Юнга

Такая броня от прямого попадания тяжелого снаряда защиты не обеспечивала, но, по крайней мере, от взрывной волны и легких осколков прикрыть должна.
В центре для командира и двух младших пилотов стояли удобные кресла со штурвалами и многочисленными приборами на пультах управления кораблем. Позади них – такие же для штурмана, старшего артиллериста, начсвязи и бортинженера. Во всяком случае, именно так здешнюю расстановку определил для себя Март. А еще он подметил, что, несмотря на недавно прошедший бой, в рубке царит немного расслабленная атмосфера.
– Господин капитан первого ранга… – почтительно доложил мичман. – Старший унтер из спасенного гарнизона и «радисты» по вашему приказанию доставлены.
– Добро, – отозвался командир «Варяга» и, повернувшись вместе с креслом, пытливо взглянул на странную троицу.
– Здравия желаю вашему высокоблагородию! – вытянулся Волков.
Тонко почувствовавший торжественность момента Ким тоже попытался встать по стойке смирно, и даже предпочитавший сохранять дистанцию Вахрамеев опустил руки по швам и ел глазами начальство.
– Из господ офицеров никто не уцелел? – правильно понял ситуацию командир.
– Так точно!
– И ты принял командование?
– Так точно! – повторил фельдфебель и кратко доложил перипетии прошедшего сражения.
– Вот то, о чем я вам говорил, господа, – обернулся к подчиненным капитан первого ранга, – хороший унтер – тот, на ком держатся армия и флот Российской империи. Настоятельно рекомендую запомнить!
– А это что за гаврики? – закончив нотацию, снова повернулся к ним командир.
– Мы не гаврики, – насупился Витька, а только что стоявший навытяжку Март демонстративно засунул руки в карманы.
– Осмелюсь доложить, геройские хлопцы! – заступился за них Волков. – Вместе с нами обороняли вокзал. Сколько японцев перестреляли – не скажу, не до подсчета было, но не мало!
– Неужели? – иронически приподнял бровь офицер.
– Так точно!
– А оружие где взяли?
– В бою захватили! – буркнул обиженный в лучших чувствах Ким.
– А перед нами и впрямь герои, господа! – не удержался от улыбки один из лейтенантов. – Нет, в самом деле. Если для нас – людей военных, взять в руки оружие при начале боевых действий – прямая обязанность, то для гражданских, да еще столь юных, это, согласитесь, заслуживает уважения!
– А вы что молчите, молодой человек? – пристально взглянул на Марта командир.
– Прошу прощения, но нас не представили, и я не вполне уверен, как к вам правильно обращаться.
– Досадное недоразумение, – усмехнулся тот. – А впрочем, это легко исправить. Меня зовут Георгий Константинович Матвеев, и я капитан первого ранга Императорского военно-воздушного флота. Командую воздушным фрегатом «Варяг». А как прикажете обращаться к вам?
– Мартемьян Вахрамеев, – отозвался подросток. – Мы с моим другом Виктором Кимом – воспитанники приюта в Чемульпо.
– Каким образом оказались в Сокчо?
– Навещали моего крестного – Игната Вахрамеева.
– Бывшего старшину абордажников с «Паллады»?
– Да, – кивнул Март. – А вы знакомы?
– Имел такое удовольствие, – невозмутимо ответил под всеобщие смешки командир, после чего, видя в глазах мальчишки недоумение, счел необходимым пояснить: – Лет десять назад я пытался переманить вашего крестного отца на «Варяг», но, увы, не преуспел. Так значит это вы, молодые люди, передали сигнал тревоги?
– Не совсем так, – быстро ответил Март. – Сигнал передавала девушка-стажер по имени Таня. А когда ее ранили, к микрофону встали мы.
– Какая занимательная история.
– Все так и было, – вмешался второй помощник, отвечавший в числе прочего и за связь. – Сначала тревогу передавал женский голос, затем стал мужской.
– Причем имя девушки они узнать успели, а вот фамилию не удосужились, – продолжил иронизировать Матвеев.
– Господа, а я ее помню, – снова подал голос лейтенант. – Глазастая такая и шустрая.
– Еще бы вы и не запомнили, – ухмыльнулся, вызвав тем самым новый приступ веселья, бортинженер.
