать этот лепет. А вот для наших парней, решивших пообсуждать ее достоинство на родном языке, будет неприятный сюрприз, — демон хохотнул и вызвал на арену следующую пару.
С трудом дождалась конца занятия. Даже придумала, что почитать, когда ко мне подошел тот самый парень, что отвел меня тогда в первый день от кабинета директора Мати в комнату.
— Заключенная! К директору, на допрос.
В один миг окрасила платье в зеленый и выдала самый презрительный взгляд, на какой только была способна.
— Я могу остановить твое сердце, просто поцеловав, — томно чуть приоткрыла рот, облизнув губы, я заглянула ему в глаза.
Парнишка даже отшагнул назад.
— Но-но. Я при исполнении!
— А я преступница, запертая тут под присмотром директора Мати. Спасибо, камера удобная, двор большой, прогулки часто. Прям курорт. Но мне бы свободы.
Парнишка сделал еще шаг и запнулся, но не упал. А я пошла к
  
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
 
В кабинете ничего не изменилось. Все такая же величественная атмосфера. Только в углу жмутся два некроманта.
Пришлось присесть в реверансе и улыбнуться.
— Помнишь, я говорила про две недели пьянки в борделе?
— Да, директор Мати. Если бы я была парнем, директор Мати…
— Кажется, тебе все же стоит напиться. Причем так, чтобы обратно тебя принесли. Может полегчает.
— Как прикажете, директор Мати.
— Как прикажу, — и уже парням: — Берите ее и ведите в такое место, где даже маг может напиться. Девочке надо снять стресс и расслабиться. Немного радости ей не повредит.
Меня чуть ли не под руки вывели из кабинета. И сразу повели пить. Всю дорогу парни пытались шутить, разговорить меня, но все без толку.
— А хочешь в трактир с бардами?
— А есть такой, чтобы огромный сруб, с земляным полом, дубовые столы и лавки. Крыша, крытая соломой. Чтобы без потолка и крысы по балкам бегали? Лучше с солдатней и продажными девками. Магами из простых. Из стражи там или богодельни.
Парни переглянулись. Не буду же я им говорить, что там, в школе, я себе с трудом один раз смогла позволить посетить данное заведение. На годовщину попадания в этот мир.
— Есть одно такое. На окраине. Но оно не для леди, — не смело сказал один.
— Идем!
— Подожди, я поймаю экипаж.
Экипаж парнишка специально поймал победнее. А у нас и таких не было. На телегах даже по городу. Но чаще пешком. Город маленький, дольше коня седлать.
Трактир один в один напоминал тот, что был у нас. Стоило войти, и воспоминания теплые и горькие навалились на душу.
Трактирщик недоверчиво уставился на нас.
— Здоров будь, отец.
— И тебе здравствовать, лекарка.
— И правду говорят, смерть у лекаря за спиной ходит, — оглянулась я на вошедших некромантов. А знаешь ли ты, что при их жизни быть трезвым, почитай, неуважение к профессии. Где это трезвого некроманта видали? Да, мальчики?
Пока болтала, шла к лавке, выбирая место так, чтобы спиной опереться о стену. Посетители реагировали на новеньких совсем слабо. Но это только так казалось.
 
— Доченька, а не глянешь?
— Чего не глянуть? Не на свои же пить.
Первый час честно отработала. Два случая оказались интересными. Старые боевые раны, почти не обработанные тогда. К концу часа народа в трактире было много, большая часть из местных пришла, узнав обо мне. Через час трактирщик разогнал лишних, а наш стол уставили едой, а еще больше выпивкой.
— Мальчики, закусываем! Вам еще меня пьяной домой нести!
Девки заулыбались, точно зная куда понесут лекарку два некроманта за то, что та их напоила и накормила.
Горькая тоска взяла уже под утро. Бабы, отработавшие свое и вернувшиеся поесть, затянули песню. Да и я подпевала, не отставала. «Черный ворон» просто верх оптимизма и жизнерадостности, по сравнению с тем, что поют здесь. И песен этих я еще забыть не успела.
Не знаю, сколько я выпила, но устала бегать по нужде. Крепкая брага, пиво, самогон, домашние вина. Парни безнадежно отстали от меня и храпели рядом. Когда стало совсем плохо, и я поняла, что еще одна кружка, и я прям тут полезу в петлю, встала из-за стола, но только для того, чтобы свалиться обратно. Кое-как по стеночке смогла выползти.
— Говорят, война будет, — сказала одна из баб.
— Всегда так говорят и всегда война бывает, — отозвалась я.
— Ты уж позаботься там о наших детях.
— Позабочусь, позабочусь, — глубоко вздохнула и, перекинув первого некроманта себе на плечо, пошла ловить экипаж. Благо, экипаж оказался совсем рядом и даже извозчик уже успел протрезветь.
Сгрузила парней и велела гнать к школе магов.
Неожиданно раздался страшный грохот, разорвавший утреннюю тишину и перепугавший сонных людей, идущих на работу.
— Дворец горит! — сказал извозчик, вставая повыше. — Ей-богу, дворец!
— А, гони посмотреть!
Дворец представлял собой величественное зрелище. Высокое каменное здание с лепниной и огромными окнами, занимавшее место с хороший парк, горело. Стража гнала зевак. Нас тоже прогнали. Но, проезжая, я увидела его. Того мага, с кем я сражалась. Того, у которого меня забрала Мати. Он тоже меня заметил. Так и проехали мимо друг друга. Он смотрел на меня, а я мутным взглядом на него. Не выдержала и расхохоталась. Маг только сильнее сжал челюсть, смотря на меня с ненавистью.
— Гори-гори ясно, чтобы не погасло! Не догонишь — не поймаешь, не догнал — не воровали!
Пьяная песня Янки в моем исполнении прерываясь на хохот и еще долго звучала на тихих улочках. Даже смогла вспомнить весь текст или думала, что вспомнила. Но мне нравилось.
Проснулась в лазарете. Парни лежали рядом, на соседних койках.
— Я не так себе представляла твою пьянку.
Директор Мати стояла рядом.
— Простите, директор Мати.
— Что вы делали возле горящего дворца?
— Мне стало интересно.
— К тебе пришли из внутренней службы безопасности королевства.
— Он там? — тут же проснулась я.
— Кто?
— Тот, кого я не успела убить и кто притащил меня на пытки.
— Если ты о лорде Арисе, то нет. Он был вчера очень занят. К тебе пришел барон Краг. Это тот, кто тебя обездвижил.
— Мне нужно платье!
— Катя, только не сделай себе еще хуже.
Вместо допросной, мы все собрались в кабинете, напоминавшем малую гостиную. Мягкие кресла, невысокие столики.
Темный сидел с самым спокойным видом и пил чай с печеньками.
Я поздоровалась и проследовала к креслу. Села на самый краешек, чтобы спина оставалась прямой.
— Рада видеть вас в здравии, барон Краг.
— Я бы тоже с удовольствием убил тебя своими руками.
— Барон! Что вы себе позволяете!
— Директор Мати, прекратите. Она темная, я темный. Мы друг друга и так поняли. Катя, скажи, как ты оказалась возле дворца сразу после взрыва?