Невыносимая невеста, или Лучшая студентка ректора (СИ)

С самого утра Тереса развернула бурную деятельность — проверяла, всё ли у всех готово, поторапливала особо нерасторопных, в лице Моники, помогла собраться Лему, и в положенный час вся группа под предводительством старосты вышла из общежития и направилась к главному корпусу.
Там их уже ждал экстрамобиль. Одногруппники взирали на его жёлтые сияющие бока с восторгом. На Леру он тоже произвёл впечатление тем, что напоминал небольшой старомодный земной автобус. Она сразу же пропиталась к этому транспортному средству любовью.
Возле экстрамобиля Валерия заметила братьев Тоцких. Со старшим по старой доброй традиции они обменялись воинственными взглядами. Победила, как всегда, Лера. А младший, как руководитель экскурсии, пробежался глазами по подошедшим студентам, пересчитывая их. Да студенты-то все в сборе, не было пока только видно Златы и Анджея. К счастью, ждать их долго не пришлось. Они подъехали к главному корпусу почему-то на одном экипаже. Валерия не заметила на дверце герба Ольшанских. Удивительно, что отец не навязал дочери фамильный транспорт.
Как только все экскурсанты оказались в сборе, Энтони дал команду садиться в экстрамобиль. Студенты заняли задние места, профессора сели спереди. Злата и Валерия, конечно же, устроились рядом. Энтони дал кучеру распоряжение трогаться. Кучеру? Забавно здесь обращаются к водителю автобуса.
Экстрамобиль выехал с территории академии на трассу и понёсся с небывалой по местным понятиям скоростью. Ехать предстояло полдня, но скучать не пришлось. Энтони дал задание Филиппу рассказать одногруппникам о природе южной части княжества, куда и направлялся экстрамобиль. Филипп родом из этих мест и знал много интересного. Он поведал про растения, некоторые из которых могут оказаться коварными. Например, лесной хомунник, репьём цепляющийся за одежду, и вызывающий зуд. Филипп и о ягодах, которые в тамошних лесах растут, много чего рассказал. Какие из них съедобные, а к каким лучше даже и не притрагиваться, потому как эффект может оказаться неожиданным — сонливость, головокружение, видения.
— И это ещё самые невинные проявления, — предостерёг он.
Лера решила, что лучше и вовсе никаких ягод пробовать не будет.
Рассказав про растения, Филипп перешёл к животным. В основном упоминал безобидных — зайцев, бурундуков.
— А змеи водятся? — с опаской поинтересовалась Моника.
— Водятся и змеи. Но среди них нет ядовитых.
Экстрамобиль колесил преимущественно по необжитым местам — леса, луга. Один раз только проезжали небольшой городок, который произвёл приятное впечатление. Тихий, чистый, зелёный. Здания невысокие, аккуратненькие, разноплановые и не натыканы одно на другое, как в земных мегаполисах.
Уже начало вечереть, когда экстрамобиль пересёк холмистую местность и остановился возле причудливой башни. Она возвышалась прямо посредине дороги, обнесённая забором-частоколом. Проехать вперёд никак бы не получилось. В общем-то, как вскоре узнала Валерия, за забором дороги и не было. Эта дозорная башня — последний рубеж, отделяющий обычную местность от местности с аномальным магическим фоном. Дальше предстояло идти пешком.
Экскурсанты высадились из экстрамобиля и сгрудились в кучку. Энтони рассказал им последующий план действий.
— В башне у нас будет возможность отдохнуть, перекусить и переодеться в походную одежду. А потом двинемся в путь.
Отдохнуть и перекусить звучало заманчиво. У Валерии уже урчало в животе.
Настоятелем башни оказался седовласый старец с морщинами мудрости на лице и хитрым прищуром. Он отвёл в небольшой трапезный зал, где был накрыт простой ужин. Оголодавшие путники смели грибную похлёбку и пироги с щавелем (или что это была за трава?) за десять минут.
Затем старец развёл мужскую и женскую часть группы по разным комнатам в верхней части башни. Таких комнат Валерия ещё не видела. Круглая, с высокими потолками, с одним продолговатым мозаичным окном. Совсем без мебели. Но зато пол по всей площади устлан мягким ковром с высоким ворсом.
