Невеста на выходные
Дело усложнялось. Подводные камни совсем не радовали. Следовало хорошенько расспросить обо всем Дэниела, прежде чем соглашаться на авантюру. Только идти на попятную было поздно. Да и где брать деньги в случае отказа? Ничего! Как-нибудь переживу два дня в обществе Колтренов. Зато потом передо мной распахнутся двери в новую жизнь. С Кайланом!
– В четыре так в четыре, – произнесла с наигранным безразличием и открыла учебник.
– Насчет репутации и компаньонки не волнуйся. Ею с радостью выступит мама. Вот увидишь, она глаз с нас не спустит.
Внезапно Дэниел придвинулся ко мне так близко, что в ноздри ударил запах лимонника, отдающего легкой горчинкой полыни. Очень приятный аромат. Я бы втянула его носом, чтобы получше насладиться, если бы он не принадлежал соседу по парте. Поэтому сделала в точности наоборот – задержала дыхание и попыталась отстраниться, но Дэниел ухватил меня за пальцы, вынуждая замереть.
– И, пожалуйста, Адель, – понизил он голос до заговорщицкого шепота, – не шарахайся от меня, как от прокаженного, всякий раз, когда я захочу взять тебя за руку или шепнуть что-нибудь на ухо. Иначе нас сразу разоблачат. Времени на репетицию нет. Будем действовать по обстоятельствам.
Друг был воздушником, однако его ладонь оказалась удивительно горячей. В местах соприкосновений кожу покалывало, словно иголочками. Я поспешила убрать руку под стол, чтобы Дэниел не повторил чего-либо подобного. В замке – одно дело, в стенах академии – другое.
– Эй, заучки, что с вами сегодня? Никак затмение нашло? – во всеуслышание спросила сидящая за нами Розетта, чем привлекла внимание Сандры и еще нескольких одногруппниц.
Брюнетка сощурилась. Даже с высоты своего ряда я видела, как в ее черных глазах полыхнул огонь ненависти. Она готова была стереть меня в порошок безо всякой причины. А тут такое!..
От объяснений нас избавил вошедший в аудиторию лысенький мужичок с внушительным брюшком и самодовольным видом – профессор Пилар. Он встал у преподавательского стола, и ему вдогонку протяжно завыл рог. Началась лекция по защите от темных искусств, пожалуй, самый ненавистный предмет на всем факультете стихийников. У меня нередко возникали с ним проблемы, и нет, чтобы внимательно вслушиваться в бескрасочный голос профессора, я постоянно думала, как рассказать родителям, где проведу ближайшие выходные.
* * *Я не стала тянуть с признанием. Едва переступила порог дома, прямиком отправилась на поиски мамы. Она сидела в Пурпурной гостиной с книгой в руках и делала вид, что читает. Делала, потому что за минуту, на протяжении которой я наблюдала за ней, мама ни разу не перевернула страницу, а стоило мне постучать в дверь, чтобы дать о себе знать, живо вскочила с кресла.
– Дэниел пригласил меня на обед. Он состоится в воскресенье по случаю его дня рождения. Правда, субботний ужин тоже включен в расписание, – проговорила я, не скрывая нежелания отправляться в Винтер-Касл.
Услышанное вызвало у мамы такое изумление, что книга выпала из ее изящных пальцев.
– Надеюсь, ты согласилась? – взволнованно спросила она. Я кивнула, и на ее губах поселилась счастливая улыбка. – Какая чудесная новость! Хорошо, что ты вняла словам отца.
– Новость, может, и чудесная, но мне совершенно нечего надеть, – я развела руками.
– Ради такого случая найдем! – мамины глаза сияли, словно чистейшие сапфиры. – В крайнем случае потрясем старую коше… твою бабушку. У нее точно найдется что-нибудь модное и экстравагантное.
– Не обо мне ли ты, невестушка, отзываешься с такой поразительной теплотой и любовью? – послышался из-за моей спины приятный женский голос с нотками сарказма.
– Помяни зло, вот и оно, – прошипела мама, награждая потолок выразительным взглядом.
Я повернулась и с радостным возгласом устремилась к бабушке, а спустя несколько мгновений заключила в крепкие объятия. Папина мама была нечастым гостем в нашем доме, по большей части из-за моей мамы. Война между ними шла не первый год. Победителей не было, впрочем, как и проигравших. Казалось, им обеим приносило немалое удовольствие подначивать друг друга.
