На диких берегах

Океан приветствовал мягкие утренние лучи солнца тёплым бризом. Легкая утренняя дымка, похожая на пелену тумана, простиралась над водой. Сквозь эту дымку Морган показалось, что она видит очертания корабля.
– Ник, взгляни! Неужели там паруса?
Паркер поднял ладонь к лицу, щурясь от яркого солнца и с волнением всматриваясь вдаль.
– И правда, кажется, там корабль!
– Да! Корабль! Сюда плывет корабль! – радостно прокричала Бонни.
– Я верил, я знал! – Ник побежал к воде, размахивая руками. – Э-э-эй! Мы здесь! Сюда!
Бонни бросила собранный для костра хворост и устремилась за Ником.
– Мы здесь! Сюда! Плывите к нам!
– Эге-гей! – заголосил Николас.
– Какой волшебный у нас вышел сигнальный костёр! – с улыбкой на лице произнесла Бонни.
– Ну, я же говорил, что за нами скоро кого-нибудь пришлют! – ответил ей Ник, не сводя взгляда с горизонта.
И Ник, и Бонни пребывали в состоянии волнующего предвкушения. Со стороны казалось, что корабль замер на месте, изучая их. Воображение Морган рисовало картину о том, что это был тот самый корабль, на котором её отец отправился в экспедицию, хоть она и понимала, что такое маловероятно. «А вдруг это корабль отца? Что, если корабль уцелел, и папа остался жить на борту, продолжая своё дело?» – лихорадочно думала девушка. Шли минуты тревожного ожидания, и радость Бонни сменилась беспокойством.
– Ник, а как мы поймём, что нас заметили? Почему они молчат? Разве с корабля не должны подать нам какой-то ответный сигнал?
– Без паники, Бонни, – спокойно ответил Паркер. – Уверен, сейчас за нами пришлют шлюпку.
Спустя ещё какое-то время на возгласы Ника и Бонни с корабля по-прежнему отвечали тишиной и безучастностью. Николас привязал свою футболку на длинную палку и стал размахивать ею, как флагом, но и это не дало никакого эффекта.
– Почему они нас игнорируют? – запаниковала Бонни.
– Что-то здесь не так, – согласился с ней Ник.
– Если корабль не плывёт к нам, мы сами поплывём к нему! – с этими словами Бонни бросилась в воду.
– Хах, смело! – недолго думая, Ник поплыл следом за девушкой.
Преодолев приличное расстояние, они наконец приблизились к кораблю. Вблизи он был совсем не таким, каким казался издалека. Корабль был выкрашен в чёрный цвет, как раз под стать уже изрядно выгоревшим тёмным парусам. Носовая его часть была сильно разбита, корабельные мачты покосились и в некоторых местах заметно прогнили.
– А я так надеялся, что это за нами, – признался Ник, понимая, что это судно не имеет никакого отношения к ожидаемым спасателям. – Я уже представлял, как мы мчимся за твоим отцом на всех этих парусах!..
– Я тоже… – разочарованно ответила Морган. – Может, поднимемся на борт?
Бонни указала на канаты, свисающие с правого борта.
– Это что? Верёвочная лестница? – удивился Ник, подплывая ближе.
– Скорее, то, что от неё осталось… Но, возможно, нас выдержит, – Морган потянула за верёвки и решила рискнуть, взбираясь по ней наверх.
За девушкой последовал Ник, и вскоре они вдвоём оказались на борту корабля.
– Эй, здесь есть кто-нибудь? – стала звать Бонни, осматривая просевшую палубу и разглядывая полуразрушенные мачты на ней.
– Сомневаюсь, что нам кто-нибудь ответит, – произнёс Николас. – Похоже, этот корабль потерпел крушение, и довольно давно…
Ребята прошлись по пустынной палубе, заглянули в безлюдную капитанскую рубку. Не было похоже на то, что хоть кто-нибудь из экипажа пережил крушение. Техника была разбита и, кажется, неисправна, на полу были следы пролитого кофе, всё, что могло упасть, упало и покосилось. Печальный вид. Продолжая исследовать корабль, Бонни подняла голову и застыла на месте.
– Не может быть! Ник! Иди сюда!
– Что? – откликнулся Ник.
Бонни указала на развевающийся флаг с черепом и костями, и её сердце забилось быстрее.
– Смотри! Мы на настоящем пиратском корабле!
