Физрук-4: назад в СССР (СИ)

— Мне кажется, что это было бы естественно.
— Согласен, — сказал мой высокопоставленный собеседник. — Не скрою, я навел о вас справки, молодой человек. И по работе и по комсомольской линии характеризуетесь вы положительно. Кроме того, мне о вас доложил полковник Михайлов. Так что, думаю, вас не удивит моя просьба помочь нам.
— Сделаю, что смогу.
— Спасибо… Ольга Михайловна, изложите товарищу Данилову свой замысел!
— Слушаюсь! — откликнулась та и обратилась ко мне. — Дома, где живут Цыпкин и Вершкова, взяты под наблюдение, но, во-первых, не факт, что Кривошеиной известны эти адреса, а во-вторых, я считаю, что в любом случае брать ее сейчас нецелесообразно. Желательно вести Кривошеину до момента передачи материалов представителям иностранной разведки, а значит, необходимо, чтобы материалы эти опять оказались у нее в руках. Коротко говоря, передать их ей должны вы, товарищ Данилов.
— Где же я ее найду?
— На этот счет можете не беспокоиться, — отозвался Севрюгов. — Мы ее сами найдем. Ваша задача суметь передать ей пакет так, чтобы у нее не закралось ни малейших подозрений.
— С этим тоже проблема, — проворчал я. — Она видела меня в аэропорту, после задержания.
Телегина уткнулась в столешницу, словно ее заинтересовало собственное отражение в полировке.
— Да, мне известно об этом осложнении, — веско произнес начальник второго управления. — Тем не менее, больше нам доверить это задание некому.
— Ладно, я что-нибудь придумаю, — сказал я. — Вы только дайте мне книжку и кассету и выведите на Кривошеину. Ну или ее на меня.
— Вы слышали, майор?
Моя «квартирная хозяйка» вскочила.
— Так точно, товарищ генерал-лейтенант!
— Ваш промах, вы и исправляйте, — сказал тот. — Все. Действуйте. Докладывайте мне напрямую.
Я тоже поднялся. И мы с Олей покинули кабинет. Из приемной мы вышли в коридор, и Телегина стремительно повела меня куда-то. Оказалось, что — ниже, в промежуток между этажом с крашенными панелями и этажом — с деревянными. Здесь не было столь мрачно, как внизу и не столь солидно, как наверху. Скромно, по-деловому. Сразу было видно, что здесь люди работают над тем, что выполняют приказы, спускаемые сверху. Товарищ майор привела меня теперь уже в свой рабочий кабинет. Здесь не было адъютанта, зато оказалась целая куча мужиков, одетых в штатское. Они дымили сигаретами, сидели, развалясь на стульях, даже играли в карманные шашки. Правда, когда мы вошли, все вскочили, потушив цигарки, и вытянулись — руки по швам.
— Надымили, бездельники, — проворчала Телегина. — А ну быстро открыли форточку и сообразили нам чаю.
— Так буфет-то еще не работает, Ольга Михайловна, — попытался возразить кто-то.
— И от кого это я слышу? — удивилась та. — От тебя, Гиви?.. Уволю без выходного пособия.
— Сейчас все будет сделано, товарищ майор! — откликнулся чернявый парень с кавказским шнобелем и выскочил в коридор.
— То-то…
Телегина уселась за стол. Кивнула мне, чтобы я тоже садился. Остальные остались на ногах.
— Сергиевский, докладывай!
— Э-э, — покосился на меня рослый блондин с карими глазами.
— Это Данилов, — отрекомендовала меня майор. — Приказом шефа он введен в операцию.
— Сыскари вышли на след Королевы, — начал докладывать блондин. — Как и предполагалось, она отправилась на хазу к одной из своих бывших подельниц, которая, к счастью, уже три года является осведомительницей в МУРе. Так что теперь ее величество отлеживается в теплом местечке. Наружка наша уже там.
— Молодцы, — сказала Телегина и тут же уточнила: — Это я о муровских операх, если что.
Парни угрюмо засопели.
— Ладно-ладно, не кисните, — смилостивилась начальница. — Даю новую вводную. Нужно обеспечить получение Королевой Пакета, передачу которого Сутулому мы с вами бездарно просрали… Передачу должен осуществить присутствующий здесь Данилов… Кстати, неплохо бы ему оперативный псевдоним придумать…
— А вот и чаёк! — сообщил Гиви, входя в кабинет с чайником, стаканами, картонной коробкой и горстью упаковок железнодорожного сахара.
 
