Месть королевы мафии (ЛП)

Между нашими лицами практически нет пространства, пока она извивается. Мой рот находится в дюйме от ее губ, и мы так тесно прижаты друг к другу, что я чувствую, как быстро бьется ее сердце, и вижу, как пульсирует вена на ее шее. Воздух вырывается из ее губ, а ее яростные глаза приковывают меня к месту.
— Мы оба знаем, что это произойдет, так что перестань сопротивляться. Прибереги силы для нашей брачной ночи, — говорю я, коснувшись сначала ее губ, а потом уха. — Я с нетерпением жду достойного воссоединения.
Глава 7
Катарина
— Ты выглядишь так, будто собираешься устроить настоящий ад, — говорит Николина, изо всех сил стараясь не улыбаться, пока наполняет мой бокал.
— Он меня бесит, — честно отвечаю я. — Выводит из колеи, а это нехорошо для всех нас.
— Это временно, — говорит моя подруга, отпивая из своего бокала. — Красавчик из туалета застал тебя врасплох, но ты снова возьмешь верх. Массимо не справится с тобой.
— Я бы не была так уверена. Что-то подсказывает мне, что он скрывает гораздо больше, чем кажется на первый взгляд, — пробормотала я, наблюдая за новоприбывшими, которые направились к месту нашего сборища, расположились вокруг уютной зоны отдыха, болтая и выпивая.
Ужин был восхитительным, но было трудно наслаждаться им под прожигающими взглядами моего нового жениха. К несчастью, Массимо и Габриель сидели прямо напротив меня. Дарио втянул Габриеля в разговор, а Николина почти в одиночку поддерживала беседу с Массимо, пока я тихонько размышляла.
— По крайней мере, он не похож на сама знаешь кого. Это должно помочь, — шепчет она мне на ухо.
— Должно, — честно признаю я. Массимо пошел в мать, в то время как другие его братья походят на отца. Это единственное объяснение тому, почему я не замечала сходства раньше. У его покойных братьев и Габриеля темно-каштановые волосы и карие глаза, а у Массимо — иссиня-черные копна волос и зеленые глаза, напоминающие лес. Он также выше и шире, и занимается спортом, поэтому каждый сантиметр его тела подтянут, натренирован и накачен до совершенства.
Что приводит меня к другой проблеме. Как я могу манипулировать им, если он меня так привлекает? Обычно я легко общаюсь с мужчинами, даже если они сексуальны. Но химия между мной и Массимо может заставить меня потерять концентрацию, а я не смогу оторваться от контроля. Многое на кону — я стараюсь удержать в руках слишком важное, и не знаю, хватит ли у меня сил справиться со своим женихом. Все было бы просто замечательно, если бы не жгучее влечение и, если бы он не давил на меня. Вполне вероятно, что я убью его в следующий раз, когда он будет меня доставать, а это будет неразумно. Я должна держать себя в руках, пока не приведу мысли в порядок.
Если я убью Массимо, Габриеля и их мать, то смогу взять «Комиссию» под свой контроль.
— Донна Конти, — говорит Лео Мессина, подходя ко мне с потрясающей брюнеткой. — Рад снова видеть тебя. Я хотел бы представить свою жену Наталью.
Я уже знаю, кто она такая. Я встречалась с ней один раз, но мне было всего десять лет, и это был мимолетный визит с моим папой, так что вряд ли она меня помнит.
Мои чувства к этой женщине вполне объяснимы. Наталья — причина моего похищения, и, хотя она ни в чем не виновата, и я даже не знаю, знает ли она, что произошло, трудно смотреть на нее и не испытывать горечи. Она тоже могла бы быть на моем месте. Но я рада, что ей не пришлось жить с тем чудовищем, даже если я страдала вместо нее. В нашем мире женщинам приходится нелегко, и мне кажется неправильным затаивать обиду на невинную женщину, но иногда я не могу сдержать своих чувств.
Когда я думаю о своем прошлом, меня переполняют эмоции.
Это клубок, который не знаю, смогу ли когда-нибудь распутать.
Нацепив на лицо приветливую улыбку, я приглушаю все свои эмоции, протягивая руку.
 
— Очень приятно познакомиться с тобой.
— Взаимно.
