Игра за гранью (СИ)
— Во мне сияние Шананы, — произнесла она. — Это мой путь. Просто не стой на моем пути.
— Слушай, ну, со всяким бывает, — начал он невнятно бормотать. — Я с похмелья еще и не такой злой. Но, может, хватит уже? Побузила и хорош. Пойдем лучше выпьем чего, а?
Парень и сам понимал, что несет чушь. Это уже не та Дилинэ, которую он знал. В ней, и впрямь, проснулась какая-то древняя тварь.
Он подхватил Ирину на руки и побежал прочь.
— Нет! Алиса! — вскрикнула она.
— Вот, черт! — ему пришлось остановиться, чтоб схватить еще и девочку.
— Камешки! — закричала Алиса. — Я не закончила! Ты не понимаешь!
Юрка не слышал девочку, он бежал, спиной чувствуя, как по его следу идет Дилинэ. Дыхание вдруг вышибло из его легких. Парень споткнулся. Девочка вскрикнула.
Ирину что-то выхватило из юркиных рук. Небо снова почернело. Стало так темно, что женщина вдруг подумала, что совсем ослепла.
— Ты должна закончить, — совсем близко раздался голос Диира, тихий, шепчущий, но в то же время пробирающий до самых внутренностей. — Уведи. Уведи сияние…
Юрка с трудом продрал глаза. Веки вдруг стали такими тяжелыми, что едва приподнимались. Щелками глаз он видел, как женщину с ребенком уводит тень. А следом за ними летят разноцветные камешки. Они не шли, будто плыли по воздуху. Парень хотел закричать, но не смог. Он с трудом перевернулся на спину. Ни Дилинэ, ни столпа света больше не было видно. Над ним раскинулось лишь черное-черное небо.
Глава 14
Снаряд разорвался совсем близко. Прямо над головой. Соня безмолвно раскрыла рот, а я схватился за голову. В глазах двоилось. Едкий писк въелся в барабанные перепонки.
А потом наступила тишина, словно кто-то звук выключил. Небо стало абсолютно черным, будто все звезды и луну замазали сажей. Соня трясла меня за плечо. Снова открывала рот, но я ничего не слышала.
Девушка попыталась поднять меня, потянула за руку, и предплечье пронзила резкая боль. Я закричал и не услышал своего голоса. Тогда до меня дошло, что звук никто не выключал. Ничего не закончилось. Просто я оглох.
И в друг в этой тишине я четко услышал тоненький голосок сестры:
— Женька! Сюда иди! Иди скорее!
Наверное, я сходил с ума, но голос не умолкал, он звал меня, и не было никаких сил ему противиться. Кое-как я поднялся на четвереньки и стал выбираться из траншеи.
Соня пыталась удержать меня, цеплялась за одежду. А я никак не мог ей объяснить, что должен идти.
Звуки. Они стали накатывать волнами. Меня словно накрыло оглушающими взрывами, криками, но вдруг снова все стало стихать, будто отдаляться. И снова грохот обрушивался не меня, буквально сбивая с ног.
Я выполз из траншеи и тут же вляпался рукой во что-то влажное, склизкое. Вспышка рассеяла тьму на мгновение, и я понял, что ползу по телам. Мертвым, изуродованным телам.
У смерти дурной запах. И выглядит отвратительно…
Встать на ноги удалось не с первой попытки. Звуки вернулись, но я все равно слышал, как меня зовет Алиска. И я вдруг подумал, а вдруг она уже умерла? Болезнь могла завершить свое дело. Вполне может статься так, что зовет она меня с того света. На тот свет зовет. Но разве был у меня выбор?
— Ты куда прешься, баран? — кто-то сбил меня с ног. — Давай, на точку!
Дзот, в него-то я и свалился.
Здесь было двое. Один точно был мертв, второй, похоже, ранен.
— Не могу стоять, — произнес живой. — Давай, ты.
Я? А я-то что? Хотел сказать, что не умею, но понял, что отмазка не катит.
Пришлось присесть, взяться за оружие.
Пулеметная лента поползла, отбрасывая гильзы. Я не видел, куда стреляю, просто палил зачем-то по воздуху.
— Прекратить огонь! Не стрелять! — скомандовал кто-то, наверно мне.
Я высунулся и увидел ее.
Дилинэ. Она шла сюда, как всегда, совершенно голая. Только теперь я видел на ней кровь. Все ее тело было забрызгано алыми пятнами, а руки светились. Этого света было достаточно, чтоб разглядеть жрицу.
— Да плевать, — сказал вслух и открыл огонь.
