Будешь моим героем? (СИ)

Вряд ли Яна обрадуется, если кто-то застанет ее в момент выяснения отношений…
Мила сделала несколько шагов назад и наступила каблуком кому-то на ногу.
— Ай! Осторожнее! — недовольно протянула какая-то девчонка.
Мила резко обернулась и извиняться не стала:
— Я “осторожнее”? Ты вообще-то сама под ноги влезла. Смотреть надо куда идешь.
Девчонка открыла было рот, собираясь вступить в перепалку, но ее подружки в количестве четырех штук уже успели пройти те самые три шага до стеклянных дверей и повторить маневр Милы — тоже попятились. Поэтому нечаянная жертва ее каблуков тут же забыла о своей обидчице:
— Что там такое?
— Степан Валерьевич студентку обнимает! — восхищенным шепотом пропела одна из них. — Такую, с разноцветными кончиками волос.
Девица ломанулась было вперед, чтобы посмотреть на препода со студенткой, но Мила заступила ей дорогу, недовольно закатив глаза, и сердито сказала:
— Ну да, давайте теперь туда экскурсии водить. Дайте людям повлюбляться спокойно.
Девчонки снова захихикали и потянули свою более нахальную подружку в противоположную сторону: кажется, решили пробежать в главный корпус под галерей, пусть там и холоднее. Мила же осталась на месте: ей-то нужна именно Яна. И тут из дверей вышел красавчик магистрант. Степан Валерьевич, как сказали девчонки. Он так топал, что было абсолютно понятно: что-то в их разговоре пошло не так.
Мила тут же понеслась к галерее, временами переходя на бег. Но догнала Яну уже в коридоре главного корпуса.
— Яна! Манцевич! Подожди!
Девушка оглянулась, и Мила подумала, что эти двое явно разругались: у Яны глаза были на мокром месте.
— Привет, — Мила постаралась добавить в улыбку немного неуверенности и чувства вины, чтобы произвести хорошее впечатление. — Я Мила, с первого курса. Помнишь, мы недавно разговаривали? — понимания на лице Яны не добавилось, и Мила, сдерживая раздражение, пояснила: — Ты обещала мне отдать свои тетради с ИДЗ, на сегодня договаривались.
Яна пару секунд стояла в растерянности, а потом все-таки вспомнила и погрустнела:
— Прости, я забыла совсем. Оставила дома…
Мила внешне старалась выглядеть расстроенной, но внутри ее била нервная дрожь: внезапная идея казалась гениальной, только бы Яна согласилась!
— Блин… а мне уже завтра сдавать, я сделала едва третью часть… может, я тебя до дома довезу и ты мне отдашь тетрадь?
Яна замялась:
— Ну… Тебе, наверное, неудобно…
— Брось! Я беру у тебя готовую домашку, о каком моем удобстве речь идет? Главное, для тебя нормально? Можно так?
Яна задумалась, потом посмотрела в окно, вздохнула и сдалась:
— Ну давай. Мне только нужно вещи из раздевалки забрать.
Мила довольно улыбнулась.
После недели ненормально теплого октября ударили бесснежные морозы, и сейчас на улице было мерзко: скользко, сумрачно и холодно. В такую погоду меньше всего хочется ждать автобус на остановке.
— Ты легко мою машинку узнаешь. Она такая… свинка-копилка. Ярко-розовая, как будто на нее Барби вырвало.
Яна хохотнула, а Мила пожала плечами:
— Что? Мне ее подарила мама, я бы такую ни за что не купила. В общем, маленькое, несуразное, розовое и непонятной марки — там буду я. Я пойду завалы разберу пока, а ты подтягивайся.
Яна улыбнулась ей в ответ, а Мила действительно побежала убирать все с переднего сиденья. Она редко кого возила, так что там скопилось немало всего, чего лучше бы никому не видеть.
На улицу Мила вышла через двери у поточных аудиторий и несколько секунд удивленно смотрела, как какая-то девица пытается впихнуть в машину связку гелиевых шариков: лазурно-голубых и белых. На белых витиеватым курсивом было написано “Степан и Яна”. И колечки обручальные под именами.
Чуть тряхнув головой, Мила направилась к своей машине. Проходя мимо группы девушек у дверей, она услышала часть разговора:
— Это что, Степан на этой, разноцветной, уже жениться собрался? Вот же повезло девахе.
