Внимание, танки! История становления бронетанковых войск ведущих мировых держав
В ноябре 1917 года немецкую армию на этом спокойном отрезке линии фронта представляла армейская группа Кодри, которая находилась под командованием XIII корпуса. 20-я дивизия ландвера [5] была размещена по обе стороны дороги Камбре — Бапо; 54-я егерская дивизия занимала участок протяженностью 8 километров между Авренкуром и Ла-Вакери; с юга к ней примыкала 9-я дивизия резерва. Плечом к плечу с ней выстроились три пехотных полка 54-й егерской дивизии; по два батальона от каждого поочередно находились на передовой, а третий отдыхал. Только первая позиция была укомплектована, промежуточная позиция пустовала.
Еще 16 ноября 1917 года командование 2-й армии полагало, что никаких крупных наступлений в ближайшем будущем не предвидится. 18 ноября рекогносцировочные патрули подтвердили, что 36-я дивизия англичан занимает фронт под Треко, как и прежде. Пленные, захваченные тогда же, сообщили, что эту дивизию должна сменить 51-я дивизия и что они замечали танки в лесу Буа д'Авренкур; они добавили, что на 20 ноября намечается атака и что ей должны будут предшествовать несколько часов артподготовки. 19 ноября пленный подтвердил, что 20-я дивизия англичан все еще на месте. Активность в воздухе и наземные передвижения противника стали оживленнее, чем обычно, и в Буа д'Авренкур было обнаружено несколько новых батарей. В остальном день 19 ноября прошел мирно, и со стороны английских батарей не было заметного усиления пристрелочного огня.
Схема 8. Танковое сражение под Камбре, ноябрь — декабрь 1917 г.
На основе полученных сообщений немцы приняли некоторые контрмеры, хотя обычных признаков крупного наступления не наблюдалось, кроме того, и на других участках захваченные пленные фактически точно так же твердили о том, что у них планируется наступление. Поздним вечером 19 ноября немцы объявили состояние повышенной боеготовности, и артиллерия 54-й егерской дивизии открыла прицельный и беспокоящий огонь по ближайшим окопам противника и нанесла удары по Буа д'Авренкур, деревне Треко и путям подхода. Высшее командование передало левофланговый полк 20-й дивизии ландвера, который удерживал сектор Авренкура, под командование 54-й егерской дивизии, чтобы обеспечить единоначалие на предположительном месте сражения. Таким же образом армейская группа Кодри приняла под свое командование 27-й резервный егерский полк, группу управления артиллерийского отряда и две батареи — все они были подтянуты из армейского резерва. Было объявлено, что подкрепление в составе батарей тяжелой артиллерии ожидается 20-го числа. 27-й резервный егерский полк был выделен для контратаки и размещен позади двух полков правого фланга 54-й егерской дивизии: часть его первого батальона была придана 84-му егерскому полку и переброшена под Флекьер, а другую часть оставили в Фонтен-Нотр-Дам; штаб полка и второй батальон разместились в Маркуане; третий батальон остался в Камбре как группа резерва. В дополнение к этому 54-я егерская дивизия получила два отряда полевой артиллерии от 107-й егерской дивизии, которая только что прибыла с Восточного фронта; они были размещены у Гренкура и Флекьера.
В целом немцы, по-видимому, не ожидали серьезного наступления со стороны англичан; они всецело доверяли неприступности линии Гинденбурга. Тем более замечательно, что по инициативе 2-й армии, армейской группы Кодри и 54-й егерской дивизии были приняты, как мы только что увидели, быстрые и энергичные меры защиты. Однако немцы, к несчастью, пренебрегли специальными мерами предосторожности против танковой атаки: на рубеже не было орудий, траектория стрельбы которых позволяла бы поразить танки с близкого расстояния, и, по-видимому, пехоту осведомили о возможности танковой атаки слишком поздно, и в результате, когда пришел час наступления, у нее оказалось слишком мало патронов SmK.