Девушки переглянулись в лёгком недоумении, постояли немного у входа в нерешительности, переминаясь с ноги на ногу, но Тереса дала команду:
 
— Отдыхаем. Нам ещё сегодня топать и топать.
И они все впятером удобно растянулись на ковре.
Полчаса прошло в приятных разговорах ни о чём и созерцании игры света на цветных стёклышках мозаичного окна. А потом Тереса дала команду переодеваться. В общем-то, Леры это не касалось. Она сразу перед выездом надела самую практичную одежду из той, что она располагала. У неё как, к примеру, у Моники, не было желания сначала красоваться в одном наряде, потом в другом. У Валерии этих нарядов-то особо и не было. Она единственная из всей группы не имела никаких личных вещей — только то, что выдала академия. Это, кстати, и обуви касалось. На сегодняшний день в её арсенале были только лёгкие туфли и тёплые осенние ботинки на меху, какие полагались всем студентам академии.
Лера рассудила так: наденет в дорогу туфли — всё-таки ехать полдня в автобусе в ботинках жарковато. А перед тем как отправиться в поход — переоденет ботинки. Они, конечно, грубоваты и не по погоде, но ходить в них по пересечённой местности всяко лучше, чем в туфельках.
Перед отъездом у Леры мелькала мысль наведаться в местный магазин и купить себе удобную походную обувку. Но она её отогнала. Глупо это — тратить первые деньги, единственный запас, на то, что пригодится только в течение нескольких дней, а потом не понятно сколько долго будет лежать без надобности. Как-нибудь перебьётся.
Валерия полезла в свою походную сумку за сменной обувью, вытянула ботинки и… опешила. В первую минуту ей показалось, что она перепутала сумки. Ботинки явно не её. Лёгенькие, аккуратные, кожа безупречной выделки. Чем-то похожи на земные кроссовки. Сразу видно дорогущие. Сбоку маленький фирменный ярлычок. От Лазинье. Где-то Лера это слово уже слышала. Не тот ли это статусный модный дом, о котором упоминала Злата?
Картинка сложилась. Сестра решила не мытьём так катаньем передать подарок от Ольшанского? Валерия взглянула на неё укоризненно.
— Нет, Лера, это не я, — замотала та кудрявой головой.
Тогда кто? Наверняка, это всё равно дело рук Ольшанского. Может, он и не стал привлекать Злату, но подговорил кого-то ещё, чтобы ботинки подменили.    
Она держала этих двух красавцев в руках, соблазнительно удобных, дразняще качественных, и думала, что с ними делать. Выбросить? Ага, и идти в поход в туфельках. Даже Моника догадалась снять каблуки и надеть спортивную обувь. Тогда что?
— Лер, пора спускаться вниз, — встряхнула её Тереса. — Переобувайся.
Да чёрт с ним! Переобуется. Потом придумает, как с Ольшанским рассчитаться. Не подводить же одногруппников. В туфельках по бездорожью она будет передвигаться с черепашьей скоростью. А ребята что, ждать её должны?
Она сунула ноги в ботинки. До чего уютно! Будто специально пошиты для неё. У Леры и на Земле никогда не было настолько удобной обуви.
Она спускалась вслед за Тересой по ступеням, и каждый шаг давал почувствовать комфорт. Подумалось, может, вот это и есть она — отцовская забота. Предусмотреть и подстраховать. У Леры по жизни не было такого мужчины, кого бы волновало её благополучие. Дедушка — не в счёт. Он очень её любил, но в последние годы сильно болел и сам нуждался в постоянной заботе.
Ну, что ж, Лера, ощути, как это, когда кто-то о тебе побеспокоился…
Когда вся экскурсионная команда собралась на первом этаже башни, к ним обратился настоятель. Он произнёс короткую речь о том, что местность за башней весьма своеобразна. Предупредил, что могут происходить совершенно неожиданные необъяснимые явления. Строго-настрого запретил приближаться ко всему необычному, а только наблюдать издалека. А по завершении речи он прошёлся по нестройным рядам экскурсантов и каждому повесил на шею небольшой кулон.
— Не снимать, не терять, — велел он, — и вернуть в целости и сохранности по возвращению.