Белый слон (СИ)

 Никита не принадлежал к числу официальных мальчиков Глеба Арнольдовича, но тот испытывал к нему личную симпатию и совершенно бескорыстно помогал советами несмотря на то, что Никита с регулярностью раз в пару месяцев отвечал отказом на предложение работать. Он приходил в клуб не с надеждой поиметь денег, а с надеждой встретить подходящего человека, хотя от материальной поддержки не отказался бы. Аспирантской стипендии и стартовой зарплаты в не особо процветающей конторе хватало впритык.
 Через полгода после того как он утешил несостоявшегося депутата, Никита переехал в его квартиру на Остоженке. Это было рискованно, но они никогда и нигде не показывались вместе, кроме как на приватных вечеринках у людей, которые в силу высокого положения тщательно скрывали свою ориентацию, или в паре закрытых клубов, так что за почти полтора года совместной жизни никто не предъявил Владу обвинений в гействе.
 — Ладно, — Никита встал с дивана, — пойду собирать вещи. Где мне тягаться с Мосгордумой.
 — Это не Мосгор, Никит. Всё по-взрослому, — многозначительно сказал Влад.
 — О, буду утешаться мыслью, что за Мосгор ты бы меня не вышвырнул.
 Никита дошёл до дверей в холл, когда Влад окликнул его:
 — Извини! Я не хотел, чтобы так вышло, но… Иван Антонович, Златин отец, он всё знает. Он поставил условие: никаких контактов с тобой и вообще никаких парней, иначе…
 Никита прислонился к косяку и сложил руки на груди. Это было уже интересно.
 — То есть, этот твой Иван Антонович знает, что ты пялишь мальчиков, но думает, что ты исправишься и будешь пялить исключительно его доченьку?
 — Он… Как тебе сказать… Он думает, что это типа моды. То есть, посмотрел на выступление Моисеева по телику и стал геем; перестанешь смотреть телевизор — сразу выздоровеешь.
 — Слышь, а папашка-то, наверное, тоже депутат? Что-то знакомое слышится…
 — Нет, он… Это неважно.
 — Влад, ты серьёзно влипнешь со своей Златой. Хотя... какая в жопу Злата? С Иваном Антоновичем. Жаль, ты сразу на нём не можешь жениться, без посредников, — зло рассмеялся Никита и вышел в холл.
 — Никит, если что, все вещи в гардеробной в гостевой спальне. Любовь Сергеевна собрала.
 Никита вернулся из холла.
 — И давно они там лежат?
 Влад пожал плечами:
 — Не помню, месяц, наверное.
 — Ну и сука же ты! Что ты мне там говорил по телефону? Жду, скучаю… А сам со Златочкой кувыркался. Она-то в курсе, что ты пидор — во всех смыслах этого слова?
 — Не в курсе. И сразу хочу тебя предупредить, чтобы ты не пытался…
 — Что?! — резко оборвал его Никита. — Боишься, побегу расстраивать твою свадьбу? Да сдался ты мне! — он развернулся и скрылся за дверью.
 Влад ничего не сказал, Никита услышал лишь тяжёлый вздох. Оборачиваться он не стал.
 Вещей в гардеробной оказалось неожиданно много, три коробки и два чемодана, а возле дверей стояли ещё те, что он привез из Лондона. На его машине с микроскопическим багажником придётся делать несколько рейсов, но хотелось разделаться со всем этим одним махом. Он достал телефон и начал искать службу такси, где можно было заказать минивэн.
 
 — Никита, малыш, ну пойми меня, пожалуйста… — неожиданно, так что Никита вздрогнул, прозвучал сзади голос Влада.
 — Что тебе надо, а? — огрызнулся Никита, даже не повернувшись. — Я всё уже понял. Хочешь, чтобы я тебе пожелал счастливой семейной жизни, что ли?
 — Я бы никогда… Мне никого, кроме тебя, не надо было… Просто это такой шанс.
 Никита заполнял форму заказа на сайте и ничего не ответил. Даже с такого расстояния чувствовался запах: от Влада крепко, сильно пахло коньяком — только что выпил. Для смелости, что ли?
 Влад, потоптавшись сзади, продолжил:
 — Ты оставь всё себе… В смысле, машину и остальное. Если тебе деньги нужны на первое время…
 — Да подавись ты своими деньгами! — зло бросил Никита. Он только сейчас, когда стал заказывать такси, понял, что не знает, куда ехать. Понятия не имеет. Его квартира пока существовала только в виде проекта, родных в Москве у него не было, а друзья… Далеко не все из них были готовы принять его вот так вдруг.
 У Артёма сейчас, как он понял, любовник в Москве, Женька временно вернулся к родителям, а вот Олежка Замкадыш вполне мог пустить его к себе на несколько дней.
 Влад вдруг обнял его за пояс, соединив руки на животе и даже попытавшись подсунуть их под ремень джинсов.
 — Ты охуел? — по-деловому, без капли удивления или возмущения поинтересовался Никита.
 — На прощанье, а? — зашептал Влад ему в ухо и поцеловал в шею. — Последний раз…
 Никита отдёрнул голову и начал отдирать сцепленные в замок руки Влада от себя:
 — Лапы убери, козлина!
 — Я три месяца ждал. Я правда скучал, Никит… Ну что тебе стоит? Ты сам же хочешь!
 — Ни хрена я не хочу, — Никита, наконец, вырвался из рук Влада и развернулся к нему лицом. — Ебись теперь со своим Иваном Антоновичем!
 Никита взял первые два чемодана и покатил их к выходу из комнаты.
***
 С Олегом Никита созвонился, пока ждал такси. Тот, как Никита и предполагал, был не против кратковременной вписки.
 — Конечно, приезжай. Правда, я не дома сейчас. А что случилось-то?
 — Потом расскажу, — Никита покосился на консьержа, который с равнодушным видом поливал выставленные в холле пальмы, но, скорее всего, внимательно прислушивался к разговору.
 — Влад тебя того или ты сам?
 — Того, — пришлось сознаться Никите.
 — Вот гандон! — возмутился Олежка. — Ладно, нормально всё будет. Не переживай.