Магическая тройня (СИ)

Пойдем! — махнула головой женщина.
Я последовала за ней в темный коридор, освещенный лишь магическими фонарями. Этот проход привел нас к еще одной двери. За ней оказалась уютная комната, правда больше похожая на больничную палату. По стенам комнаты стояли столы с колбами, наполненными разными жидкостями, а в центре комнаты возвышалась кровать. вот на этой кровати и лежал мужчина, которого я уже успела оплакать.
Он был бледен, заметно похудевшим, но все же живым. Я осторожно подошла к нему. Поддавшись секундному порыву, я прикоснулось рукой к его ладони, которая лежала на белой простыне. Аларм открыл глаза:
Анна! Как я рад тебя видеть! — слабым голосом пробормотал он.
Я тоже, Аларм! — от избытка чувств я даже прослезилась.
Я смотрела на него и думала, что он мне дорог, но что я к нему чувствую? Он просто мечта, а не мужчина, в отличии от брата. Каждая женщина готова бросится за него и в огонь и в воду, но что-то меня останавливает от того, чтобы бросится ему на шею.
Аларм это тоже заметил и взгляд его стал менее приветливым.
Анна, все в порядке? — тревожно спросил он.
Да, давай поговорим, когда ты наберешься сил! — поспешила ответить я.
Сейчас у меня не было ни сил, ни желание вообще что-либо рассказывать. Я решила все выяснения отношений оставить на потом.
Довольно! — резко оборвала Грета, — Аларм, тебе нужно отдыхать, если хочешь встать на ноги в ближайшее время.
Грета права, — согласилась я, — Мне пора!
Анна! — окликнул меня мужчина, когда я уже повернулась к выходу, — Я буду ждать тебя!
Я кивнула и покинула комнату. Мое сердце разрывалось от отвращения к самой себе. Не такого приема ожидал Аларм, когда очнулся. Как ему все объяснить? Как рассказать, что я влюбилась в человека, который не знает, что такое нежность, ласка, внимание. Как ему рассказать, почему меня тянет к его брату, почему я тянуть к этому ледяному истукану, как мотылек к огоньку. Я не могла ему объяснить, потому что сама этого не понимала. Слезы застилали глаза. Из-за выросшего живота, я уже не могла бежать, поэтому просто быстрым шагом попыталась скрыться в своей комнате, чтобы забиться в самый дальний угол и просидеть там целую вечность.
Целую вечность мне просидеть не дали, потому что с утра меня разбудила служанка с подносом еды. Думаю, что выглядела я ужасно, девушка то и дело косилась в мою сторону.
Где лорд Дерек, — спросила я, когда девушка уже собиралась покинуть мою комнату.
Лорд Дерек покинул поместье, он отправился на границу! — отчиталась она.
Я поджала губы. Неужели он знает, что вчера вечером я ходила к Аларму, неужели у него затаилась обида, что он предпочел орков на границе, чем разговор со мной?
Спасибо! — чуть не плача, прошептала я.
Девушка вышла, а мне даже вставать с кровати расхотелось. Почему его отсутствие так на меня действует. Почему без него мне так плохо. Я понимаю, что и с ним мне не лучше, но сознание того, что он где-то рядом меня несомненно греет, а вот дом без него, мир без него сразу теряет все краски. Какая же я дура, что влюбилась в этого человека, у которого вместо сердца камень. теперь уже не оставалось сомнений, что я останусь несчастной влюбленной в собственного мужа до конца своих дней, и буду ловить крупицы его тепла, когда он соизволит их пожертвовать. Почему же любовь так слепа, почему любовь лишает разума, силы воли, достоинства?
“Соберись! Соберись сейчас же, Анна!” — кричала я мысленно сама себе. Ты должна быть сильной и независимой. Ты должна научиться жить и без его любви, у тебя будут дети. Хотя может и жить-то придется недолго.
Я нашла в себе силы поесть, одеться и встать с кровати. На прикроватной тумбочке лежала шкатулка, подаренная императором. Это абсолютно безвкусное творение даже умудряется портить вполне спокойный и лаконичный интерьер моей комнаты. Я взяла ее и хотела убрать, но женское любопытство заставило меня открыть ее.
внутри меня ожидал сюрприз в виде кучи пыли, которая просто выстрелила мне в лицо. Я сразу закашлялась и бросила шкатулку на пол.
 
