Юнга

Рослый по здешним меркам детина так выразительно посмотрел на двух не слишком опрятно выглядевших подростков, что желание двигаться дальше пропало у них само собой.
В принципе, Март с легкостью мог бы подавить волю служителя правопорядка, но, критически осмотрев себя и приятеля, не стал этого делать.
– Знаешь, дружище, нам нужно подыскать себе пристанище и привести одежду в порядок.
– Ага, – с готовностью поддержал его Ким. – И перекусить.
– Не помешало бы, – не стал спорить Вахрамеев.
Дело это оказалось не самым простым. С одной стороны, неожиданное начало военных действий вызвало отток населения и гостей столицы Чосон. Особенно иностранцев. С другой стороны, множество людей лишились домов и теперь нуждались в крыше над головой. Из-за этих трагических событий сложилась парадоксальная, на первый взгляд, ситуация. Дорогие отели стояли полупустыми, а дешевые гостиницы и ночлежки переполнены оставшимися без крова несчастными.
Поэтому, после некоторых раздумий, друзья поселились в самом дешевом номере отеля «Империал». Во-первых, там были места, а во-вторых, имелся душ, ресторан и прачечная. И все эти услуги можно было заказать прямо в номер, слава богу, деньги у них еще имелись.
Приведя себя в порядок и подкрепившись, молодые люди почувствовали силы для продолжения своей миссии и направились на поиски дома, где восемь лет назад бравый абордажник нашел своего крестника.
– Вы не подскажете, как отыскать адрес: улица Итевон, сто двадцать четыре? – обратился Март к швейцару.
– Знаю, молодой господин, – поклонился тот. – Это не очень далеко. Если прикажете, я позову рикшу, и он отвезет вас.
Судя по всему, работник сферы обслуживания трудился в тесной связке с представителем транспортной инфраструктуры Сеула и желал навязать постояльцам платную услугу. Однако Вахрамеев не стал возражать. В конце концов, жить всем надо, а так они смогут сэкономить немного времени.
Щуплый кореец, немного поколесив по улицам столицы, примерно через полчаса привез их в место, находящееся в двух кварталах от отеля. Это Вахрамеев с помощью своих способностей смог определить точно. С другой стороны, бил он свои ноги, а стоили услуги так дешево, что желания скандалить не возникло.
Пятиэтажный доходный дом по этому адресу показался ему совсем новым. Можно даже сказать – модерновым, и не носил никаких признаков былых повреждений. Однако делать было нечего, и Март с Витькой решительно двинулись к парадному входу.
– Молодой господин, вас подождать? – с надеждой в голосе спросил рикша.
– Да, – кивнул Вахрамеев, берясь за ручку.
– Что вам угодно? – встретила их улыбчивая пожилая аджума, очевидно, служившая здесь консьержкой.
– Простите, добрая госпожа, – включил на полную мощность обаяние Март. – Мне нужно узнать, кто жил здесь восемь лет назад?
– Как же я вам скажу? – искренне огорчилась та. – Я ведь служу здесь всего три года. С тех пор как этот дом построили.
– Это точно?
– Конечно.
– А что здесь было до того?
– Ой! Вам, наверное, нужны жильцы того дома, что был здесь до взрыва японской бомбы, – сообразила старушка.
– Ну да.
– Даже не знаю, чем вам помочь. Его ведь совсем разрушили в ту войну. Те, кто выжил, разъехались…
– Но, может быть, хоть кто-то остался?
– Нет, мальчики. Никого не осталось. Разве что…
– Что? – встрепенулся уже потерявший надежду Март.
– У меня есть приятельница, – издалека, как любят многие старые люди, начала свой рассказ аджума. – Она прежде была служанкой в семье Пак. Потом она вышла замуж и оставила свое место, но прежних хозяев не забывала, и они ее тоже. Захаживала к ним, поздравляла с праздниками. Они ей тоже дарили подарки. Ничего особенного, но…
– И что из этого? – не выдержал подробностей Вахрамеев.
– Как что? – искренне удивилась консьержка. – Да ведь этот дом как раз и принадлежал семье Пак!
– И вы знаете, где они сейчас живут?!
– Я?! Да откуда же мне знать? Но вот моя приятельница, та точно знает!
