Аптекарь 2 (СИ)
Теперь можно позвать и Зубилина. Иван приоткрыл дверь и бывший спецназовец тенью проскользнул в купе. Теперь быстрый обыск. Деньги и ценности переходят к новым хозяевам. Похоже, что каталы заканчивали свой рейс, так как денег было немало - тысячи три.
"Хорошо поиграли", - подумал Ваня.- " Это же как в будущем носить в кармане миллион рублей на карманные расходы. Ситуация та же."
Деньги пойдут на мелкие нужды. Перстни и цепочки тоже пригодятся. Переплавим.
Личные вещи катал быстро покидали в окно. Выждав минут десять, стали выкидывать туда же и тела. Поэтому Иван и позвал Зубилина. Пока трупы не окоченели, человеческое тело напоминает квашню из теста. Все время выскальзывает из рук и любой своей частью тянется к земле. К тому же, вместе со смертью практически всегда происходит и расслабление сфинктера. Даже с силой Саблина и помощью выздоровевшего спецназовца пришлось немало повозиться пока выпихнули этих двоих уголовников в окно. Все. Порядок. Полет нормальный!
Ехать еще шесть часов, так что пока к черноморскому побережью не подъехали. А железная дорога проходит через кубанские степи. Трупом на полосе отчуждения больше, трупом меньше. Кто их считает? Подобные вещи происходят каждый день по всему миру.
Да еще пока эти тела обнаружат. К тому времени трупы остынут до окружающей температуры и от ректального термометра толку уже не будет. Патологоанатомы частенько определяют время смерти из расчета, что тело остывает на 1,5 градуса за каждый час. И это теоретически упрощает задачу поимки плохих парней. Но по такой жаре, когда на почве даже ночью под тридцать, на результаты им можно не надеяться.
А поезда тут проходят каждые полчаса. Эти же пассажиры могли тут многим насолить. Кроме того, у них работа не требует популярности. Они могли тихо сойти на остановке и сесть в поезд, проходящей следом. И там уже выпасть из окна. А может попытались спрыгнуть на ходу и им не повезло. Следов огнестрельных и колотых ран нет, как и применения ядов, а все остальное они могли получить при падении. Иван же не Стив Маккуин. В том смысле, что свои перчатки, по которым его могли бы опознать, в гроб Брюса Ли не положит. Дубль-пусто.
В общем, все прошло штатно. Нашел мусор - убери за собой. Если уж Саблин сейчас и не лечит людей, то это не значит, что он не может им помогать другим способом. Избавляя их от паразитов. А эти уголовники явно из числа последних. Люди делятся на две категории: производящие материальные ценности и услуги и потребляющие их. Полезных и паразитов. Сейчас Иван выступал в качестве полезного паразита. Уничтожая других паразитов и следовательно принося огромную пользу людям. Как написано на могиле Робин Гуда: «Он никогда не убивал тех, кого не следовало убивать»
А жизнь Саблина и без того сложная. И правоохранительные органы не смогут особо ничем ее испортить. Учитывая какой куш стоит на кону.
Так что, сделав дело, Иван, с чувством выполненного долга, заснул как младенец. Предварительно выкинув тряпочку с эфиром из под носа москвича и выставив спецназовца восвояси.
Утром Саблин проснулся из-за того, что проводница пришла в их купе и пыталась сообразить, куда делись пассажиры, которых она должна была предупредить о конечном пункте их путешествия.
- Просыпаемся, скоро Туапсе, - для начала противно бодрым голосом пропела работница железной дороги, открывая дверь купе.
Но ответом была лишь тишина.
- А где все? - спросила женщина открывшего глаза Ивана, так как москвич все еще храпел как бегемот.
- Да вот, весь вечер менялись местами, - тут же наябедничал Саблин.- А потом в купе собрались какие-то жулики и этого товарища из Москвы в карты разули. Ночью жарко было, так я ворочался и видел, что они собрали свои вещи и ушли. В другой вагон или вообще сошли с поезда на остановке. От этой духоты голова болит. У вас, случаем, имеется ли ацетилсалициловая кислота?
Проводница зависла...
- Это аспирин что ли? - наконец произнесла она, морща лоб.
