Игра со смертью 2 (СИ)
Глава 3
Макс.
Второй день льет дождь. Небо над головой беспроглядно-серое. Земля набухла и расхлябилась. Под ногами текут ручьи. Погода испортилась почти двое суток назад. Хорошо хоть не похолодало. И вода, по которой мы шлепаем и хлюпаем все эти двое суток, теплая. А прошлепали мы достаточно далеко.
По левую сторону от нас сквозь деревья проглядывает речная гладь. А за рекой город с Кремлем. Вернее, пригород. Саму крепость мы прошли пару часов назад.
Была у меня мысль вернутся к ним в гости и забрать с собой Калача. Пусть всякие телепорты и другие изобретения в моем поселении строит. Но тут же эту затею откинул. Да, со мной сейчас грозная сила в виде воинов муу и их питомцев. И все вместе мы пробираемся через леса и встречные деревни играючи. Мне ни разу не пришлось обнажить клинки. Я даже противников путем не видел. До меня успевают доноситься только их предсмертные вопли и рыки. Курорт, в общем. Но как мне со всей этой толпой перебраться через реку? К тому же, я помню, что в ней плавают огромные хищные монстры. Ну, и зомби и мутантов в городе очень много. На такую прорву свежего мяса, что я туда приведу, накинется все измененное население. А это, скорее всего — потери. Рисковать я не намерен. Ни собой, ни новыми членами общины. А способ, как перетащить Калача в Абзац еще успею придумать.
— Хоп! Хей! Ла-ла-лей! — запевает Бригадир одну из наиболее понравившихся аборигенам песню.
Те одновременно с баффером подпевают хором:
— Хоуп! Хей! Лаала леи! (Светило! Приветствуем! Счастье льется!)
— Где вопрос, а где ответ, — эти слова мужик поет один.
А дальше снова хором:
— Хоуп! Хей! Лаала леи!
— Что ни говори…
Притом, некоторые стучат в бубны, а девушки пританцовывают, разбрызгивая воду под ногами.
Весело им, радуются. Настроение у представителей расы муу отличное. И было от чего. Ведь под свое крыло их взял Я.
А я — нереально могучий и крутой перец. И по понятиям аборигенов для них это большая честь. Еще я отношусь к тем врагам, что когда-то прогнали их из Мурри. А раз муу теперь со мной, то войны с этими врагами не будет. Они конечно не против сражаться с враждебными мне племенами, но больше им по душе петь, танцевать, заниматься растениями и животными. И еще, самое главное, я тот, кто подарил возрождение после смерти. Это кое-как удалось им объяснить после постоянных расспросов на тему «что же я там такого сделал с их могучим деревом и бывшим поселением?». Вообще, муу, за время проведенное с нами, начали понимать некоторые наши слова и выражения. Плюс, я знаю кое-что из их языка. Потому, наше общение с каждым днем облегчается.
Сообщение об успешной установке Купели Перерождения высветилось перед глазами на следующий день, как мы направились в сторону Абзаца. Этот текст появился и перед всеми муу. И что интересно, они поняли, что там написано. Подтвердились мои слова про возрождение. О чем и начали возбужденно переговариваться, с восхищением поглядывая на меня. Еще порадовало то, что автоматом точка возрождения прописалась в моем поселении. И если погибну, по идее, очнусь там. Идею Бригадира скоростного путешествия в Абзац с помощью смерти я сразу отверг, объяснив, что за все нужно платить. И не факт, что у мужиков много очков возрождения. Если конечно вообще они у них есть. Так что лучше лишний раз не умирать.
Мысли перетекают к моей оставленной общине. Как они там? Как Мэри? Как Тур? Надеюсь, ничего у них страшного не случилось.
А если что-то и произошло, то, думаю, в течении ближайших суток узнаю. Если, конечно, темп движения не сбавим.
Дождь стихает, перестает лить как из ведра. Теперь идет спокойно, падая нечастыми крупными каплями. Может, даже скоро вовсе кончится. Хотя просветов в небосводе не наблюдаю. Скидываю капюшон. И чувствую, что на моей макушке проявляется Амба.
Его никто не пугается. Впервые, когда тот появился, муу стали его с интересом разглядывать. Бригадир не удивился и даже усом не повел. Мне кажется, что он, чтобы у меня не выросло на теле, посчитает это нормой. Нормой именно для меня. Мол, Макс — зверь такой причудливый и забавный, ожидать от него можно что угодно, и принимать его нужно какой есть.