– А у вас есть ее адрес?
– Есть, конечно. Сейчас я вам его напишу. Скажете, что вас послала госпожа Хван И Бона – это я. Тогда она вам все расскажет.
 
– Большое спасибо, аджума, – едва не расцеловал старушку Март, когда получил заветный листок с адресом. – Вы – лучшая!
– Скажете тоже, – зарделась консьержка, помахав им вслед рукой, после чего добавила немного неодобрительно: – Какая все-таки нетерпеливая сейчас молодежь!
К счастью, приятельница госпожи Хван оказалась не менее любезной, чем консьержка, и все тот же рикша отвез друзей в старый район Сеула, где остановился у высокого забора, за которым скрывалось нечто вроде сада, за которым виднелись строения. Узнав, что молодые люди разыскивают госпожу Пак, седой привратник не стал никому ничего докладывать, а без лишних слов открыл калитку и показал в сторону павильона с загнутыми углами крыши.
– Вы найдете ее там, – чуть надтреснутым голосом сказал он и вернулся к своим занятиям.
– Спасибо, аджоси, – поклонились ему ребята и, переглянувшись между собой, направились в указанном направлении.
Госпожа Пак, а судя по всему, это была именно она, встретила их, сидя в большом кресле, укрытая одеялом с вышитыми на нем драконами. На лице ее, еще хранившем следы былой красоты, застыло какое-то торжественное выражение, а в увядших губах дымилась папироса, вставленная в длинный мундштук.
– Здравствуйте, госпожа Пак, – негромко, чтобы не испугать старушку, поздоровался Март.
– Кто здесь? – с величием, достойным королевы Великобритании, отозвалась она и медленно повернула голову.
– Это я, – не найдя ничего лучшего, ответил ей Вахрамеев. – Видите ли…
– Как хорошо, что вы наконец-то пришли, Андрей, – с неожиданной живостью откликнулась старушка. – Право же, с вашей стороны это крайне жестоко забывать старых друзей.
– Э-э, простите, но я не…
– Конечно-конечно, я понимаю, у вас, молодых, так много дел, – не обращая внимания на его слова, продолжала щебетать госпожа Пак. – Но я помню, вы твердо обещали, что будете навещать меня!
– Разумеется, – только и смог сказать сбитый ее напором подросток.
– Ну что же вы стоите, Андрей?! Подойдите же наконец ко мне. В конце концов, это просто невежливо!
С этими словами бойкая старушенция вынула изо рта мундштук и ловко пустила кольцо дыма, а когда немного шокированный ее поведением молодой человек все-таки приблизился, протянула ему свободную руку для поцелуя. Делать было нечего, и неловко поклонившийся Март легонько коснулся губами дряблой кожи.
– Ну, рассказывайте, что у вас нового? – засыпала его вопросами госпожа Пак. – Как ваша очаровательная супруга? А ваш бойкий малыш, он уже, верно, совсем большой! Вот несносный мальчишка, обещайте мне, что в следующий раз возьмете их с собой!
– Непременно!
– А это ваш друг? – обратила она внимания на Кима. – Какой славный молодой человек! Так похож на одного юношу, служившего при дворе прежнего короля… Скажите, как ваше имя?
– Виктор Ким, – с улыбкой представился тот.
– Ну, конечно же, Ким, как я могла не узнать вас. Ведь я знала вашу матушку, еще в те далекие времена, когда она…
– Слышь, похоже, бабка совсем ку-ку, – немного расстроенно шепнул другу Март.
– Это ничего, – так же тихо ответил ему Витька. – С бабками такое бывает. Ничего вокруг себя не узнают, но то, что было сто лет назад, помнят. Ты попробуй, спроси.
– Ну ладно, – пожал плечами Вахрамеев, после чего снова обернулся к говорливой старушке: – Скажите, почтенная госпожа, ведь это вам принадлежит дом на улице Итевон, сто двадцать четыре?
– Конечно. И не только он, но это лучший из всех. Его построили в самом начале века по вашему европейскому календарю, но он до сих пор как новый. Там живут только самые почтенные господа… А зачем вы спрашиваете?
– Э-э… видите ли, мой друг хотел бы поселиться в нем и желает узнать: нет ли свободных квартир, – нашелся Март.