- Вот-вот, я всегда забываю это трудное немецкое слово, - улыбаясь, ответил Иван.
После такого скетча, всякая забота о исчезнувших ночью пассажирах испарилась у проводника как утренний туман. У нас, чем умозаключение абсурднее, тем оно выглядит более справедливым.
Когда Саблин вышел из вагона на железнодорожном вокзале в Лазоревской, его просто оглушил шумный гвалт толпы. Больше всего кричали зазывалы, сдающие комнаты, не уступали им продавцы местных сладостей. Азартно искали клиентов таксисты. Покрикивали носильщики и доморощенные гиды, предлагавшие свои услуги. Да и только что прибывшие огромными массами пассажиры тоже вносили свою посильную лепту в этот кавардак.
Зубилин, чтобы не выглядеть чудесно исцеленным, пока таскал свои костыли. Афганистан гремит уже несколько лет, так что выздоравливающие раненые и военные инвалиды в СССР не редкость. Эхо необъявленной войны. Но в Лазоревской его никто не знал, так что теперь лечебные опоры ему были не к чему. Так что спецназовец сразу сдал свои костыли в камеру хранения для негабаритных вещей. За остальными вещичками присмотрит Ваня, пока Зубилин будет искать подходящее жилье у местных "риэлтеров".
Был разгар курортного сезона, поэтому у большинства частных домов на заборах висел кусок старой фанеры, где карандашом большими буквами было написано, что: мест нет.
И все же кто ищет - тот всегда найдет. Минутах в пятнадцати пешком от моря, подходящий вариант проклюнулся. Хозяйский дом был каменным, с железной крышей и маленьким слуховым окошком, и его окружал высокий забор из дикого камня. Забор густо облепил зеленый плющ. Сбоку от неказистого дома, который казался построенным людьми однозначно подсевшими на героин, стояла большая веранда для курортников с односкатной крышей, сделанная из дерева и стекла, но фундамент там был сделан из дикого камня.
Тень на дом и частично на двор давал небольшой сад, между некоторыми деревьями была растянуты веревки и сушилось белье. Из удобств - туалет типа "скворечник", маленький сарай, где размещалась летняя кухня и летний душ с баком, покрашенным в черный цвет, чтобы вода быстрей нагревалась на солнце. Не благородная часть курорта, даже близко не благородная. Но все же....
Ловкая бабуся предпринимательница сдавала половину своего дома, настоящую помойку доведенную до абсолюта, отдыхающим ( там жило шесть человек), так еще и веранду приезжей семье. К счастью, в полдень они должны были освободить помещение. У веранды был отдельный вход, так что не приходилось делить это помещение с другими отдыхающими. Но там стояли три койки, так что Зубилину, представившемуся золотодобытчиком с Севера, пришлось выкупить все три койко-места на десять дней. Итого триста рублей. А это месячная зарплата передовика да еще и с горочкой. Старушка, видимо, очень любила деньги. На этом дискуссия была закрыта.
В ожидании возможности заселиться, приятели сдали вещи в камеру хранения, перекусили пирожками и побрели на пляж. После двенадцати заселились в свое курортное жилье.
Четыре дня были посвящены отдыху. Иван тупо решил при любой возможности получать загар.Те отдыхающие, кто только что приехал, сразу выдавали себя бледной кожей или же загорелой, но только в некоторых местах. А местный загар особый, его на колхозном поле не получить.
Да и достаточно тренированным телом Саблин тоже сильно гордился и считал, что полученные потом и кровью результаты не стоит скрывать от других людей. Пусть любуются. Его оточенной до совершенства фигурой.
Так что парень купался, загорал, знакомился в ищущими приключений молодыми женщинами, жаждущими молодого "студенческого" тела. Зубилин тоже не отставал, все больше приводя себя в великолепную форму. Эта парочка казалась родственниками, темноволосые, сильные, спортивные. Молодые, горячие, кровь бурлит. Тридцатилетние телочки так и текли при виде наших атлетичных спортсменов. А недаром закон Мерфи гласит: «Я верю в любовь с первого взгляда, потому что это здорово экономит время». Нежные страсти кипели. "Кого-то нет. Кого-то жаль! Куда-то сердце мчится в даль. Я Вам скажу один секрет. Кого люблю - того здесь нет!"