Мне было не продышаться после этой пыли. Я продолжала кашлять, даже после того, как попила.
Внезапно у меня зачесалась рука. Взглянув на свою кожу, я увидела до боли знакомое пятно. Я еще меньше полугода назад видела такие пятна в огромном количестве. В шкатулке было проклятие гнилой плоти. И сейчас, в данный момент, я просто начинаю гнить заживо. А самое печальное, что я не имею никакого морального права звать на помощь и заражать людей.
Меня просто охватила паника, неужели я умру здесь одна. С другой стороны, принесут же мне обед в конце концов, значит можно будет передать сообщение Грете. Я немного успокоилась, но пятна стали распространятся по телу с такой скоростью, что казалось, что к обеду я уже буду в бессознательном состоянии. Я быстро скинула с себя с себя одежду и осмотрела в большом зеркале. Пятна были повсюду и уже начинали нарывать. На лице, прямо на глазах, появлялось четыре пятна, которые грозили покрыть всю поверхность кожи. Паника просто накатила горячей волной. “Дети! Дети!” — набатом отдавалось в моей голове, как они все это переживут. Я готова была зарыдать от бессилия, но панике просто нельзя было поддаваться. Я чувствовала себя все хуже и хуже. Меня начало знобить, в нарывах появился первый гной. Через силу заставляя себя двигаться, я взяла чистое полотенце и начал промывать болячки, все до одной. Но их было так много, а сил было так мало, и они так стремительно меня покидали, что в какой-то момент, я просто осела на пол и и потеряла сознание.
Очнулась я не на холодном полу, как ожидала, а в теплой постели.
Нет! — прохрипела я неизвестно кому, потому что не видела, кто меня перенес, — Уйдите, вы заболеете?
Ты зачем разлеглась на полу? — усталым голосом проговорил Дерек, присев ко мне на край кровати.
Кончились силы! — честно сказала я, желания шутить у меня сейчас не было.
Ты почему никому не сказала, почему не позвала на помощь? — ругался он.
Я не хотела никого заразить. Ты-то как здесь оказался?
Я вспомнил про шкатулку и примчался порталом забрать ее, чтобы ты не открыла, надо было ее сначала проверить на наличие опасных заклинаний, я так понимаю, что не успел? — подозрительно ласково, проговорил муж.
Тут я вспомнила, как выгляжу. Что последний раз, когда я смотрелось в зеркало, она мне показывало вместо лица, просто месиво из сукровицы и гноя. Я посмотрела в глаза Дереку и попыталась найти там хоть отголоски отвращения. Но они на удивление смотрели на меня, как обычно, даже чуточку нежнее. Я не могла понять, почему он еще здесь, почему не позвал Грету заботиться обо мне.
А теперь, давай менять белье и мазаться. Грета приготовила специальный раствор и мазь, попробуем минимизировать шрамы!
Шрамы? — испугано спросила я.
Но вместо ответа, Дерек помог мне подняться. Сейчас я совершенно не стеснялась своей наготы, настолько мне было плохо. Перед глазами были темные круги, сил совсем не было. Дерек закутал меня в простынь, подхватил и посадил в кресло. Там я пережидала, когда он самолично застелит постель, затем поставил меня на ноги и, придерживая, начал промывать все болячки. Потом смазал из мазью и уложил обратно в кровать. Все это он делал так ласково, что просто захотелось окунуться в его объятия, но это сейчас было не для меня. Когда я взглянула на свое тело, то поняла, что навсегда останусь уродом. Мои болячки, в отличии от тех кого я видела, были гораздо глубже и выглядели гораздо страшнее. Они оставят на моем теле огромные шрамы. Я закусила губу, чтобы не расплакаться, Иначе я рискую умереть от болевого шока, когда соленые слезы попадают прямиком на открытую рану. Теперь я прекрасно поняла, о каких шрамах идет речь. и что-то мне подсказывает, что мне всю оставшуюся жизнь придется смотреть в зеркало и вздрагивать от собственного отражения.
   
Глава 2
 
Три дня я боролось за жизнь, молила богиню сохранить детей. Я боялась, как на них отразиться моя болезнь, ведь срок еще такой маленький. Все эти дни Дерек ни на минуту не отходил от моей постели. Это было удивительно и очень трогательно. Он кормил меня, поил, водил в туалет. Он читал мне книгу. Как черствый сухарь, который даже нормально со мной не разговаривал, смог стать таким заботливым? Как человек, которому я безразлична, может сутками ухаживать за мной, да еще и наблюдать меня в таком состоянии?