На диких берегах
В этот момент музыкальные инструменты аборигенов заиграли громче. Люди вокруг задвигались в новом, стремительно ускоряющемся ритме. Хассет подхватил Бонни на руки и опустил в гущу танцующих. Девушка вдруг почувствовала себя как никогда хорошо и свободно. Внезапно возникшее ощущение лёгкости и беззаботности окрыляло её и становилось всё более сильным. Сердце Бонни ликовало от какого-то сумасшедшего веселья, переходящего в эйфорию.
В её крови бушевал адреналин, и её ноги будто сами пустились в пляс.
Уже через считанные минуты Морган кружилась в танце среди аборигенов и кричала от переполняющего её восторга:
– Как же тут здорово!
Окружающий мир замигал и завертелся вокруг неё, отражаясь в сознании множеством разноцветных огней и звуков, которые то тускнели и затихали, то с новой силой вспыхивали вновь. Рядом с Бонни, бесстыдно прижимаясь к ней, двигался в ритме танца Хассет. «А танцует он очень даже неплохо», – решила Бонни, в то время как руки Хассета сначала просто скользили по её талии, а затем стали бесцеремонно блуждать по её разгоряченному телу.
– Эй, не много ли Вы себе позволяете? – пытаясь сосредоточить свой взгляд на лице Хассета, спросила Морган, забыв о том, что вождь не знает её языка.
Внезапно сквозь дикие песни аборигенов она услышала отчаянный крик Ника:
– Бонни-и-и! Бонни! Прошу, останови их, Бонни-и-и! Не-е-ет, пожалуйста, не надо! Не-е-е-ет!
– Господи, Ник! Где он? Что с ним? – Морган вырвалась из объятий Хассета и, оглядываясь по сторонам, стала пробиваться сквозь толпу в поисках Паркера.
– Ни-и-ик?! – Бонни подбежала к светящемуся камню. Подняв голову, она наконец увидела Николаса, и кровь её словно застыла в жилах.
Паркер был подвешен над камнем так же, как человек, которого они недавно спасли… Его тело вниз головой болталось на ветке, его глаза были закрыты. Двое аборигенов-палачей, стоящие внизу, тянули на себя верёвку, которая с силой сдавливала его горло.
– Немедленно отпустите его! Ник – мой друг! Он может стать и вашим другом! – Морган бросилась к аборигенам, держащим верёвку, и попыталась объяснить свои слова жестами, но они никак не отреагировали на них.
Остальные дикари стали возводить руки к небу и хором кричать, не обращая на призывающую к их милости Бонни никакого внимания.
– Канеска! Хала канеска! Хала! – кричали они, и вождь поддерживал своих соплеменников:
– Канеска! Хала канеска!
– Что? Что это значит? – Морган взобралась на камень и снова попыталась остановить это безумие. – Отпустите Ника! Вы не имеете права его убивать!
Вопреки её отчаянным возгласам, дикари тут же оттолкнули Бонни в сторону, и она обессиленно упала на землю подле камня. От резкого удара у Морган потемнело в глазах, и она до крови расшибла локоть и колени, но не сдалась. Поднявшись на ноги, Бонни повернулась к вождю и прокричала ему сквозь толпу:
– Хассет! Вождь! Помогите мне спасти Ника, прошу!
Никакой реакции от вождя не последовало, и Бонни набрала полную грудь воздуха, чтобы повторить свою просьбу ещё раз, как вдруг она почувствовала, как кто-то похлопал её по плечу сзади. Морган резко обернулась. Лицо человека расплывалось у неё перед глазами, и она не сразу узнала в нём того самого парня, которого они с Ником спасли сегодня как раз с этого же места.
– Ты?
– Закрой уши. Сейчас будет громко! – незнакомец поднял руку вверх, и раздался оглушительный выстрел.
Один из аборигенов-палачей, поражённый пулей, упал замертво. Второй со страшными воплями бросился бежать. Ещё несколько патронов полетели в воздух. До смерти напуганные аборигены стали разбегаться в разные стороны. Незнакомец ловко залез на камень и стянул Ника вниз. Бонни помогла освободить Паркера от верёвок и прильнула к его груди. «Слава богу, жив!» – с облегчением выдохнула она.
Бонни перевела взгляд на незнакомца.
– Как ты здесь оказался? Кто или что заставило тебя вернуться?
– Оставленный здесь револьвер, а ещё желание проучить этих дикарей, – незнакомец взвалил Ника на плечи и скомандовал Бонни. – Погнали, пока они не опомнились!