– Ну что ж. Надо бы наградить столь бравых героев. Говорите, чего желаете.
 
– Господин капитан первого ранга… – начал было Март, но Матвеев прервал его:
– Обращайтесь ко мне по имени-отчеству.
– Георгий Константинович, – легко поправился Вахрамеев. – Разрешите задать один вопрос?
– Извольте, молодой человек.
– Нам сказали, что «Варяг» летит в Пхеньян. Но что происходит в Сеуле? Вы могли бы мне рассказать? Началась война?
– Вполне вероятно. Но пока ничего определенного. Известно лишь, что японцы нанесли удар по нашей военной базе и королевскому дворцу. На их беду большая часть нашей эскадры находилась в воздухе и не попала под удар. Так что, когда корабли вернулись, это стало сюрпризом для высадившегося японского десанта.
– Мы их разбили? – не смог удержаться от вопроса Ким.
– Вне всякого сомнения, – благосклонно улыбнулся его горячности Матвеев. – Именно поэтому наш фрегат и сочли возможным послать на помощь Сокчо.
– А «Цесаревич» цел? – спросил Март.
– Да, наш флагман в полном порядке. А позвольте осведомиться, почему он вас так интересует?
– Я видел его в небе над Чемульпо и…
– Понимаю, величественное зрелище. Нравятся воздушные корабли?
– Очень! Но так близко мы с Виктором их видим впервые.
– Что ж, на ваш вопрос я ответил?
– Да, спасибо большое, Георгий Константинович.
– Хорошо, стало быть, награда нашла героя, – не без иронии заключил Матвеев.
– А мое желание? – отчаянно блестя глазами, спросил Ким.
– Говорите. По одному на каждого из героев. Это справедливо.
– Покажите нам фрегат? Если не секретно, конечно…
– Да, пожалуй, устроить вам небольшую экскурсию можно, – капитан первого ранга обернулся ко второму помощнику. – Лейтенант Веселаго, ваша вахта скоро завершится. Не сочтите за труд провести молодых людей по отсекам.
– Есть! – молодцевато отозвался тот, приложив ладонь к козырьку легкой фуражки.
– Что-то раньше ваше высокоблагородие не устраивали променадов для случайных пассажиров, – немного желчно прокомментировал приказ старший инженер, по сохранившейся традиции военно-морского флота носивший кличку Дед.
– Прежде у нас таких, как вы изволили выразиться, «пассажиров» не случалось, – загадочно ответил ему командир.
Лейтенант Веселаго оказался улыбчивым молодым человеком примерно двадцати пяти лет от роду, в идеально сидевшей на нем форме военлета империи, которую он носил с непередаваемым изяществом. Несмотря на явно видимую в его аристократической осанке породу, держался он с доверенными ему подростками запросто, ничуть не кичась собственным положением и происхождением.
– Как там в Сеуле? – как бы невзначай спросил его Март.
– Тяжело, – немного помедлив, отозвался лейтенант. – Много зданий разрушено. Один из пригородов выгорел почти полностью. К счастью, нам удалось отбиться, но что будет дальше, не знает никто. Противник подтягивает к столице свои наземные силы. Артиллерию, танки, пехоту. Ударь они одновременно, нам бы пришлось худо.
– Так почему же не ударили?
– А вот это решительно невозможно, – со знанием дела улыбнулся Веселаго. – В Японии уж так заведено. Флот смертельно враждует с армией, а все вместе – с летчиками. Не было случая, чтобы они договорились.
– Но как же им тогда удалось скрытно напасть на корейскую столицу, да еще и такими крупными силами?
– Не знаю. Смогли усыпить бдительность. Отвлекли. Обманули, одним словом.
– А что с Чемульпо? – не выдержал Ким.
– Да что с ним сделается. Нет, с моря его, конечно, японцы заблокировали, но это ненадолго. А с суши он достаточно хорошо укреплен.
– Я думаю, что с нашим приютом все в порядке, – обратился Март к Киму, правильно поняв причину беспокойства приятеля. – Во всяком случае, я на это надеюсь.
– Впрочем, у нас же экскурсия по кораблю, а не обсуждение войны. Интересно вам узнать побольше про наш славный «Варяг»? – спросил лейтенант.