Кухарка с сюрпризом (СИ)

— Да успокойся ты, зверёныш! — обхватил девчонку обеими руками, она кусалась и царапалась, визжа что-то нечленораздельное. — Все, тихо, тихо!
— Ты подлый, невыносимый! Ты мне противен, Ричард! И не вздумай ко мне приближаться!
Меня ощутимо сильно ткнули острым локотком в живот и в глазах заплясали звездочки. Вот… невоспитанная!
— Да что я сделал? Спокойно объясни! — хрипя от боли крикнул я. В доме по ту сторону окон уже стала появляться прислуга, каждому было интересно, почему кухарка бьет хозяина. А в кустах за каналом наверняка затаились журналисты. Последнее вернуло мне разум. — И лучше в доме, а не здесь!
— Ах, ты не понимаешь, что сделал? У дружка своего спроси, Адама, а еще у тех девиц с которыми ты развлекался!
Осознание пришло внезапно. Она узнала…
— Это не имеет значения, Оливия. Мы заключили пари уже давно, теперь все по-другому, поверь мне.
— Я тебе конечно верю, но знаешь, — девчонка вырвалась из моих рук и гневно сверкая глазами ткнула мне в грудь пальчиком. — Ты отплатишь мне своим позором!
Всего мгновение, я даже не сразу понял, что произошло, и вот я уже лечу в бурлящую воду канала, а где-то рядом слышится радостный вой журналиста.
Ледяная вода мигом сковала тело, а ужас - сердце. Только не вода, только не вода! Фантазии со скоростью света подсовывали мне ужасающие картинки - я тону, лежу на дне канала, меня никто не ищет, а рыбки доедают руку.  С криками пулей выскочил на лестницу под мостом, когда возбрался на нее и оказался в саду Оливии уже не было. Рядом стояли Диго с Фионой, брат выглядел подавленным, а вот от взгляда невесты меня будто снова окатили льдом.
— Какой ты… Поспорить на девушку? Ричард, ты не просто урод, ты скотина полная. Я за тебя замуж не выйду, даже не мечтай!
Фиона была зла как никогда, мне бы расстроиться, но ее последнее слово подняло во мне бурю эмоций. Положительных. Даже испуг от купания прошел. Никогда не выйдет за меня замуж? О, Создатель! Спасибо!
Диго просверлил меня таким же взглядом, взял девушку под руку и увел в дом, я же остался стоять дрожа от холода.
Смесь радости, паники и стыда ворочалась во мне вызывая чувство брезгливости к самому себе. Маленькая Оливка… Знал бы я в тот вечер, что эта девчонка станет для меня дороже, чем зелье молодости, отдал бы его просто так. 
С трудом переставляя ноги двинулся к дому, позади все еще слышались радостные крики папарацци. Мне было плевать, так даже лучше, пусть публикует что хочет! Завтра же напишу отцу, если Фиона уже этого не сделала.
В холле оказалось пусто, но стоило мне подняться по лестнице, как из-за угла выскочил Адам.
— Дружище, ты как?
Почему-то от этого вопроса зубы, выбивающие дробь от холода, скрипнули.
— Тебе лучше знать. Потешился? Молодец, — попытался обогнуть его, но парень выставил руки перед собой и не дал мне отойти. Пришлось вырываться силой, но этого тоже не удалось сделать. - Что тебе?
— Оу, брось ты, ты же выиграл! Отметим?
— Нет! Что вообще ты делаешь в моем доме? Диго пригласил? 
— Вижу, ты на нее по-настоящему запал, — пробормотал Адам, разглядывая меня с неким удивлением. — Она же сирота, друг…
Глаза затянулись пеленой от злости, от того, что в голосе моего лучшего друга скользило презрение когда он говорил об Оливии. Всего миг, и Адам летит назад, ударятся спиной о стену, а у меня горят костяшки пальцев но я этого не чувствую. Быстрым шагом двинулся в спальню, разрываясь от желания вернуться и врезать Адаму еще раз. Он не имеет никакого права так отзываться об Оливии!
Застыл перед дверью, со всей силы врезал кулаком по ней,  резкая вспышка боли отрезвила мое сознание. Развернулся и побежал в комнаты прислуги. И пусть Оливка меня пошлет еще раз, пусть она кричит, ругается, дерется! Да хоть той своей поварешкой врежет, плевать!
Глава 32
Оливия
Самая злая фурия не сравнилась бы сейчас со мной! Я била подушки, рычала на них, ругала самыми грязными словами, которые невесть откуда взялись в моей голове. Из-под подушки выпала поварешка, схватила ее и продолжила молотить несчастное одеяло. 
 
