Беременна от двоих

Вот и всё. Через двадцать минут я стояла на улице возле гостевого дома и смотрела, как такси увозит на автовокзал первую девушку в моей жизни. Я понимала, что быть вместе нам не суждено. Что этот короткий курортный роман не стоит развивать во что-то более серьезное. Встретились два одиночества, наградили друг друга любовью, и этого достаточно для долгих приятных воспоминаний. А жить вместе, встречаться…
Я решила не строить иллюзий. Как ни сладко мне было в постели с Катей, а все-таки секс с мужчиной, – это совсем другое. Даже не знаю, как словами это описать. Это ощущение надежности, сильного плеча рядом. Когда можешь чувствовать себя маленькой и беззащитной, а рядом он, большой, крепкий, словно скала. Уверенный, очень нежный и – самое главное! – беззаветно тебя любящий. Да простит меня новая подруга, но рядом с ней я так себя ощущать никогда не смогу.
Знаю, что с лесби-парах всегда одна из девушек старается быть немного мужчиной. Многие даже пытаются выглядеть соответствующе. То есть брутально, порой нарочито грубо. Только мы с Катей – две неженки, ни одна из нас на роль «альфы» не годится. Нам хочется ласки, тепла, мягких прикосновений, а кто же тогда станет оплотом нашей совместной жизни? Её надеждой и опорой? В том и дело.
Мне кажется, Катя всё это прекрасно понимала. Потому и не цеплялась за меня. Не строила планы на будущее. Расстались мы с ней, храня в сердцах то прекрасное, что случилось между нами в эти дни, проведенные на берегу Черного моря. И теперь эти воспоминания останутся маленьким неугасающим огоньком, об который можно будет греться, когда станет холодно и одиноко.
На следующий день и мы с Лидкой отправились в обратный путь, тепло поблагодарив тётю Милу за гостеприимство. Напоследок она вручила нам целый пакет с фруктами, на дно которого положила три большие бутылки с домашним вином. Когда мы стали отнекиваться, строго сказала: «Сами не захотите – угостите кого-нибудь. Это наша кубанская традиция. Не обижайте!» Пришлось согласиться, хотя тяжести к нашему багажу и добавилось.
Обратное путешествие на автобусе (мы решили немного сэкономить) было хотя и утомительным, но длилось быстрее, чем по железной дороге. Мы сэкономили почти сутки, прибыв в наш город раньше запланированного. Приехали в общежитие, да и завалились спать от усталости, накопившейся за часы сидения в креслах. Всё хорошо в автобусном путешествии, кроме одного: тело затекает порой невыносимо. Хочется размяться, пройтись, а приходится сидеть в одном положении. Спинку кресла тоже назад сильно не откинешь, чтобы оно превратилось в подобие лежанки: сзади сидит пассажир, которому твои удобства до фонаря. Он не желает, чтобы ты валялась у него на ногах. Вот и пришлось прилаживаться кое-как. Хорошо, мы на автовокзале купили надувные круги для шеи, чтобы голова во время сна не болталась туда-сюда, превращая мозги в гоголь-моголь.
– Ну, подруга дней моих суровых, голубка дряхлая моя, – спросила я Лидку на следующее утро, когда мы, нежась, лежали на своих ставших такими родными кроватях. – Чем станем заниматься до начала занятий?
– Работу искать, ясное дело, – ответила соседка. – Денег у нас с тобой после черноморского вояжа осталось негусто. Так что придётся потрудиться, иначе станем палец сосать.
– Кому?
– Что кому?
– Сосать кому?
– Ох, дурища ты! – Беззлобно ответила Лидка на мою шутку. – Если надумала кому сосать – это, пожалуйста, без меня.
– Как так? А я думала: кооператив организуем. Даже название придумала – «Ласки Гебы».
– Это чего такое?
– Темнота необразованная! – Воскликнула я дурашливо. – Это словосочетание пришло в мир из мифов Древней Греции.
– Что-то я такого не припомню, хотя в детстве их очень любила, – заметила соседка.
