"Фантастика 2024-143". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

— А так лучше? — Виктор вытащил из кармана удостоверение и показал его телевизионной даме.
— Верх… со… — женщина скользила глазами по документу, пытаясь вникнуть, и слова словно кирпичи падали в голову, образуя нечто совсем невероятное. Телевизионному работнику, газетчику, и партийному функционеру было никуда без точного представления табели о рангах, и своего места в нём. И тут какой-то студент показывал удостоверение сотрудника центрального аппарата Верховного Совета, и не просто сотрудника, а начальника управления, что без вариантов было генеральским уровнем.
— Вера Сергеевна! — Из кабинета директора, словно ужаленный выскочил помреж Петрищев. — Вера Сергеевна!!! Вам сам Лапин звонит! Он у аппарата!!!
Совершенно ошалевшая от такого явления, режиссёр повернулась и деревянным шагом вошла в кабинет.
Но к чести Игнатовой, она даже, получив совершенно незаслуженный втык от главы государственного телерадиокомитета СССР, быстро сориентировалась и, выйдя из кабинета бледной, чуть ощипанной, но готовой к бою, снова взяла ситуацию под контроль.
— Так. Свет? Где инженер? — Пусть выставляет местный свет, и ставит наши прожектора. Будем работать с трёх точек. — Оганесян! — Громко гаркнула она, так что зазвенели стёкла. Звук будешь отдельно писать на тонвагон, а картинку сразу отправлять по линии на телецентр.
— Сделаем. — Звукоинженер энергично кивнул.
— Ставь два журавля, на основу, и ещё один в резерв. Зал обязательно подзвучить но не вздумай возбудиться на трансляции. Сгною. Будешь радиоузлом на плавбазе заведовать. Сейчас прибудет ещё один телевагон, прими, помоги распаковать, и выставляй камеры. Будем работать цвет[35].
Раздав подчинённым ценные указания, женщина повернулась в сторону Виктора.
— Так. Как, вас по отчеству? Виктор…
— Вера Сергеевна, — Виктор широко улыбнулся. — Оставьте уже это всё. Вы телевизионный режиссёр, а ведёте себя как кинорежиссёр на премьере в Госкино. … Будьте естественнее.
— Утёрлась. — Женщина неожиданно громко рассмеялась. — Значит так. Поставим столик, пару кресел, я буду озвучивать вопросы — ты на них отвечать. Если что, я всякие провокационные сложу от себя по правую руку. Решение по ним примешь сам. Но учти, что всё пойдёт на плёнку, а там могут вырезать всё.
— Это уж точно не моя печаль. — Виктор усмехнулся. — Моё дело принять бой на рубеже, и не особо увлекаться погоней. А уж что там напишут историки, меня не волнует.
Слух о том, что в клубе сегодня будет выступать Виктор Николаев, полыхнул по всему МАИ, словно пороховая дорожка. Виктор с одной стороны не особо выделялся в среде студентов, а с другой, то, что он был Героем Советского Союза, и имел другие награды, весьма будоражило молодых людей. Ну и конечно же дамы. Как же без них. И студентки МАИ, и других ВУЗов весьма интересовались личностью героя.
Все заинтересованные стороны знали, что у него есть подруга, а особо продвинутые, даже были в курсе что она студентка физкультурного института. Но большинство девушек были просто уверено в том, что Виктору уже пора задуматься о выборе подруги жизни. Ведь такой багаж, как награды сияющие перспективы и личная Волга, нельзя пускать на самотёк.
Вот и зал, где могло поместиться самое большее восемьсот человек, набился так, что действительно яблоку негде было упасть. Ситуацию подогревало и то, что весь вечер собиралось снимать телевидение, и люди просто стояли в проходах, толпились даже в прилегающих коридорах, где было слышно всё что происходило на сцене.
Когда Виктор вышел на сцену, и глаза привыкли к слепящему свету прожекторов, он разглядел сколько людей собралось, только покачал головой. Он-то полагал что будет ну полсотни, максимум сотня. А тут битком набитый зал.
В центре сцены стояли пара кресел, принесённых из кабинета директора, круглый столик между ними, и большая корзина для записок на авансцене. Сбоку на сцене и в центре зала стояли три огромные телекамеры на мощных штативах, и с толстыми кабелями, уходящими в вагончики передвижных телестудий.
