Я (не)вернусь (СИ)

Рахметов был почти прав, в холодильнике были яйца, а ещё майонез. Покопавшись в кухонных ящиках, девушка нашла остальные необходимые продукты для быстрого пирога. Радуясь, что на короткое время она нашла себе занятие, Дарья включила телевизор.
* * *
Спустя шесть часов, голодный и уставший Рахметов поднимался домой, мечтая о душе и горячей еде. И если первое было осуществимо сразу, то со вторым загвоздочка, в магазин он напрочь забыл заехать. Придётся снова заказывать готовую еду, лишь бы Даша не встала в позу. Но даже если и встанет, это будет уже её проблема, не маленькая девочка и сама всё прекрасно понимает.
Само присутствие бывшей и когда-то такой любимой девушки в его квартире грело сердце и ставило в тупик, он просто не знал, как себя вести с ней, чтобы не разругаться и не наделать других глупостей. А он мог. Прекрасно помнил её нежные губы, руки на своём теле и то необузданное возбуждение, которое всегда было рядом с ней, стоило только втянуть в себя особенный, такой родной запах Даши. Но всё изменилось тогда, когда неожиданные трудности пришли оттуда, откуда Богдан не ожидал.
Картинки прошлого стали всплывать в голове, снова заставляя хмуриться и злиться. Прошёл год, как он закончил Адыгейский государственный университет спорта и назло «любимому» отцу поступил в Краснодарский университет МВД, уверенно шагая к своей мечте. Был скандал, вплоть до разрыва отношений с семьёй, из всех только мама поддержала, продолжая всей душой верить в младшего сына.
И если это он мог спокойно пережить, даже испытав облегчение от того, что постоянное давление со стороны отца наконец-то закончилось, то вот на личном фронте тучи сгущались. Ещё на четвертом курсе АГУ он баловался постоянными секс-встречами с Маринкой, первой красавицей с параллельного потока, пока случай не столкнул с её младшей сестрой. Тихая мышка с большими глазами это всё, что тогда привлекло внимание, но чем больше они общались, тем больше Даша открывалась ему с другой стороны.
Дёрнув головой, парень открыл ключом входную дверь, втягивая в себя безумно вкусные ароматы с кухни. Скинув обувь, не снимая куртку, он пошёл на запахи и остановился в дверном проёме, с улыбкой наблюдая, как Даша накрывает на стол.
— Привет.
— Привет, ты вовремя, ужин почти готов.
— Как по-семейному.
— Не надо, Богдан.
Даша вытерла руки о полотенце и отвернулась, пряча в глазах боль и сожаление. Было и так не просто эмоционально находиться рядом с ним, а слышать «такое» просто невыносимо. Она смирилась с мыслью, что уже ничего с ним у неё не будет, запретила себе мечтать и решила просто жить дальше.
— Как скажешь… Что это так вкусно пахнет?
— Ничего особенного, быстрый пирог, выбор был так себе — омлет или он.
Даша пожала плечами и поставила в центр стола большую тарелку с дымящимся кулинарным изделием. Богдан нервно сглотнул слюну и выскочил в коридор, на ходу снимая куртку, чтобы быстрее помыть руки и сесть за стол.
— Мм…как вкусно! А я уже хотел доставку заказывать. Спасибо.
Рахметов поглощал уже четвёртый кусок, запивая свежезаваренным чаем с лимоном. Даша же съела один и лениво пила свой чай, любуясь довольным мужчиной.
— Что ты узнал о квартире бабушки.
— Пока немного, подал ориентировку на эту женщину, от тебя мне теперь нужно заявление.
— Какое?
— Самое обычное, я помогу написать, так что завтра утром вместе едем в участок.
Богдан залпом допил чай, отставил кружку и задал тот самый вопрос, который задавал ранее и который до сих пор его мучил.
— Почему ты сбежала и где была всё это время?
— Бодь…
— Нет, Даша, мы должны поговорить и сейчас самый подходящий момент.
Тесно сжав ладонями кружку с чаем, девушка посмотрела на окно, отмечая крупные снежинки и мерцание гирлянд в окнах домов напротив. Люди готовились к новому году, украшая свои квартиры, и наверняка в каждой стояла пушистая ёлка. Предновогоднее время было её самое любимое когда-то, а теперь…
— Не хотела вам мешать.
— Кому нам?! Не говори загадками!