Пробравшись сквозь заросли, ребята вышли на каменистый берег. Незнакомец осторожно уложил Николаса на траву и наконец представился:
– Вовремя я подоспел. Кстати, я Дилан. Дилан Гамильтон.
– Я Бонни Морган, – проговорила Бонни и изучающе посмотрела на Дилана.
Его статная мускулистая фигура, бесстрашный взгляд – весь его вид говорил о силе и будто неиссякаемой жизненной энергии. Шрамы и кровоподтёки на коже не портили его, а лишь добавляли привлекательности. Руки парня украшали замысловатые браслеты. В его глазах горел озорной огонёк. «Он такой решительный и смелый. Может стать нам хорошим товарищем», – решила про себя Бонни и взяла Ника за руку, прислушиваясь к его дыханию.
– Как думаешь, он скоро придёт в себя? – обратилась она к Дилану, и тот неопределённо пожал плечами в ответ.
– А кто сказал… Кто сказал, что я не в себе? – вдруг подал голос Паркер.
– Ни-и-ик! Как ты? – стала обнимать Паркера Бонни.
– Будто всю душу вытрясли, – улыбнулся Ник.
– Ещё немного – так бы оно и было! – вмешался в разговор Дилан. – Это племя приносит в жертву белых людей своим канеска, то есть богам.
– Какая дикость! – радуясь, что им удалось вырваться, Бонни перевела взгляд на нового знакомого. – Если бы не Дилан, страшно представить, что было бы с нами.
Николас с благодарностью протянул руку своему спасителю.
– Спасибо, друг.
– Взаимно, приятель, – ответил Дилан. – Как по мне, нужно гнать от этого дикого леса подальше!
– Есть идеи? – поинтересовалась Бонни, на что Дилан уверенно ответил:
– Я знаю здесь неподалеку спокойное, безопасное местечко. Может, отправимся туда? Там есть запасы воды, если понадобятся.
– Хах, так с этого сразу и надо было начинать! – Николас поднялся, показывая готовность отправиться в путь. – Идём, конечно! Это далеко?
– Не очень, пару миль, – заверил Дилан.
У Ника округлились глаза.
– Пару миль? Конечно, это сущий пустяк. Не знаю, как у вас, но у меня ноги отваливаются.
Бонни решительно встала.
– Если там есть вода, можно и потерпеть.
Это был весомый аргумент, и Ник спорить не стал. Все трое без промедления отправились в путь.
– А вы как давно на острове? – начал беседу Дилан.
– Совсем недавно и, надеемся, ненадолго, – ответил Николас.
– А что произошло? Падение самолёта или кораблекрушение? – сыпал вопросами новый знакомый.
Ник и Бонни поведали Дилану свою историю, после чего он стал рассказывать о себе:
– Самолёт, на котором я летел, разбился. Возникли какие-то неполадки с электроникой, и пилот потерял управление. Двигатели отказали, и мы просто рухнули вниз, в самую гущу растительности. То, что я остался в живых, просто чудо.
Было видно, что рассказ даётся Дилану нелегко, но он всё же продолжал:
– Моё место было в хвосте, и мне удалось выбраться через аварийный выход. Спасти кого-либо ещё, к сожалению, я не смог…
– О, это так печально. А как давно это случилось? – поинтересовалась Бонни. На что получила весьма сбивчивый ответ:
– Не знаю точно, я потерял счёт времени. Я здесь уже несколько месяцев.
– Ого! Приличный срок… – Бонни и Николас переглянулись между собой.
– Это службы спасения у нас так никудышно работают, или это ты такой никому не нужный и тебя никто не ищет? – продолжал тему Ник.
– А ты проживи здесь с моё, тогда и поговорим на эту тему, – Дилан отмахнулся от стаи мошек и зашагал быстрее.
– Но ты же пытался как-то связаться с внешним миром? Подавал сигнал о помощи? – Бонни поравнялась с Диланом и получила неутешительный ответ:
– Я надеялся, что в самолёте есть что-то типа радиомаяка и он будет отслеживаться, но все мои надежды рухнули вместе со взрывом топливного бака, а с ним и всего самолёта… Тогда я выбрался на берег и выложил из камней на песке слово SOS. Это дело отняло у меня несколько дней, но, как видите, не дало никаких результатов. Когда мне удалось добыть огонь, я тут же разжёг большой костер на пляже и ожидал, что спасатели меня заметят, но никто так и не прилетел, и не приплыл ни в тот день, ни на следующий, ни через неделю и даже месяц…