Кухарка с сюрпризом (СИ)

Одним словом спать я ложилась в крайне приподнятом настроении, а потому долго ворочалась и не могла уснуть, несколько раз вставала и переставляла вазу с цветами. То они были слишком далеко и я не чувствовала их аромата, а очень хотелось, то поставила настолько близко к лицу, что становилось страшно, что во сне ваза упадет и устроит мне неожиданный душ, да и вообще вот эта белесая трава, жутко щекотала мой нос, так что я громко чихнула и села на постели.
— Нет, так дело не пойдет! — пробурчала я и принялась выдергивать это белое непонятно что из букета. Не знаю какой садовник это составлял, но он явно был криворуким и слепым, цветы не подходили друг другу ни по цвету, ни по форме, так что я решила исправить это упущение и вместо одного огромного веника сделала себе три миленьких букетика. Один из которых тут же подвесила сушиться над кроватью, будет вкусно пахнуть, да еще и радовать долго, все знают что век сорванных цветов не долог! Два остальных расставила по комнате, получилось вообще прилично. Долго думала куда деть ту странную траву из-за которой так распереживался дворецкий, пару раз даже походила с ней между окном и туалетом, но потом все-таки решила, что выкинуть ее в окно будет ну просто настоящим свинством, да и садовника жалко. Он мне цветы, а я ему мусор в ответ, нет, так дело не пойдет. Поэтому вместо этого, я сложила траву в небольшой вещевой мешок и спрятала под подушку, и нос не колет и поутру спокойно выкину никого не обидев.
Утро настало внезапно, и прежде чем я успела спокойно потянуться в постели и встать, в дверь коротко постучали. После чего, не дождавшись моего разрешения войти, широко распахнулась явив моему взгляду злобного управляющего, а я недоуменно уставилась на него. Что он вообще забыл в моей комнате столь ранним утром? Да и еще с таким диким выражением лица, как будто он появился меня убивать. Однако, то что я проснулась уже видимо стало для Вильяма неприятным сюрпризом.
— Доброе утро! Как вы осмелились нарвать без спросу коллекционную траву герцогини? — тут же поинтересовался он с порога.
— Какую такую траву? — спросила я, а когда управляющий тут же принялся с осуждающим видом рассматривать комнату, в моей голове медленно, но верно начал складываться пазл. Ведь он вчера спрашивал об этом Ричарда! Значит, в первую очередь нельзя ни в коем случае признаваться, что цветы от него. Вильям тем временем закончил осмотр моей комнаты и поджав тонкие губы осуждающе уставился на меня.
— Где трава герцогини?
— Какая трава?
— Беленькая такая, длинная, не помню точного названия, но ее ни с чем другим точно не спутаешь!
Я мысленно поздравила себя с тем, что разобрала букет вчера ночью, а эту жуткую дрянь засунула под подушку.
— Я ничего подобного не видела!
— Как же, она была у вас вчера вечером в руках! Я сам видел, вместе с веником цветов, кстати откуда он? — пытливо поинтересовался управляющий смеряя меня невозможным взглядом.
— Цветы мне передал садовник, сказал, что их много, но никакой травы среди них не было. Вот сами посмотрите, я разобрала их в три маленьких букета, — мне было стыдно врать, но я даже боялась представить к чему может привезти правда, если я ее сейчас открыто сообщу.
Управляющий еще раз недовольным взглядом окинул комнату, но так и не смог заметить ничего эдакого.
— У какого садовника вы получили цветы? — он видимо решил зайти с другой стороны.
— У самого обычного, того, что работает в саду, — с улыбкой милой дурочки сообщила ему я.
— А если проверю? — прищурившись поинтересовался управляющий, а я несмотря на нервно сжимающееся сердечко лучезарно улыбнулась ему в ответ.
— Пожалуйста! Ничего не имею против.
С недовольным видом Вильям наконец вышел вон, оставив меня в раздумьях. Чего это он вообще такой нервный? Надо у Анисии спросить, может она подскажет как вести себя с управляющим, потому что этот типчик может с легкостью кого угодно довести до икоты. Ну и конечно надо выяснить, что это за трава такая, что с ней все носятся как будто она золотая, и подумать как мне от нее избавиться, так, чтобы мне эта проделка Ричарда не вышла боком, ему то точно за это ничего не будет, а вот мне…
 