И вот забрезжил хмурый рассвет 20 ноября. В 6.00 была ложная тревога: на Авренкур обрушился огневой вал, но затем опять все затихло. В 7.15 английская артиллерия начала обстреливать немецкие позиции, и все наши войска укрылись в блиндажах, оставив снаружи только часовых. Исходя из прошлого опыта, ожидалось, что пехота противника пойдет в атаку только по истечении нескольких часов, и потому немецкая артиллерия поддерживала всего лишь слабый заградительный огонь, посылая снаряды вперед, за полосу охранения, в дым и туман тусклого утра. Аванпосты были захвачены врасплох: перед ними внезапно возникли неясные черные силуэты. Они извергали пламя, и под их тяжестью мощная и широкая полоса препятствий трещала, как солома. Предупреждение об опасности передали находящимся в окопах, и солдаты поспешили к пулеметам и попытались оказать сопротивление. Но тщетно! Танки появились не поодиночке, а многокилометровым развернутым строем! Патроны SmK оказались бесполезны, зону попаданий заградительного огня нельзя было переместить назад, ручных гранат было немного, и еще меньше тех, которые причинили хоть какой-то ущерб вражеским машинам, продолжавшим вести огонь. Немецкие пехотинцы оказались фактически беззащитны, прижаты к земле и не способны противостоять непреодолимому техническому превосходству англичан. Выбирать они могли только между смертью и капитуляцией, потому что никто не мог убежать в тыл или надеяться выжить под таким огнем.
В этот момент конечно же резервы должны были пойти в контратаку и выручить нас из беды. И командование 54-й егерской дивизий действительно приказало командиру 27-го резервного егерского полка начать контратаку двумя батальонами и вернуть утраченные позиции; задача была поставлена в точном соответствии с уставом. Но за боевые действия пехоты отвечал штаб 108-й пехотной бригады, и он немедленно отменил переброску сил; контратака провалилась, и единственным подразделением, которое смогло оказать хоть какую-то помощь, был третий батальон 27-го резервного егерского полка, находившийся в группе резерва под Камбре.
Еще несколько подразделений были подтянуты из 107-й егерской дивизии, недавно прибывшей с Восточного фронта. В 9.40 2 батальона выступили через Маньер и еще 1 батальон выдвинулся в направлении Кревкера; они были приданы в подчинение соответственно 54-й егерской дивизии и 9-й резервной дивизии; еще 1 полк был направлен к Фонтену, Кантену и Провийе и поступил в распоряжение армейской группы Кодри; третий полк был размещен в Камбре в качестве армейского резерва.
Сообщения с линии фронта оставались до крайности скудными. Приземный туман исключал воздушную разведку, а ползущий огневой вал англичан по-прежнему катился вперед и препятствовал наблюдению.
Тем временем командиры частей делали все возможное, чтобы выполнить приказ и организовать активную оборону. Второй батальон 27-го резервного егерского полка продвигался из Флекьера по направлению к Авренкуру по двум ходам сообщения. Точных рапортов о том, что происходит на поле боя, не поступало, но раненые говорили о большом количестве танков. Затем части рот покинули окопы, чтобы развернуться на открытой местности. Стремясь прорваться вперед, батальон пошел в атаку прямо на танки и был почти полностью уничтожен. Линия обороны 387-го егерского полка ландвера, слева от 84-го егерского, была смята и прорвана; примыкающему к нему 90-му резервному егерскому полку пришлось не лучше, и даже его штаб попал в руки противника. Незначительное облегчение наступило только тогда, когда улучшилась видимость и танки оказались в пределах досягаемости артиллерии, размещенной вблизи Маркуана.
19-й резервный егерский полк, образующий правый фланг 9-й резервной дивизии, также пострадал при танковой атаке и понес чрезвычайно тяжелые потери, однако продолжал удерживать Банто и линию канала.
За короткое время по всей ширине фронта наступления англичан оборонительная система была полностью потеряна. Возглавляемая танками, атака теперь захлестнула промежуточную позицию. Было только одно исключение: деревня Флекьер, где немцы сумели прочно закрепиться благодаря тому, что дома солидной постройки и подвалы были пригодны для укрытий, которые и обеспечили защиту против танковых войск. Кроме того, в 9.00 командир 27-го резервного егерского полка майор Кребс принял командование и успел отдать несколько удачных распоряжений — начать с того, что он призвал остановить эти бессмысленные и кровопролитные контратаки против танков, которые предпринимала беззащитная пехота. Теперь Кребс мог отвести назад хотя бы пулеметную роту и стрелковую роту своего второго батальона, а также половину первого батальона, который должен был идти в атаку невзирая ни на что. Он поставил эти части во Флекьере и поблизости от него, вместе со второй половиной первого батальона, которую привезли на грузовиках из Фонтен-Нотр-Дам и высадили к юго-западу от Кантена. Под его командование поступили подразделения 84-го егерского полка и 108-я саперная рота, и немцы стали связывать ручные гранаты в связки. Именно благодаря разумному руководству майора Кребса, благодаря беззаветной преданности 600 солдат и в первую очередь благодаря блестящей поддержке батарей 108-го и 282-го полков полевой артиллерии деревня Флекьер была удержана до наступления ночи.