– Кто бы говорил, – фыркнула бабушка. – Из нас двоих в тебе его будет поболее. Если бы ни Адель, ноги бы моей здесь не было. Она – единственная светлая голова во всей вашей семье. Здравствуй, золотце.
Бабушка еще раз обняла меня и одарила лучезарной улыбкой, продемонстрировав белоснежные зубы. Несмотря на возраст, она всегда выглядела восхитительно: безупречная прическа, легкий макияж, не слишком вычурное, но и не безобразное платье. В ушах и на запястье, как правило, был жемчуг.
– Не плюйтесь ядом, маменька, лучше помогите любимой внучке со сборами, – мама говорила сдержанно, даже немного приветливо, понимая, что не в ее интересах сейчас ругаться со свекровью, иначе могла потерять союзника.
Бабушка изумленно вскинула брови, подошла к фиолетовой софе и грациозно опустилась на край.
– По какому случаю торжество?
Я последовала ее примеру и села рядом.
– Сосед по парте, Дэниел Колтрен, пригласил меня на обед в честь своего дня рождения. Помимо родителей, там будет его дедушка и другие гости.
– Да уж… – пропыхтела бабушка. – Задачка непростая. Придется постараться, чтобы произвести впечатление. Неси свои наряды. Будем выбирать, – обратилась она к маме, и та исчезла из Пурпурной гостиной. – И давно ты знаешь этого Колтрена?
Перемена в ее тоне заставила меня нахмуриться. В отличие от мамы, бабушку известие не обрадовало.
– Четыре года.
– Будь осторожна с ним, Адель, – она накрыла ладонью мою руку и слегка сжала пальцы. – Все мужчины из их рода – очень красивы, умны, а еще коварны и… ненадежны. Лучше бы наши пути никогда не пересекались, но они словно преследуют нас из поколения в поколение.
– Видимо, Дэниел исключение, – поспешила успокоить папину маму. – Ты права, ума ему не занимать. Дэниел сильный маг. И он ни разу не подвел меня. Только красивым я бы его не назвала.
– Странно… – протянула она и уставилась в окно. – Такое ощущение, что ты не об одном из Колтренов говоришь.
В этот миг в гостиную с ворохом платьев и моей сестренкой Аннабель влетела мама. Мы вместе начали перебирать наряды.
– Это все не годится, – заключила бабушка по истечении получаса. – Слишком открытые и помпезные. Ты бы еще предложила ей наряд, в котором впервые вышла в свет.
Мама не распознала в ее голосе сарказма и восторженно воскликнула:
– А это идея!
– Совсем с ума сошла? – бабушка побелела от злости. – Не хватало еще, чтобы Адель заявилась в нем в Винтер-Касл. Это будет скандал года!
– Не преувеличивайте, – фыркнула мама и махнула рукой, будто отбиваясь от назойливой мухи. – Вспомните, какой фурор я произвела тогда на балу. Ваш сын влюбился в меня с первого взгляда.
– Я ж не виновата, что у него глаза ни на голове, а ниже пояса. Впрочем, как и ум. Куда только мать твоя смотрела? – сокрушенно покачала бабушка головой. – Если хотите, чтобы Адель очаровала Колтренов, то нужно что-то скромное, нежное и в то же время необыкновенное. Кажется, я знаю, внученька, что тебе подойдет!
* * *На часах было без четверти четыре. Я стояла перед зеркалом в платье цвета шампанского и не знала, восхищаться отраженьем или срочно переодеваться. Наряд и правда был великолепен: расшитый золотой нитью лиф придавал груди объема, атласная лента на талии подчеркивала ее стройность, слегка пышная юбка делала платье легким и воздушным.
Бабушка запретила горничной делать мне модную прическу. Велела лишь слегка завить волосы и завязать часть их на затылке шелковой лентой того же цвета, что и наряд. Теперь они тяжелыми локонами лежали на спине.
Из драгоценностей на мне были лишь золотая цепочка с подвеской в виде розы, тоненький браслет на запястье и неброские сережки, плотно прилегающие к мочке уха.
Образ завершали золотистые туфли на маленьком каблучке и элегантный ридикюль. На постели своего часа дожидалась белоснежная шуба.