— Она хоть симпатичная? — интересовался другой женский голос.
— Ни кожи, ни рожи. И в очках, — припечатала первая сплетница.
 
Милы хмыкнула: оказывается, этот Степан — местный селебрити. Просто, видимо, Мила его не знает, потому что гораздо младше и учится на другом факультете. Но… они серьезно женятся? Было скорее похоже, что расстаются. Может, эта тихоня Яна не приняла предложение парня? Даже любопытно стало.
Мила села в машину и поспешно начала убирать все с пассажирского сиденья: книги, буклеты, сумку со спортивной формой на вечер — в общем, типичную девчачью свалку. Время от времени она посматривала на вход, — не хватало еще, чтобы Яна от нее сбежала! — поэтому сразу увидела ее. Короткая дутая куртка, джинсы, армейские ботинки и яркие волосы, торчащие из-под темно-синей шапки.
Мила не могла в очередной раз не подумать, что категорически не понимает: вот что в ней этот Степан нашел? Пацанка же та еще. Хотя вот уж “ни кожи, ни рожи” про Яну Манцевич не скажешь. Кожа как раз таки хорошая — ни прыщиков, ни пор размером с лунный кратер. Ровная сама по себе, а при должном уходе обещает стать и вовсе идеальной. И так вполне симпатичная, просто вообще без макияжа. Она если брови и ресницы подкрасит — уже красоткой будет. Мила в таком разбирается: ее семья зарабатывает на том, что делает девушек красивыми.
Мила вышла из машины и помахала рукой, привлекая внимание. Дорожку к парковке уже посыпали песком, потому что плитка была словно тонким стеклом покрыта, и Яна двинулась к ней по этой дорожке, мимо той самой машины, куда уже запихнули связку шаров.
— Спасибо, — искренне поблагодарила Яна, устраиваясь на пассажирское сиденье.
— Ой, да брось, — отмахнулась Мила. — Только ты адрес назови, куда мне ехать-то?
В дороге говорили об университете. Специальность-то у них одна, поэтому Мила активно интересовалась учителями и их привычками. О многих она и так все знала, но почему бы не дать человеку почувствовать себя нужным?
До дома Яны домчались быстро, Мила напросилась подняться — зачем ей потом спускаться на мороз? Яна согласилась.
И тут удача явно была на стороне Милы: Януш Манцевич, гениальный брат Яны, был дома. В спортивных штанах и просторной футболке он вышел встречать сестру в коридор. Яна небрежно сбросила ботинки, на ходу стянула шапку и прокричала на бегу:
— Ян, это Мила, Мила, это мой брат Ян, я сейчас найду и отдам тетрадь!
Мила улыбнулась Яну, он вежливо улыбнулся ей в ответ, потом задумчиво ее осмотрел, и Мила порадовалась, что сегодня тщательнее обычного продумывала свой гардероб: бордовое пальто нараспашку, белоснежное платье-свитер с широким ремнем на талии, черные волосы просто распущены по плечам. Она красивая, и Януш не может этого не заметить.
— Мне кажется, я вас где-то видел, — задумчиво произнес он.
Мила чуть не скривилась с досады, но выдавила неуверенную улыбку и опустила глаза, сделав вид, что задумалась.
— Да… Точно! Мы вместе учились в музыкальной школе…
— Да, в музыкалке! — обрадовался Януш и улыбнулся. Мила чуть не растаяла.
— Я почти уверена, что видела Яну в Кедрово, там я живу с родителями, — выдала заготовку Мила, и Януш снова улыбнулся, еще ослепительнее:
— Мы тоже живем в Кедрово. Получается, соседи.
Мила кивнула, мило улыбнулась и чуть потупила взор. Повисла недолгая пауза, в течении которой Януш обернулся, смотря, как его сестра вытащила на пол ящик письменного стола и самозабвенно в нем рылась.
— Это, кажется, надолго, — задумчиво произнес он. — Может… пройдешь? Что в дверях стоять?
Мила стеснительно пожала плечами:
— Не знаю, как-то неудобно…
А сама уже готовилась пройти к ним на кухню, поболтать с самым замечательным парнем на планете… но тут раздался победный клич Яны:
— Нашла! — и та вскочила на ноги с пухлой тетрадью в руке, тут же выбежала из спальни и протянула ту Миле: — Вот, бери. Прости, что задержала. И что пообещала, а сама забыла.