На диких берегах

Все остальные чувства, кроме неукротимого, неконтролируемого желания, притупились. Бонни хотелось раствориться в омуте охвативших чувств и отдаться своему повелителю на растерзание. Хотелось, чтобы он так же, как сейчас её губами, овладел ею всей, целиком. Волнующий своей красотой, залитый солнцем мир вокруг, приятное чувство защищённости рядом с Альвисом и будоражащий трепет от его поцелуя – всё смешалось в одно сплошное наслаждение. Бонни слышала какой-то шум, чьи-то далекие голоса внизу, но бушующая буря внутри неё заглушала всё вокруг. Эта буря захватила всё её существо. «Только ради этого момента можно было бы рискнуть и отправиться на этот остров… Должно быть, я схожу с ума, раз думаю об этом сейчас», – ей хотелось смеяться от собственных мыслей.
Вдруг откуда-то сверху раздался резкий хруст ломающейся ветки, и через мгновение сеть вместе с Бонни и Альвисом повалилась вниз. Оправившись после падения, Морган обнаружила, что лежит, уткнувшись лицом в грудь упавшего навзничь правителя. Приподнявшись, Бонни взглянула на него. Лицо мужчины казалось безмятежным, глаза были плотно закрыты, но дыхания не было заметно.
– Альвис, Альвис! Ты как? Ну же, открой глаза! Посмотри на меня! – Бонни позвала правителя по имени.
Реакции не последовало.
«Он никак не реагирует… Что, если…» – договорить страшную концовку Бонни не решалась. Мысль о том, что Альвис умер и она осталась одна среди джунглей рядом с жителями дикого племени, наводила ужас. «Нет, нет, он не мог умереть!» – она поспешно взяла себя в руки. В замешательстве Бонни опустила голову на грудь Альвиса и стала прислушиваться к его дыханию и биению его сердца. Прошло несколько напряжённых секунд, прежде чем Бонни убедилась, что правитель жив. Она с облегчением вздохнула. «Дыхание слабое, но сердце бьётся часто. Похоже, он потерял сознание. Как же привести его в чувство?» – задумалась она.
Бонни стала хлопать Альвиса по щекам.
– Ну же, Альвис! Пожалуйста, очнись! – тараторила она.
«Может, ему нужен массаж сердца или искусственное дыхание? Что делать в подобных случаях?» – Бонни задумалась, напоследок шлёпнув мужчину по щеке. Решив начать с более простого, Морган накрыла губы Альвиса своими, желая ощутить его ответный поцелуй. «Если что, я просто пытаюсь скорее привести его в чувство. Так и объясню». На долю секунды Бонни показалось, что ресницы правителя дрогнули и что он попытался открыть глаза.
– Что и требовалось доказать, ты без ума от меня! – Альвис рассмеялся и открыл глаза.
– Так ты нарочно притворялся?! – выпалила Бонни. – Ты сделал это специально?
– Да, как и там, наверху, – поднимаясь и отряхиваясь от земли, признался Альвис. – Изначально идея с поцелуем была моим планом спасения, и он отлично сработал. Благодаря твоей реакции, мы раскачали сеть, и она сорвалась вниз.
Взбешённая, Бонни вскочила на ноги и пошла прочь.
– Не спеши, смотри под ноги! – прокричал ей вдогонку правитель.
– Следите лучше за собой, повелитель! – обернулась к нему Морган и, зацепившись ногой о корень дерева, неожиданно потеряла равновесие и растянулась на земле лицом вниз.
«Вот чёрт! Этого мне только ещё не хватало!» – подумала она.
– Эй, Морган! Ты цела? – Бонни поймала на себе обеспокоенный взгляд Альвиса.
– Я в порядке, просто оступилась. Всё хорошо, – Бонни поспешно поднялась, чувствуя нестерпимую боль на своде стопы.
«Как же больно! Надеюсь, это не перелом». Девушка нахмурилась.
– Как ты, Морган? Идти можешь? – снова полюбопытствовал о её состоянии Альвис.
– Конечно, могу, – соврала Бонни. – Всё хорошо, я же сказала!
– Ладно, тогда идём, – Альвис лукаво усмехнулся и ушёл вперед. – Давай, не отставай!
– За это уж не переживайте, повелитель, – она старалась не шипеть от боли.
Пока Альвис бодро шёл впереди, Бонни из последних сил плелась сзади. «Она еле наступает на одну ногу, но ни за что не признается в этом! Нужно брать всё в свои руки», – решил правитель, глядя на изнурённую, но гордо идущую за ним девушку.