 
Вместе с Виктором вышла Вера Игнатова, села напротив и взяла в руки микрофон, лежавший на столе.
— Добрый день друзья. Приношу всем извинения за небольшую задержку в начале нашего мероприятия, но у нас возникли непредвиденные технические сложности. Мы собрались для того, чтобы послушать Виктора Петровича Николаева. Героя Советского Союза, награждённого орденом Ленина, орденом Красной Звезды, и медалью «За боевые заслуги». Родился Виктор в Москве, и учился в сто сорок четвёртой школе. После окончания поступил в МАИ, где и учится до сих пор. Вот собственно и вся биография. А первый мой вопрос, как вы получили свою первую награду?
— Случайно. — Виктор говорил негромко, но благодаря микрофону на столе, всё было отлично слышно. — Это случилось в пионерлагере. Ну вот тут в зале наверняка полно будущих радиоинженеров, и тех, кто в этом разбирается. Представьте себе, что вы на приёмник со сломанной антенной зацепили морзянку. Это значит, что передатчик где-то совсем рядом. Бежать к телефону совсем не вариант, потому что непонятно кто там сидит рядом с аппаратом. Возможно сообщник шпиона, возможно просто дурак… А в лагере как раз военные готовили зарницу, и я обратился к одному из них. Военные организовали прочёсывание местности и обыск помещений лагеря, а когда агент понял, что пришли по его душу, он выскочил на меня с пистолетом в руке.
— И что? — С напряжённым вниманием спросила женщина.
— И всё. — Виктор развёл руками. — Там и лёг.
— Вы так просто об этом говорите. — Удивилась дама.
— А что тут сложного? — Виктор развёл руками. — Думаю, что хороший боксёр, или самбист на моём месте сделали бы тоже самое.
— А вы чем занимались?
— Достаточно редким в наших краях китайским рукомашеством под названием багуа. Точнее багуачжан. Но это никакого значения не имеет. Лыжник или футболист, тоже очень опасные противники. Тут не в виде спорта дело, а в самом человеке. Насколько он решителен, насколько готов. Ну да, боевые виды спорта облегчат такую задачу, но они сами по себе не сделают человека смелее, увереннее, и сильнее духом.
— А как было дело в самолёте?
— В самолёте… — Виктор помолчал. — Ну там всё совсем другое. Там не боевые искусства определяли, а скорее моё знание конкретной части бомбы. Я был уверен, что смогу заблокировать взрыватель. Потому собственно и влез. Риск был большой, но человек, который ломился в кабину к пилотам, он совсем не в себе был. Я почему-то был уверен, что рано или поздно этот гад свою бомбу взорвёт. И это тоже повлияло на моё решение. Если честно, то я конечно не думал о спасении людей и самолёта. Как-тот не до того было, чтобы размышлениям предаваться. Всё очень быстро случилось.
В зале раздались аплодисменты.
— Ну и последний вопрос по наградам, о вашей Красной Звезде.
— Это тоже в общем случайно. — Виктор вздохнул. — Просто четыре бандита оказались у меня на пути. И тут всё решала скорость. Либо я их, либо они меня. Но они до встречи со мной, оставили такой кровавый след, что государство решило вот так отметить мою роль в их поимке.
— Вы не боитесь их мести?
— Это пусть они бояться. — Виктор покачал головой. — ведь может так случиться что до приезда милиции они могут не дожить.
— А чего вы боитесь?
— Я? — Николаев задумался. — Больше всего я боюсь быть никчёмным человеком. Человеком для себя, а не для людей. Мы рождаемся ради людей, и живём ради них, и единственное что останется после нас — то что мы сделали для людей. Дома… книги… самолёты… ученики…
Зал опять взорвался аплодисментами.
— Ещё один вопрос который я уверена волнует многих в этом зале. У вас есть девушка?
— Есть. — Виктор кивнул. — Но всё равно, пока я о женитьбе не думаю.
Через какое-то время перешли к вопросам из зала, и когда Вера Игнатова взяла в руки очередную записку, она сначала отложила её в сторону, а через секунду снова взяла в руку, перечитала и подняла взгляд на Виктора.