Винни-Пух же дернулся, увидев, что у меня вырастает некое страшное глазастое образование на башке. Даже спрятался на всякий случай за Бригадиром. Хотя выше его и здоровее. Но и он к моим всяким штучкам, за время путешествия привык.
Вот сейчас он с задумчивым видом то подходит ко мне, то отходит. И снова подходит. Туда-сюда, туда-сюда. В руках держит, отнятую у меня и присвоенную себе, яйце-шишку. Вертит ей в разные стороны. Уже минут десять так.
— Тебе не надоело? — спрашиваю его. — Что за обряд шаманский?
— Я не шаман, — отвечает он безучастно, не глядя на меня. Его глаза прикипели к яйцу. — Я друид.
— Значит обряд друидский, — исправляюсь я.
— Нет, — бросает Винни-Пух.
— Что нет?
— А? — поднимает на меня взгляд, в котором только начинает появляться осмысленность.
Потом эта осмысленность улетучивается и снова возвращается в задумчивость. Похоже, друид уже забыл про наш путем не начавшийся разговор.
Затем он чешет затылок свободной рукой. А яйцо подвигает ближе ко мне.
— О! — выдает мужчина и придвигает объект наблюдения еще ближе.
А потом так вообще прикладывает к моему плечу.
— Во! — восклицает Винни-Пух. — Вот так!
— Чего «вот так»⁈ — не выдерживаю я. — Шишку мне отдать решил? Так, давай, возьму. Что все ходишь вокруг да около.
— Не! Не хочу отдавать! — реагирует тот. Потом поясняет возбужденно и радостно. — Прогресс спелости яйца рядом с тобой возрастает. О! Смотри, смотри!
И тут шика начинает меняться. Чешуйки медленно-медленно по чуть-чуть расходятся в стороны. Под ними появляются образования, похожие на почки. И они, эти самые почки, начинают набухать и расти!
Твою то так!
Сразу вспоминаю про свою новую особенность. Будь она не ладна!
— Ого! Прогресс почти сто процентов! — еще более возбужденно сообщает Винни-Пух. — Сейчас он появится!
Кто «он» — понятно. Появится некое существо, что может стать питомцем.
Чешуйки шишки начинают раздвигаться еще сильнее…
Но в этот момент на меня наваливается тяжелое чувство опасности. Словно беспощадная волна, которую никак не остановить.
Что⁈ Где⁈ Когда⁈
Начинаю озираться по сторонам. Но пока ничего опасного на глаза не попадается. Вокруг все без изменений. Если только не считать сменившийся репертуар Бригадира и подпевающих ему муу.
— Ты мой удав, я твой кролик! Ты побежишь, а я рядом! — гуляет и отражается от деревьев голос баффера.
Ох, не нравятся мне эти строчки песни. Словно предречение. Как бы какой удав не явился по нашу душу.
Можно конечно подумать, что я зря переживаю. Ведь даже сумеречные пумы и саблезубы не выказывают беспокойство. Значит, по идее, никого опасного рядом нет. Но способность Чутье еще ни разу не подводила. Может, угроза связанна не со злобным монстром, а с чем-то еще.
— Ты украдешь, а я сяду! Зайка моя! — в мое раздумье врывается продолжение песни.
Ага, зайка. Знаю я таких заек, у которых даже уши зубастые. Жуткая песня.
Меня в плечо трясет Винни-Пух, привлекая внимание. Пытается что-то показать и сказать, тыча в яйцешишку. Я же продолжаю сканировать местность. Предчувствие чего-то нехорошего и очень опасного усиливается.
— Я ночами плохо сплю, потому что я тебя люблю…
— Макс, да посмотри на него! — еще сильнее толкает меня в бок Винни-Пух. — Такого пета точно больше ни у кого нет!
— Да, погоди ты! — отмахиваюсь от него, потому что заметил…
Там, впереди. Куда мы толпой движемся. В широком просвете меж двух крупных стволов.
Даже не знаю, увидел бы я, не иди сейчас дождик. Падающие капли в том месте разбиваются о воздух, обрисовывая довольно крупную фигуру. Словно почуяв мой взгляд, этот воздух приходит в движение, заставляя перемещаться другие капли, что зависли в нем.