— Тебе и Марине. Она мне всё подробно объяснила.
 
Совершенно не хотелось вспоминать ехидную улыбку сестры и её надменный голос, когда она, как маленькому ребёнку втолковывала, как ей с Богданом хорошо и всё идёт к свадьбе, а Даша для него лишь временное удовольствие.
— И ты поверила? Господи, Даша, сколько тебе лет! А со мной поговорить не судьба была?
— Судьба! Я звонила тебе, но то ты недоступен, то не можешь говорить…или вообще отдыхаешь с друзьями!
— Допустим, и ты ничего лучше не придумала, как опустить руки и сбежать! Я приезжаю в Майкоп, а тебя след простыл! Весь город на уши поднял, и никто не знает где ты, а твой номер не обслуживается. Можешь представить моё волнение?
— Уже поздно…
— Поздно, когда человек лежит под двухметровым слоем земли.
— Пожалуйста, давай не будем!?
Девушка не смогла вынести тяжёлый взгляд Богдана и отошла к окну, сдерживая слёзы и болезненные удары сердца в груди. Он не понимал и сейчас не понимает, а снова испытывать боль было невыносимо.
— А когда? Скажи, когда мы сможем всё выяснить и понять? Даша! Не игнорируй меня!
Не выдержав, Богдан резко подошёл к ней и развернул к себе, удерживая за предплечья. Он был настроен решительно, и не собирался отступать. Она ответит сейчас, и загадка прошлого решится сегодня раз и навсегда.
— Ты всё решила за нас, а я должен по первой твоей просьбе замолчать в тряпочку и дальше ломать голову? — Даша дёрнулась в его руках, обжигаясь о пламенный взгляд.
— Не кричи! Ты предал нас! Ты променял меня на Марину!
Вся злость, ревность и боль разрушенной любви вылились в обвинения, а голос дрогнул на имени ненавистной сестры.
— Да о чём ты говоришь?
— Помнишь тот новый год, который мы планировали встречать вместе? Он должен был быть нашим первым.
— Помню, — Богдан помнил, как готовилась Даша и до сих пор ругал себя, что ничем тогда не мог помочь, не было возможности. А сейчас не понимал к чему она ведёт.
— И я помню. Помню каждую минуту, — Даша высвободила одну руку и провела по щеке мужчины, чувствуя жёсткие волоски бороды, вниз по шее и остановила на груди, там, где громко билось его сердце, — как хотела тебя порадовать и, как мечтала, что этот новый год будет самым лучшим в моей жизни. Но…
— Говори.
Но вместо ответа, Даша прижалась всем телом к большому и когда-то до сумасшествия любимому телу Богдана и провела язычком по его губам, уже не сдерживая слёзы, текущие по щекам.
— Но…но новый год я встретила одна у мерцающей ёлки, а к обеду первого января она прислала сообщение о том, что ей срочно нужна помощь. Никогда не думала, что люди могут быть настолько жестоки, продолжая верить в лучшее.
— Даш…
— Ты крепко спал в её кровати. Рассказывать дальше?
— Не стоит. Теперь всё понятно.
Богдан отпустил девушку и провёл рукой по волосам, лохмача их ещё больше. Тогда, именно под самую новогоднюю ночь, всё покатилось к чёрту. Брат с отцом решили в последний раз надавить на него, заявив, что его дальнейшее обучение закончено, а ему предстоит жениться на дочери компаньона отца, на той, которую он знал с самого детства и воспринимал далеко не как женщину. Разговор вылился в скандал, драку со старшим братом и всё на глазах у матери и маленькой сестры.
Его как щенка выкинули на улицу с условием, если не одумается, то родительский дом для него закрыт. Плюнув под ноги гордому главе семейства, парень ушёл не оборачиваясь, напился до бессознательного состояния со своим лучшим другом, а на утро не понимал, как оказался у бывшей подруги в постели.
И вот сейчас всё встало на свои места, а Рахметов готов был казнить себя всеми известными способами.
— Если сможешь выслушать, то, возможно, поймёшь и даже простишь, на что я сильно не рассчитываю.
Настала очередь девушки хмуриться. Она кивнула, вытирая тыльной стороной ладони мокрые щёки. Богдан положил руки на подоконник и упёрся лбом в холодное стекло, не зная, как и с чего начать, но слова сами потекли, складываясь в предложения, рассказывая то, что она не знала.