— Пусть будет — Чаёк! — предложил Сергиевский.
— Не возражаешь? — спросила меня Оля.
Я пожал плечами.
— Да хоть горшком назовите.
— Итак, — продолжала майор, — надо сделать так, чтобы Чаёк передал Пакет Королеве и при этом, чтобы та не заподозрила подвоха.
Мне сунули в руки горячий стакан, в котором уже плавал чайный пакетик, с желтой бумажкой на хвостике. Как ни странно, но это был хорошо мне знакомый «Липтон».
— Так как же он передаст, если мы его в понятых засветили? — спросил еще один гэбэшник — парень не старше меня, но в два раза толще.
Как только такого в органах держат?
— Вот мы и должны придумать — как? — откликнулась Телегина. — Иначе генерал нас всех отправит на укрепление периферийных кадров. И тебя, Спицын, в первую очередь.
— Да я хоть сейчас… — откликнулся тот.
— Цыц! Пасти раскрывать только по делу.
— А ты-то сам, что думаешь, Чаёк? — спросил блондин.
— Не знаю… — ответил я. — Может изобразить, что я денег хочу? Типа, готов продать Родину за хорошие бабки…
— Поверит? — спросила Оля.
— Не знаю, но это самая реалистичная мотивировка…
— Так. Другие идеи есть?
Гэбэшники промолчали.
— Ну тогда остановимся на этой, — решила майор. — Теперь надо придумать, как ему выйти на Королеву.
— Прежде всего, надо придумать, каким образом Чаёк узнал, что Королева на свободе. Ведь он видел, как ее арестовали, — сказал грузин.
— Расклеить объявления о розыске по Москве, — предложил толстяк Спицын.
— Тогда Королеву сцапает первый же ушлый постовой, — откликнулся Сергиевский.
— Разошлем циркуляр по УВД, чтобы не трогали.
— Так она и сама носу с хазы не высунет, — проворчал Гиви.
— Куда она денется, — отмахнулась Телегина. — Ей нельзя долго отсиживаться… Итак. Чаёк увидел объявление о розыске беглой преступницы. Каким образом он узнает, где она прячется?
— А где она прячется, кстати? — спросил я.
— Самое смешное, что здесь неподалеку, — ответил блондин. — В Большом Комсомольском переулке.
— В центре, значит? Это хорошо, — сказал я.
— Чем же? — спросила Оля.
— Я же турист. Провинциал. Москву приехал посмотреть. Могу я случайно прогуливаться возле этого Большого Комсомольского?
— Можешь, — согласилась майор.
— Только придется Вершкову взять с собой, для большей достоверности.
Телегина нахмурилась.
— Вводить в операцию еще одного человека — рискованно и не согласовано руководством, — сказала она. — Чую, Севрюгов не разрешит.
— Да Вершкову и не надо вводить в операцию, — сказал я. — Увидев Королеву на свободе, она искренне удивится и это укрепит Кривошеину в мысли, что мы оказались случайно в переулке, где она заныкалась.
— Вообще-то идея толковая, Ольга Михайловна, — поддержал меня блондин.
— Хорошо, Сергиевский, — сказала та ему. — Только за безопасность девушки ты отвечаешь головой.
— Слушаюсь, товарищ майор!
— Ладно, примем пока за черновик, — проговорила Телегина. — Теперь — откуда у Чайка взялся Пакет?
— А у меня его и не будет, — сказал я. — Скажу Королеве — деньги против стульев… Она находит деньги, а я нахожу то, что ее интересует.
— Разумно, — кивнула Оля. — Чтобы найти деньги, ей придется связаться со своими хозяевами.
— Или она может пообещать деньги, а потом попытаться забрать Пакет у… трупа, — предположил грузин. — Ты уж извини, Чаёк!
  
Глава 8
 
— Еще раз такое скажешь, я с твоего трупа кое-что сниму, — пригрозила Телегина.
— А я что, я ничего! — тут же принялся оправдываться Гиви.
— И вообще, что-то вы развеселились, я посмотрю, — продолжала его начальница. — А дельных предложений от вас с гулькин… нос. Пока что больше всего инициативу проявляет Чаёк — человек посторонний. Если вы будете и дальше так работать, как я уже говорила, отправлю укреплять периферийные кадры, а вот Данилова возьму в свою группу.