– Если остановимся немного передохнуть здесь, ты не будешь против? – поинтересовался мужчина.
 
– Будто мой голос тут что-то решает, – заметила Бонни.
– Не язви, – он нахмурился.
– Вообще-то, это мой истинный характер. Как ты и сказал, я чокнутая, упёртая и… как ещё там было? – она старательно вспоминала.
– Уже не важно, – Альвис отмахнулся от вопроса.
– Точно, повторять не стоит, потому что мне всё равно, что ты обо мне думаешь, – Бонни опустилась на землю, потирая ушибленную ногу.
Морган задумалась: «Несмотря ни на что, пока всё складывается вполне удачно. Чем больше я буду тянуть время, тем лучше».
– Ладно, насчёт чокнутой я перегнул, а вот всё остальное – чистая правда, – проговорил Альвис, садясь с ней рядом. – Не упрямься, Бонни, и позволь мне осмотреть твою ногу.
– Ногу? А что с ней не так? – Бонни резко отдёрнула руку от своей больной ноги.
– Я заметил, что тебе больно на неё наступать, – заботливо произнёс Альвис. – Я прав?
– Отчасти да, – призналась Морган. – Очень надеюсь, что это не перелом.
– С переломом ты вряд ли смогла так бодро идти… Хотя ты же Морган, – улыбка Альвиса, тронувшая лишь уголки его губ, сделала это замечание безобидным и даже милым.
Правитель осторожно стал прощупывать ногу Бонни, осматривая её.
– Как я и предполагал, у тебя просто ушиб. Уверен, ты родилась под счастливой звездой. Сейчас я сделаю тебе перевязку и станет гораздо легче, – правитель сорвал с себя лоскут одежды и стал перевязывать ногу Морган.
Тепло мужчины и нежность его голоса действовали успокаивающе. Когда тёплые ладони Альвиса касались обнажённой кожи Бонни, она мысленно обдумывала слова, которые бы записала в своём дневнике. «Я вся покрываюсь мурашками только от мысли о том, что наши тела могут соприкоснуться. Когда же это происходит на самом деле, в каждой клеточке внутри меня словно распускается множество бутонов самых прекрасных цветов одновременно. Это необъяснимо, но именно так я могу описать этот лихорадочный восторг, который овладевает мной всякий раз, когда мы рядом». Девушка мечтательно вздохнула.
– Теперь попробуй встать. Только не резко, осторожно, – голос Альвиса вырвал Бонни из её рассуждений.
Она невольно улыбнулась своим мыслям и самой себе. «А этот человек умеет быть очень обходительным, когда хочет».
– Дай мне руку, вот так, – Альвис подставил девушке свой локоть.
Опершись на него, Морган впервые почувствовала его поддержку не как хладнокровного правителя, а как доброго друга.
– Сильно болит? Идти сможешь? – спросил Альвис.
Бонни сделала шаг вперёд.
– Могу, только небыстро, – ответила она, вспомнив, что нужно тянуть время.
– Понимаю, – отозвался Альвис. – Совсем недавно я сам был сильно ранен в ногу и даже почти в то же самое место. Знаю, каково это.
«Это он меня так жалеет или высмеивает?» Бонни отвела взгляд, вспомнив сцену со скорпионом в пещере.
– Альвис, мне жаль, что так вышло… тогда, во время грозы, – в девичьем голосе было слышно сожаление.
– Что было, то было, – ответил правитель. – Теперь это уже неважно. Идём, контейнер должен быть уже совсем близко.
Бонни и Альвис продолжили путь вниз по склону и вскоре наконец добрались до контейнера с символом Гринстоуна на дверях. «Точь-в-точь такой же, какой мы недавно видели с Диланом. Знать бы, как он сейчас? Где он?» – задумалась Морган. Был самый разгар дня, и лучи солнца на открытой местности стали сильно припекать. Пока Альвис разбирался с замком контейнера, Бонни села на траву в тени дерева. Она погрузилась в свои мысли: «Пока всё идёт хорошо, но что я буду делать дальше? Куда поведу Альвиса? Что будет, когда он узнает, что я понятия не имею, где камень?» Прервав её размышления, Альвис с подносом, наполненным провизией, сел рядом с Бонни.
– Пожалуйста, угощайся, – мужчина поставил поднос на землю.
Морган была так голодна, что без всякого стеснения схватила большой кусок вяленого мяса.