Время вдруг стало густым, как патока. И казалось, оно вот-вот остановится совсем.
Я видел, как пули по дуге огибают жрицу, оставляя в воздухе темно-красные узоры. Дилинэ улыбалась, и, наверное, ее улыбка показалась мне самым жутким во всём творящемся кошмаре.
Со зрением творилось нечто странное: вот, только что я почти ничего не видел, и тут же сумел разглядеть жрицу в мельчайших подробностях. Каждую капельку крови на белоснежном теле, сжавшиеся в точку зрачки, как у героинового торчка, и эти руки, превратившиеся в лампочки…
Время вдруг ускорилось, и я увидел, как ей навстречу выбежала Элина. Девчонка выпорхнула, как мотылек на свет, и бросилась на жрицу. Стрельбу я тут же прекратил.
Эля замахнулась голой рукой, которая в воздухе обратилась в стальной прут, и сшибла жрицу с ног. Послышался визг, но я не мог разобрать, чей именно.
Я выскочил из укрытия, рванул к ним, но помощи от меня было с хрен. Обе девчонки поднялись в воздух, они светились, как новогодние елки и дрались в небе. Меня опять одолело чувство невозможности происходящего. Этой сцене не место в реальности.
Засмотрелся. И пропустил удар от ракушечника. На ногах не устоял, отлетел к колючей проволоке. Рука, что и без того была покалечена, теперь повисла плетью. А этот урод двинулся на меня, когда я даже встать не мог.
Табличка, некстати вылезшая, сообщила:
Здоровье 50%
Эх, хорошо меня потрепало…
Совсем рядом зарычал мотор, уродца осветило фарами, а потом вдруг смяло колесами боевой машины. БТР остановился, закрыв мне обзор на битву Дилинэ с «руки-ножницы».
— Чего разлегся? Дуй сюда! — выкрикнул высунувшийся из башни Макс.
— Встать не могу.
— Ну, бля, постарайся уж.
Пришлось помучиться, чтоб хотя бы просто встать. А потом еще раз, забираясь на бронетранспортер. Кое-как завалился внутрь, и пожалел, что это
— Не знал, что ты БТР водить умеешь, — произнес я.
— А чего тут уметь? Тот же КамАЗ, только ни хрена не видно.
— Ты как здесь оказался? — спросил я.
— Времени нет, поехали, — отмахнулся рыжий.
— Куда поехали? Там Элька с Дилинэ бьется, там…
— А ты чем им поможешь? — не дал мне договорить рыжий. — Ну, чем?
Макс стал разворачивать БТР, сбросив газ.
— Выпусти меня! — заорал я. — Мне нужно быть там! Я не крыса!
— А, ты все думаешь, что я крыса, — спокойно ответил рыжий. — Ну, да, я крыса. Зато живая.
— Но я так не хочу.
— Заткнись, Джек. Я видел твою сестру. Или тебе важнее сдохнуть героически?
— Она жива?
— И даже здорова, прикинь?
Шутка вышла злой. Он прекрасно знал, чем больна моя сестра. Здоровой ее уж точно нельзя было назвать. И я бы сейчас точно убил его, если б не надеялся, что он, и вправду, видел Алиску.
Я сделал несколько глубоких вдохов, стараясь успокоиться. Конечно, это не помогло мне постичь дзен, но я хотя бы перестал орать.
— Зачем ты это сделал? — спросил я.
— Что сделал?
— Да все! — снова сорвался на крик. — Макс, ты такой херни понатворил, а теперь зачем-то везешь меня к сестре. Я терпеть не могу чего-то не понимать!
— А кто ты такой, чтоб меня понимать? Что ты, вообще, про меня знаешь?
— А чего тебе не хватало-то? Чего?!
— Я тебе всю жизнь завидовал, — вдруг заявил он. — Ты — свободный человек. Захотел — поступил в универ, захотел — бросил. Тебе ведь никто не указ. А за меня все с самого рождения было решено. Учись на юриста, так папа решил. Денег — да, мне давали деньги, но с отчетом за каждую копейку. Работать — нет, ты что, учись. Ты же будущий юрист, мать вашу! А я в гробу видал всю эту расписанную жизнь!
— Дурак ты, — только выдохнул я. — Нашел, кому завидовать.
Нет, это, и впрямь, было смешно. Да я бы с радостью с ним поменялся местами.
— Прежде чем кого-то осуждать, надень его обувь и пройдись его дорогой, — с умным видом процитировал рыжий.
И тут я уже в голос рассмеялся. Только ванильных цитаток мне не хватало. Поделился, лять, мудростью вконтактика.