Внимание, танки! История становления бронетанковых войск ведущих мировых держав
Канадский корпус, известный также и своей агрессивностью, в это время наступал южнее австралийцев. Атаку 2-й канадской дивизии возглавил танковый батальон, и удар пришелся главным образом по 148-му егерскому полку 141-й егерской дивизии; передовой частью аналогичной атаки 1-й канадской дивизии также был танковый батальон, и он ударил по 117-й егерской дивизии. Это была отличная часть, полностью укомплектованная для боя, и во главе ее стоял прекрасный командир генерал-майор Хефер. И все равно два командира пехотных полков были взяты в плен, а третий геройски погиб. Канадцы прошли под заградительным огнем немцев, который не был особенно мощным, и захватили свой первый рубеж, а с ним и большую часть немецких батарей. Всякая попытка сопротивления была пресечена с ходу тем, что канадцы предприняли обход с фланга к северу, и, только когда они остановились, захватив свой третий рубеж, немцы смогли создать новую линию фронта западнее Розьера.
3-я канадская дивизия нанесла удар по 225-й егерской дивизии и очень быстро ворвалась в долину Люса, хотя далее «черный лес», простирающийся за главной дорогой от Домар-сюр-ла-Люс до Мезьера, оказался непреодолимым для танков, и немцы смогли продержаться там примерно до 8.30. Несмотря на эту задержку, наступление на второй рубеж началось более или менее вовремя и достигло своей цели к 10.30. Для отражения этой атаки у немцев было только пятнадцать орудий и не было возможности подтянуть хоть сколько-нибудь пехотных резервов. При поддержке дополнительных танков 44-я дивизия канадцев и английская 3-я кавалерийская дивизия продолжали энергично наступать в направлении Бокура. Было чуть больше 11.00.
Между 11.00 и 12.00 два корпуса, австралийский и канадский, сумели прорваться через зону действий немецких передовых частей и захватить всю немецкую артиллерию, за исключением нескольких орудий. Единственными силами, которые немцы смогли выставить против них, оказались несколько батальонов, отдыхавших в тылу; еще во время подхода их жестоко потрепала авиация и огонь дальнобойных орудий. Так слаба была немецкая оборона, что в некоторых местах противник мог пройти через нее походной колонной. Дело было за малым — завершить прорыв.
Английское высшее командование, считавшее кавалерийский корпус наиболее подходящим инструментом для этой цели, попыталось увеличить его ударную мощь, придав ему в подчинение 2 самых современных и скоростных танковых батальона, в которых насчитывалось, как мы уже видели, 96 танков «уиппет». Разумеется, их рассредоточили по разным частям.
Кавалерийский корпус разделился на две части. 1-я кавалерийская дивизия англичан получила приказ как можно быстрее догнать пехоту к северу от Люса, тогда как 3-я кавалерийская дивизия должна была сделать то же самое южнее реки; они должны были достичь третьего рубежа, подождать там, пока не подойдет пехота, а затем сделать бросок к дороге Шольне — Руа; за ними во второй линии следовала 2-я кавалерийская дивизия англичан. Батальоны танков «уиппет» двигались впереди дивизий первой линии, чтобы прикрыть всадников и проложить проходы через заграждения из колючей проволоки. К 10.15 дивизии первой линии достигли рубежа Игнокур — Марселькав и развернулись для выполнения своих задач. За каждой бригадой, состоящей из 3 кавалерийских полков и 1 батареи на конной тяге, были закреплены шестнадцать танков. Дальше они двигались в следующем порядке:
1-я кавалерийская дивизия: 1-я кавалерийская бригада — на Арбоньер; 9-я кавалерийская бригада — через Гиллокур на Розьер-ан-Сантер; 2-я кавалерийская бригада — на Ке;
3-я кавалерийская дивизия: 7-я кавалерийская бригада — через Кейо на Ке; 6-я кавалерийская бригада — на Ле-Кенель; канадская кавалерийская бригада — на Бокур.