Судорожно вздохнула, пытаясь оправиться от пережитого и крайне неприятного пробуждения, я отправилась в ванную, для того, чтобы привести себя в порядок.
Уже примерно через полчаса свежая и более спокойная спустилась на кухню, чтобы с головой окунуться в свои прямые обязанности.
Глава 22
Ричард
Все ничего, но после пробуждения моей единственной мыслью было: “Каким чудесным образом я найду семью Оливии?!” и думал я эту мысль весь день. Лениво прожевал булочки на завтраке, выпил вмиг ставший безвкусным кофе, без интереса полистал газету. Статьи с ночной вылазкой не было - хоть это радовало. В комнате лежит пленка с фотографиями, распечатать потом, что ли. На память.
Оливка так и не показалась мне на глаза - завтрак выносила Анисия. А вот Диго и Фиона пришли в столовую вместе, хихикая и легонько толкаясь. Под моим ошалевшим взглядом эти двое расселись по разным сторонам стола, Фиона на миг подвиснув все-таки принялась за овощную котлету, а брат выпил только кофе. Что совсем на него не похоже, обычно он ест все, что лежит на блюдах.
— Как у вас дела? — как бы между прочим спросил я у них, делая вид, что жутко увлечен работой садовника с газонокосилкой. В широкие окна был виден весь двор, и мне оставалось только надеяться, что ночью никто не видел, как я ползаю вокруг дома в поисках камня.
— Эм… отлично, — буркнул Диго, и сразу сунул булку в рот. Перевел беспомощный взгляд на Фиону.
— Тоже хорошо. Из моей спальни отличный вид на мост… Весь вечер любовалась, — пожала плечами Фиона, а я поперхнулся кофе, моментально вспотев.
— Ладно, приятного вам аппетита, - выскочил из-за стола как ошпаренный, пока не услышал о себе много лестного, и под расслабленный выдох этих двоих покинул столовую.
Встал спиной к двери и задумался, окинув взглядом холл. На улице приятная погода, солнечная, можно было бы выйти подышать воздухом и позвать Оливию, но… Нельзя. Днем с ней лучше не пересекаться. Так, значит ночью мне снова играть роль влюбленного рыцаря, ну а пока… Пойду проявлять пленку. Интересно, чего там наснимал этот горе-папарацци.
Воодушевленный идеей провести ближашие несколько часов в ванной в темноте, я ринулся наверх в отцовский кабинет. Здесь у него имело разное барахло и среди него бачки для пленки, раствор и концентрат фиксажа. Отыскав все необходимое, запер покои, отнес все добро в ванную комнату и внимательно осмотрел ее совсем другими глазами.
Сама ванна была огромной, окно - тоже. Завесить его чем -либо так, чтобы свет точно не пропускал, невозможно, поэтому выход оставался один. Покрасить стекло. 
Еще один побег в кабинет, потом в подвал, снова в кабинет, и наконец - к управляющему на поклон.
— Вильям, у нас же где-то оставалась черная краска после того, как красили завитушки на мосту?
Управляющий нехотя оторвался от бумаг на своем столе и взглянул на меня так, словно это он тут хозяин. Я даже поежился, и как-то резко передумал заниматься этим делом.
— Ну есть. Вам для чего?
— Надо.
— Хм. Покрасить белую траву? Ее ведь и так мало осталось, зачем она нужна, да? Только вид сада портит.
— Вильям, — стиснув зубы улыбнулся. Как бы он не злил меня, краска мне все же нужна. — Где остатки краски?
— В подвале, разумеется. 
— Я смотрел, там нет!
— Господин Кадоган, я бы советовал спросить об этом у Анисии. Она любит там наводить порядок, возможно переставила куда.
 
Вильям вновь уткнулся в бумаги, показывая, что разговаривать дальше он не намерен. Ну и пусть, сам найду.
Спустя полчаса лазанья в пыльном подвале среди ящиков с провизией я все же пошел сдаваться к кухарке. На кухню заходил с чувством стыда за вчерашнее… Перед Оливией. Почему-то ночью мне казалось правильным быть таким милым с ней, сейчас же при свете дня девчонка-голодранка меня вогнала в ступор. Едва я вошел, наткнулся взглядом на нее. Сидит у окна, вымазалась в джеме из булочки, одной рукой придердивает лакомство, другой - книгу. Смеется от прочитанного, и смех такой красивый, заразительный…