Белый слон (СИ)

 Андрей поцеловал его сам. И это было так легко, хорошо и приятно, что Никиту, наконец, отпустило, и он, сначала просто позволявший целовать себя, начал отвечать. Андрей, почувствовав недвусмысленную готовность продолжать и горячий язык у себя во рту, прижал Никиту к себе сильно и грубо, так что тот не сразу сумел вывернуться из его объятий. Потом он выпрямился, положил обе руки на руль и сказал:
 — Не надо, на улице пока светло. Мало ли, — Никита повернул ключ в зажигании и сунул фиксатор ремня в замок. — Так куда тебя везти?
 — Ты вроде бы не особо скрываешься, — сказал Андрей.
 — Да кому я нужен? А у тебя крупный бизнес.
 Никита поехал в сторону Тверского бульвара.
 Он был рад, что Андрея не пришлось везти слишком далеко: от одного-единственного поцелуя у него случился бешеный стояк, и он не знал, как ему удобнее устроиться на сидении. Слава богу, движение было довольно вялым: он едва мог соображать, что делает, и вёл машину практически на автопилоте. Андрей, к счастью, не пытался с ним говорить — Никита вряд ли смог бы ответить что-то связное — зато подсказывал, где надо повернуть.
 Когда они свернули с Покровского бульвара к дому, Андрей перед выходом из машины сжал Никитину руку.
 — Не хочешь зайти ко мне?
 Никита на секунду подумал, что, наверное, это было бы правильно. Это то, чего бы он хотел: пойти к Андрею и заняться с ним сексом. Но он не мог рисковать: надо было подтолкнуть его чуть ближе к покупке Мелюзины, и вот тогда, образно говоря, дожать сделку в постели. Андрей пока не дал согласия, он разве что выразил абстрактное желание, и поэтому трахаться с ним было слишком рано. К тому же Никита уже успел сказать, что у него вечером дела, а отменить вымышленные дела значило бы показать излишнюю заинтересованность. Никита напомнил себе, что по плану Андрей должен бегать за ним, а не наоборот, и заставил себя разжать руку.
 «Меня интересует только лошадь. Я встречаюсь с ним ради продажи лошади. У нас деловые отношения, — повторял он, как мантру, пока Андрей шёл к дверям подъезда. — Запомни, деловые. Только лошадь имеет значение».
 Ход 3 
 К вечеру понедельника — когда он отмечал неделю со дня приобретения статуса безработного и десять дней со дня приобретения статуса бездомного — у Никиты было восемь отказов от кадровых агентств и работодателей и одно-единственное предложение работы. Его могли взять маркетологом с зарплатой в тридцать пять тысяч на период испытательного срока. Предложение поступило от мелкого производителя бытовой химии, у которого, судя по упаковке, до этого маркетингом не занимался вообще никто. Там было куда работать, но бюджет отдела был крошечным, впрочем, как и зарплата: содержание Мелюзины обходилось дороже, не говоря уже о том, что Никите нужны были жильё, еда, телефон и деньги на бензин. Ну ладно, хотя бы на метро.
 Работодатели не спешили на него бросаться, зато бухгалтерия «Зелёного бархата» проявляла невиданную настойчивость и звонила Никите по три-четыре раза в день. Обычно он просто не брал трубку, понимая, конечно, что скрываться от них бесконечно не выйдет: у злобных бухгалтерш в заложницах была Мелюзина.
 Оба выходных и понедельник Никита почти безвылазно провёл в квартире Олежки. Зато сам Замкадыш дома не показывался всю субботу и половину воскресенья после того, как повстречал кого-то в клубе.
 
 Вечером понедельника, прикинув, что сейчас Алёна уже должна была уйти из офиса, Никита позвонил ей на сотовый.
 — О, какие люди! — удивилась она. — Как дела?
 — Не очень, работа пока не находится.
 — На твоём месте я бы не работала, — заявила Алёна. — Если бы меня кто-то обеспечивал, стала бы я грязные чашки мыть!
 Никита не стал ей объяснять, что роман с тем, кто его раньше обеспечивал, окончен, а задал вопрос:
 — Алён, а ты не в курсе, Тамаре Павловне насчёт меня не звонили? Из кадровых агентств, например… Звонки ведь через тебя идут.
 — Я не знаю, насчёт тебя или нет, но из кадровых агентств и ещё из каких-то контор ей звонили. На той неделе побольше и сегодня пару раз.
 В качестве лица, которое могло дать рекомендацию, Никита должен был указать своего непосредственного начальника — заместителя директора Яковлева Сергея Сергеевича; но так как он прекрасно представлял, какую характеристику даст ему Яковлев, рекомендацию написал сам и отнёс на подпись Артуру, а на случай, если захотят переговорить лично, указал кадровичку. Она тоже не питала к нему нежных чувств, но, с другой стороны, вряд ли могла сказать о нём что-то плохое как о сотруднике: в маркетинге и брендинге она ничего не понимала. К тому же, она казалась адекватной тёткой.
 Во вторник Никита поехал вместе с Олегом к нему на работу. Полтора часа он просидел в машине, составляя и продумывая план разговора, а потом позвонил Олегу. Тот провёл его на территорию, и они вместе заперлись в маленькой переговорной, позакрывав жалюзи на стеклянных перегородках.
 Олежка включил телефон на громкую связь и набрал номер.
 — Здравствуйте. Компания «Семь цветов» беспокоит. Могу я поговорить с отделом кадров, с Гуськовой Тэ… Татьяной?
 — С Тамарой Павловной, — подсказала Алёна. — Минутку.
 — Слушаю, — послышался после нескольких тактов Моцарта властный и громкий голос Тамары Павловны.
 Никита пододвинул Олегу бумажку.
 — Здравствуйте. Олег Мельничук, начальник отдела региональных продаж, компания «Семь цветов». Мы сейчас подбираем человека на должность начальника отдела маркетинга и рекламы. Один из соискателей, Рябинин Никита Борисович, указал вас как контактное лицо. Я бы хотел узнать у вас лично, как Никита Борисович работал. Ну, вы понимаете, рекомендации — это одно, а как оно на деле…
 — Знаете, мы по телефону информацию не даём, — строго сказала Тамара Павловна. — Могу только подтвердить, что такой сотрудник у нас был. Проработал два года пять месяцев.
 Никита выдохнул с облегчением: от таких сведений ему ни жарко, ни холодно, но всё же ткнул в следующую строку в листке. Олежка отмахнулся — не мешай, сам знаю.
 — Тамара Павловна, меня больше ваше личное мнение интересует… Ну, как коллега коллеге. Мы импортируем продукты из-за рубежа, конкуренция очень высокая, нужно продвигать товары, адаптировать рекламу к российским условиям. Войдите в положение, у меня пятьдесят четыре региона. Объёмы огромные… Мне некогда пробовать, мне надо, чтобы человек вышел завтра на работу и начал делать всё, как надо. Как вы думаете, вот ваше личное мнение, стоит мне брать Рябинина?