Наталья крепко пожимает мою руку.
— Слышала, тебя можно поздравить, — ее глаза озорно блестят, когда она смотрит в сторону Массимо. — По крайней мере, он симпатичный. Могло бы быть гораздо хуже.
— Да, — говорю я, делая глоток вина. Как бы мне ни хотелось опустошить весь напиток, я не могу потерять контроль.
— А, точно. Ты была замужем за Пауло Конти, — на ее лице отражается сочувствие. — Не могу даже представить, какой это был кошмар. Отец хотел выдать меня за него, — говорит она.
— Я знаю. Пауло любил упоминать твое имя всякий раз, когда мне не удавалось угодить ему. Он никогда не позволял забыть, что ты была его первым выбором.
Иронично, как переплетаются наши истории с Натальей.
— Он был ужасным человеком. Мне неделями снились кошмары после его прихода на ужин, я боялась, что папа отдаст меня ему.
— Бен никогда бы этого не допустил, — говорит Лео, бросая на меня скорбный взгляд. — Как же ты оказалась обещана ему?
— После того как он потерял Наталью из-за Джино, он обратился к моему отцу. У него всегда была нездоровая одержимость мной, — вру я.
— О боже! — Наталия подносит руку к лицу. — Он не…
Я качаю головой.
— Он не трогал меня в детстве. Я считаю это своим благословением.
— Как так получилось, что ты вышла за него? Кто твой отец? — спросил Массимо, выходя вперед из-за спины Наталии. Я видела, как он приближается, и гадала, когда он присоединится к разговору.
— Мой отец уже умер, но он был одним из самых преданных капо Конти.
Это наглая ложь, но есть доказательства, подтверждающие мою историю, если кто-то станет искать. Я удобно позаимствовала личность человека, который умер через два месяца после того, как я взяла власть в свои руки, и называю его имя всякий раз, когда мне нужно объяснить свой статус сироты.
— Он вырастил меня один, после того как мама умерла при родах.
— Есть братья и сестры? — спрашивает Массимо, и я качаю головой.
— Наверное, одиноко было, — говорит Наталия.
Я пожимаю плечами.
— Я не знала ничего другого.
— Мне жаль, что тебе пришлось жить с Пауло. Я чувствую себя в какой-то степени ответственной.
Я вижу, что она искренна.
— Это не твоя вина. Считай, повезло, что тебе не пришлось выйти за него замуж. Это был не самый удачный брак.
— Я знаю, каково это, — отвечает она, положив голову на плечо Лео. — Мой первый брак был ужасным и одиноким, но меня поддерживали мои сыновья.
Я знаю ее предысторию благодаря Анаис и Крузу.
— Калеб и Джошуа, верно?
— Кто-то подготовился.
Массимо обнимает меня за талию.
— Ты глухой или тупой? — огрызаюсь я, с силой отстраняя его руку от своего тела.
— Бунтарка, — отвечает он, снова обхватывая меня за талию.
— Я не люблю, когда мне указывают, что делать.
— Я тоже.
Я отталкиваю его руку.
Лео хихикает.
— Неприятности в раю?
— Еще ничего не решено, — говорю я. — И наша сделка — сугубо деловое соглашение.
— Она бредит, — говорит Массимо, допивая свое пиво и ставя пустую бутылку на стол позади нас. — Мы безумно любим друг друга, но она боится признаться в этом.
Я бросаю на него взгляд. Если так будет продолжаться, у меня появятся морщинки вокруг глаз.
— В этом сценарии бредит только один, и это точно не я.
Кто-то увеличивает громкость музыки, и Бен вытаскивает Сьерру на большую круглую площадку патио, и они начинают танцевать.
Краем глаза я замечаю, как Дарио ведет Николину к ним, когда к нашей маленькой группе приближается еще одна пара.
Я немного напрягаюсь, когда Алессандро и Серена подходят к нам, и молюсь, чтобы он не заметил никакой связи с Анаис. Но он не подает никаких признаков узнавания, когда Лео быстро знакомит нас и я пожимаю ему руку. Мы непринужденно беседуем, и каждый мускул напрягается, когда рука Массимо снова обвивается вокруг моей талии. В моем теле идет внутренняя война, и я борюсь с желанием расслабиться в его руках.