1-я кавалерийская бригада прорвалась дальше всего, остановившись перед Фрамервилем и Вовилье. Остальные так и не дошли до своего третьего объекта, откуда должна была начаться их основная задача — прорыв к железной дороге, связывающей Шольне и Руа. Не будет преувеличением сказать, что кавалерия не могла продвинуться так далеко без танкового прикрытия. Попытка осуществить кавалерийскую атаку силами крупных формирований неизбежно захлебывалась в считаные минуты, приводя к большим потерям, как свидетельствуют действия 6-й кавалерийской бригады юго-восточнее Кейо или канадской кавалерийской бригады под Бокуром, даже при том, что линия немецкой обороны между Ке и Бокуром не была непрерывной. Всего двух с половиной рот немецких саперов, находящихся в Ке и к юго-западу от него, оказалось достаточно для того, чтобы остановить продвижение 3-й кавалерийской дивизии, и они отступили только тогда, когда танки пошли в атаку и оттеснили их назад, к северу от Бофора. Сюда смогли добраться всего несколько кавалерийских подразделений, и здесь битва завершилась. Вторая линия кавалерии в бой введена не была.
Схема 13. Танковое сражение под Амьеном 8 августа 1918 г.
К полудню 17-й танковый батальон и 12 его бронемашин прошли в разрыв между линиями своей пехоты и кавалерии, которые залегли на месте, и прорвались через деревни Фрамервиль и Пруайяр и дальше. Танки навели в тылу немецких позиций полнейший переполох, причинив тяжкие потери боевым колоннам и резервам, и оставались поблизости от этих двух деревень в течение нескольких часов, не понеся ни малейших потерь — но и не дождавшись попытки английских войск последовать за ними далее третьего рубежа. Такая попытка так и не была предпринята, а около 18.30 в Пруайяр и Фрамервиль вошли немецкие резервы, и, наконец, брешь шириной в несколько километров была закрыта. В течение шести часов, до самого вечера, она оставалась открытой в ожидании прорыва англичан; на их пути едва ли могли встать обороняющиеся немецкие войска, и совсем не действовала артиллерия. Но англичане не пожелали отступить от плана битвы, поскольку план составляли генералы, сторонники преобладающего участия в сражении пехоты, артиллерии и даже кавалерии — иными словами, люди, которые понятия не имели, как можно извлечь пользу из наиболее мощной ударной силы, имевшейся в их распоряжении. Английская авиация атаковала успешно, сковав немецкие резервы, танки были под рукой в значительном количестве, а о сопротивлении немцев нечего было и говорить. И все это пропало втуне — англичане не сделали ничего.
Французский XXXI корпус наступал к югу от канадского корпуса. В противоположность действиям соседей-англичан, французы перед тем, как перейти в атаку, провели сорокапятиминутный артиллерийский обстрел. Первый удар планировалось нанести силами 3 пехотных дивизий без поддержки бронетехники, но затем 153-я дивизия французов должна была стремительно ворваться на поле боя в сопровождении 3 танковых батальонов. Успешное первоначальное вклинение должно было вывести из строя немецкие части, противостоящие севернее канадцам. Спустя короткое время 153-я дивизия вместе с танками вступила в бой и добилась ощутимого успеха. Однако в то же время атака французов сильно запаздывала по отношению к правому канадскому крылу, где в результате фланкирующий огонь немецкой артиллерии смог причинить серьезный урон танкам, поддерживающим атаку канадцев.
Между 22.00 и 23.00, когда на поле боя опустилась летняя ночь, битва догорела, и «…к этому времени армия Германии потерпела величайшее поражение с самого начала войны» (Schlachten des Weltkrieges, XXXVI, 196). 8 дивизий были почти полностью уничтожены, и еще 8 жестоко потрепаны; в течение нескольких часов немцы потеряли 700 офицеров, 27 тысяч солдат (включая 16 тысяч взятых в плен) и более 400 орудий. Противник осуществил вклинение шириной 32 и глубиной 12 километров; лишь к вечеру отчаянные усилия немецких войск привели к установлению новой линии фронта, и то этим они обязаны бездействию противника. Это верно, что наши враги не сумели совершить полноценный оперативный прорыв, и точно так же верно, что нам больше не грозил немедленный и полный крах всего Западного фронта. Однако этот мощный удар неминуемо оказал чрезвычайно сильное действие на немецкое высшее командование.