– Вот это да! – воскликнул Николас. – Эх, жаль, у меня нет камеры с собой. Пираты и корабли – моя страсть!
Ник и Бонни прошлись по каютам. Старинная мебель и вещи в них пропахли сыростью, по стенам разошлась зелёная плесень. В одной из кают Николас остановился перед большим столом из красного дерева. Один из его украшенных резьбой ящиков был приоткрыт и соблазнял заглянуть внутрь. Среди разных мелочей, находящихся там, Бонни увидела небольшую шкатулку с маленьким навесным замком и взяла её в руки.
 
– Какая интересная вещица. Любопытно, что там?
– Ну-ка, дай мне взглянуть, – с интересом отозвался Ник и, покрутив шкатулку в руках, сорвал замок и открыл крышку.
На дне шкатулки лежал блокнот в кожаной обложке. Бонни взяла его в руки и бегло пролистала страницы. Почти все они были вплотную заполнены записями на иностранном языке и иногда сопровождались мелкими рисунками на полях.
– Смотри, здесь даты вверху каждой страницы, – заметил Ник и предположил, – должно быть, это чей-то дневник. Жаль, что год не указан. Было бы любопытно узнать, какому времени принадлежит этот артефакт.
Бонни остановилась на одном из разворотов, внимательно вглядываясь в его содержание вместе с Ником.
– Несмотря на аккуратность почерка, я не могу понять ни слова. А эти закорючки на полях, ты узнаёшь их? – Николас ткнул пальцем в один из затейливых завитков. – Это же тот самый символ, напоминающий спираль, который был на камне аборигенов!
Бонни затаила дыхание, сходство было несомненным.
– Чей это дневник и зачем кому-то запирать его на замок? – Она нахмурилась, в её голове что-то не сходилось.
У Ника загорелись глаза.
– Может, тут описано, где спрятаны сокровища? Я слышал, пираты часто оставляли награбленное в каком-то тайном месте.
– Тут всё так неразборчиво, но, кажется, записи на испанском… – стала находить знакомые слова Бонни. – Да, точно! Вот здесь «yo» – значит «я», «nuestro» – «наш»… Одно время я увлекалась одной испанской певицей и изучала испанский по её песням.
– Ух ты! Значит, ты сможешь перевести все эти записи?! – радостно воскликнул Николас.
– Все, конечно, вряд ли, но я попробую. Нужно вчитаться… – пока Бонни продолжала изучать текст, Ник стал дальше осматривать каюту и вдруг воскликнул:
– О, Бонн, взгляни, что я нашёл!
Девушка ощутила неприятную дрожь, увидев Николаса перед собой с револьвером в руках.
– Он был в том стальном чемоданчике, – кивнул в угол каюты Паркер. – Здесь даже гравировка с инициалами… Класс!
Бонни взглянула на револьвер ближе и прочла выгравированную надпись: «А. Л. Родригес».
– Так, интересно, он ещё стреляет? – намереваясь разобрать оружие, проговорил Ник.
– Ник, прошу, положи пистолет на место! – не поддержала эту идею Морган и отвела глаза.
Вдруг её внимание привлекла картина на стене, окаймлённая золотой рамой. Бонни положила блокнот на стол, подошла ближе и аккуратно стряхнула с картины пыль. Взору девушки открылось изображение мужчины с тёмными волосами, в широкополой шляпе. Это был привлекательный, молодой пират с надменным выражением лица и лёгкой тенью загадочной улыбки. «Какой искусный портрет. Такой притягательный, властный, живой взгляд», – Морган провела рукой по картине, и Ник тоже подошёл к ней, разглядывая детали.
– Похоже, он был тут капитаном… Крутая шляпа! Мне б такая пошла! – прикинул Николас.
Вдруг раздался какой-то резкий неясный шум. Бонни вздрогнула от неожиданности.
– Что это было?
– Аборигены? – почти прошептал Ник.
Они затаили дыхание и прислушались. Откуда-то сверху доносились стуки и приглушенные голоса. «Может, это духи погибших пиратов?» – промелькнуло в голове у Бонни, когда Николас потянул её за руку.
– Валим отсюда!
Стараясь ступать как можно тише и постоянно оглядываясь, они выбрались на палубу.
– Ты помнишь, где была лестница? – тихо спросила Бонни.
– Кажется, там! – указал в сторону Ник, и они тут же направились в выбранном направлении, но почти сразу отпрянули.