— Ричард урод! Гадина! Зараза! — с каждым словом все сильнее хлестала кухонной утварью по постели, борясь с желанием расколотить вообще все этой комнате.
Но быстро выбилась из сил, руки опустились и в груди разгорелся пожар, сметая все на своем пути. Жадные языки пламени ярости выжигали во мне все чувства, оставляя после себя черную дыру…
Щеки жгло от непрошенных слез, остановить их я не могла, да и не хотела. Сквозь туманную пелену в глазах взглянула на открывшуюся дверь, и когда в проеме показался Ричард, вскочила на ноги.
— Зачем пришел? Снова на что-то поспорили?! — слова сами слетали с языка, а слезы все текли и текли. Ну и пусть! Пусть видит, какое он чудовище и до чего довел невинную девушку!
— Оливия, выслушай меня, пожалуйста! — в голосе мужчины звенело отчаяние, заставившее меня на миг замереть, тогда Ричард шагнул в мою сторону. 
Сильнее стиснула рукоять поварешки и подняла повыше.
— Убирайся Ричард. Я сейчас же соберу свои вещи и уйду!
— Тебе некуда идти, не глупи, Оливка.
— Снова намекаешь на то, откуда я? А ведь был таким искренним, когда жалел меня при разговоре о родителях! Гад ты, Ричард, все вы богачи такие мерзкие! Только и думаете, что о своей выгоде. На что поспорили хоть? На шоколадку? Или, смею надеяться, я для тебя чуть дороже сладкой плитки в фольге?
— Что ты несешь?! — Ричард свирепел с каждой секундой все больше, и я вместе с ним. 
— Пошел ты! — поварешка опустилась аккурат на плечо мужчины, он вскрикнул, снова попытался схватить меня за руки, но не успел и получил второй удар.
Неизвестно откуда во мне взялось столько сил, но я вытолкала его за дверь и повернула защелку. Вот и все, больше не войдет. 
Грустно обвела взглядом комнату, шмыгнув носом плюхнулась на кровать. Мне даже собирать нечего, из вещей разве что пара платьев да драные тапочки. И идти мне правда некуда! Ночевать под мостом или на лавочке в парке совсем не хотелось… И вообще, я не уйду никуда, пусть знает! На этой мысли я провалилась в тревожный сон, прижимая к груди поварешку.
Утро было счастливым, радостным, бодрым! Но не у меня.
Поднялась с постели на рассвете, кое-как привела себя в порядок и отправилась на кухню, но была перехвачена по пути Вильямом.
Очень злым Вильямом.
— Оливия пройдем со мной, нам нужно поговорить. 
Фраза “Нам нужно поговорить” сама по себе невероятно пугала, а после того, что здесь было вчера… Сердце сжалось в комочек и быстро-быстро забилось, ладони вспотели. На негнущихся ногах двинулась за управляющим в кабинет.
Когда дверь закрылась, а Вильям сел за стол и указал мне на свободный стул, я была напугана почти до седых волос. Тяжело сглотнув, присела на самый краешек и самым честным взглядом посмотрела на управляющего.
— Поступила жалоба…
— Я не виновата! — выкрикнула, и тут же прикусила язык. Вот сейчас он меня уволит, и пойду я бомжевать… Или снова на поклон распорядительнице в центре занятости? Куда деваться, выбора-то нет…
Вильям вскинул бровь.
— Поступила жалоба, — вновь с нажимом повторил он. — Суп на ужин оказался сильно пересолен, я вынужден тебя оштрафовать на два золотых. 
Суп? Бешено бьющееся сердце замедлилось. Просто суп?
— А за то, что вчера произошло ночью, будешь отвечать перед хозяивами поместья. Я написал герцогу, как только он ответит, приглашу тебя снова. Но советую заранее собрать вещи, — последнее управляющий произнес с толикой злорадства.
 
Из кабинета вылетела пунцовая. Когда Вильям сказал про суп я на минутку поверила в чудо. Но он ведь сообщил герцогу про нас с Ричардом! Какой кошмар! Лучше бы наругал или оштрафовал еще на два золотых, или вообще на всю зарплату. Что мне теперь делать? Сколько там идет письмо? Не дольше недели, максимум дней десять в отдаленные города королевства.