– Если бы такое тогда в детских книжках публиковали, издателю пришлось долго объясняться в прокуратуре, – хмыкнула я. – Так вот, слушай. Согласно мифу, у Гебы, богини вечной юности, был брат Арес – бог войны. Он участвовал в Троянской войне на стороне троянцев и был побеждён Афиной. Когда его тело вернули на Олимп, Геба в период траура по погибшему брату, дала обет целомудрия. Но у неё в то время был муж, Геракл, который немало удивился обету супруги. Мол, как же так? А долг супружеский? И Геба ему предложила баловать друг друга устами. Обоим очень понравилось. Ну, а дальше всё просто. Геракл разболтал про открытие Зевсу, тот поделился им со своей женой Герой. Дальше все на Олимпе узнали, что такое минет и куннилинг, а затем это дошло и до людей.
 
– Круто, я не знала, – ответила Лидка.
– Так что, сорганизуем кооперативчик? – Насмешливо спросила я.
– Вот ещё! – Возмутилась соседка. – Никому я за деньги сосать не собираюсь!
– А лизать? А бесплатно?
– Иди ты к чёрту! – Ругнулась Лидка. Но, как всегда, безо всякой агрессии. Откуда бы взяться этому острому чувству в этой мягкотелой, в буквальном и переносном смысле, девушке? В общем, решили мы подумать, чем заниматься. И тут мне пришла на ум одна идея, от которой соседка моя оказалась в ещё большем удивлении, чем от идеи зарабатывать «Ласками Гебы».
– Слушай, как насчет вебкама? – Спросила я.
– Чего это такое?
– Ты разве не слышала?
– Нет.
– Модная нынче штука. Многие студентки, я знаю, этим занимаются.
– Да чем?
– Стриптиз по интернету, так понятнее?
– Фу, мерзость! Ты что, решила стать шлюхой?! – Возмутилась, но теперь безо всякого юмора, Лидка.
– Почему шлюхой сразу? Я ведь не буду ни с кем встречаться.
– Ага, свои прелести мужикам показывать!
– Да, только за деньги. Чем плохо? Вот что мы с тобой можем, скажи? В кафе пойдем официантками, пошлые шуточки мужиков слушать и их липкие лапы на своих телах ощущать? Впахивать за копейки? Или ты думаешь, нас продавцами в какой-нибудь бутик возьмут? Ох, сильно сомневаюсь. Мы же с тобой торговать не умеем, считаем-то так себе. Вон, сколько денег на море потратили, – сказала я. Собеседница молча слушала.
– И что с того, начать показывать свои сиськи и письку кому попало?
– Да пусть смотрят! Мне не жалко! – Хмыкнула я. – Изучу этот вопрос, узнаю все детали, потом тебе расскажу.
– Изучай. Но смотри: я этим заниматься не стану. Если родители узнают, мне конец, – заявила Лидка.
– Ну, а мне, сама понимаешь, на это дело положить с прибором. Жаль, что у меня прибора нет, – отшутилась я. Потом нахмурилась, как вспомнила, как меня из дома выгнали ни за что ни про что. – Ничего, даже если узнают, пусть им тошно станет. Так сильно, как мне, когда вышвырнули за порог, словно собачонку.
– Ты до сих пор злишься на них? – Участливо поинтересовалась Лидка.
– Я не знаю. Иногда кажется, что простила. Но потом как вдруг накатит ненависть, хочется пойти и сделать что-нибудь мерзкое. Но я не буду, конечно. Пусть живут себе, – я мотнула головой, прогоняя грустные мысли. – Значит, так. Я полезла изучать вопрос, – включила ноутбук и углубилась в сеть.
Узнала я действительно много интересного, читая в интернете о работе тех, кого называют «вебкамщицы». Прежде всего, выяснила: минимальный порог для начала такой «деятельности» – 18 лет, и чтобы доказать своё совершеннолетие, понадобится отправить свою фотографию с паспортом. Дабы не возникло подозрений у администраторов портала. Им, знаете ли, оказаться в центре скандала с малолетними не хочется.
Что же касается порога верхнего, то его… просто не существует. Позировать перед веб-камерой могут и молодые, и старые, и красивые, и не очень. Кто угодно. Любого пола или причисляющие себя к какому-либо. Женщины и мужчины, ЛГБТ и даже считающие себя бесполыми вовсе. На этот счет никаких ограничений. Хотя и без них не обходится.
Запрещено всё, что способно испортить людям жизнь. Разжигание национальной, религиозной, расовой ненависти и оскорбления. Торговля запрещенными препаратами и вещами, реклама товаров и услуг. Я когда прочитала, подумала: «Ну, ничего нельзя, сплошная цензура, как работать-то?!», а потом подумала и решила: всё правильно. Те, кто разработал правила, систему выстроили очень логичную.