Претор (СИ)

Да, чуть-чуть загрузился, узнав, что на минус третьем этаже «подарка» имеется профессиональный зал для боевки. Но стоило Катерине нарисоваться на пороге гостиной, как мысли о ненавистных тренировках были задвинуты куда подальше, обе сумки выдернуты из не таких уж и слабых девичьих ручек, а пока еще пустая гардеробная нашлась «сама собой». О том, что в ней катастрофически не хватает полотнища с какой-нибудь яркой геометрической фигурой, естественно, даже не заикались. Но посмотрели на место, на котором можно было бы разместить такой «экран», практически одновременно. Потом переглянулись, почти одинаково вздохнули, быстренько переоделись и вышли в коридор. Большая часть обитателей этого этажа была уже на низком старте, но мы подождали задерживавшихся. А когда в лифтовый холл примчались Галя и Мин Сим, матушка вдруг вспомнила о Валентине Алексеевне и набрала ее со своего комма.
Ходить вокруг да около, по своему обыкновению, не стала — сообщила, что мы уже в Морском дворце, объяснила, где нас искать, и огорошила:
— В общем, если есть возможность вырваться на оперативный простор и желание сплавать к горизонту в компании с любимыми родичами, то вперед, за купальником!
Ответа мы, естественно, не услышали, но родительница его повторила. Сразу после того, как сбросила звонок:
— Будет от силы через пятнадцать минут. Значит, успеем изучить место дислокации и обосноваться на самом козырном месте…
Откровенно говоря, выдвигаясь изучать «место дислокации», я почему-то был уверен, что пляж на территории Императорской резиденции окажется широченным, здоровенным, облагороженным до безобразия и забитым если не сильными мира сего с близкими родичами и представительными свитами, то хотя бы толпами услужливых слуг и бдительными телохранителями. Но стоило пройти через тенистый парк и спуститься по аккуратной лестнице из розового мрамора, как мы оказались на сравнительно небольшом «пятачке», на котором не было ни души!
Да, неподалеку, в скале, обнаружилась дверь из матового стекла, за которой, вероятнее всего, прятались все удобства, которые в принципе могли понадобиться отдыхающим, чуть поодаль в море вдавался аккуратный эллинг, а за ним виднелся пляж покомфортабельнее, но, в общем и целом, нам понравилось. Хотя, будь у меня выбор, я бы предпочел оказаться на Исигаки.
На сдвоенные лежаки никто усаживаться или укладываться и не подумал — покидали на них полотенца и контейнеры с алхимией, спустились к воде, вошли в нее кто по колено, кто по пояс, кто по грудь, слегка обломались и развернулись к лестнице. Хотя понимали, что Валентина Алексеевна придет в лучшем случае минут через десять. Потом непоседа-Янка попробовала меня утопить, но не преуспела, и со вздохом выразила мысль, которая крутилась у меня в голове:
— Тут очень неплохо. Но после сказочной красоты Исигаки почти не цепляет. Эх, попался бы мне в руки ублюдочный Амару — удавила бы, не задумываясь!
— Да, фотографии с Исигаки цепляют за душу намного сильнее, чем этот вид… — вздохнула Галя, стоящая у кромки воды. — Жаль, что половина команды на том острове уже не побывает…
— Побываете. Если не следующим летом, то через одно… — уверенно пообещала матушка. А я мысленно продолжил: — «Так как конфликтовать с сыгранной командой из трех десятков Архимагов не захочет даже Удав…»
Потом залюбовался формами Наоки, очень волнующе подчеркнутыми темно-красным раздельным купальником, уделил толику внимания остальным дамам, пришел к выводу, что женская половина нашей компании выглядит просто убийственно, заметил, как вытягивается лицо «исключения», повернул голову туда, куда смотрела кореянка, и мысленно хмыкнул — по правую руку от Валентины Алексеевны на пляж спускалась Мирослава Михайловна, а по левую и чуть позади — Наиля Каримовна.
«Они тоже собрались плыть с нами к горизонту?» — ошалело подумал я и не ошибся: весело поздоровавшись с нами, все три женщины притормозили возле первого попавшегося лежака, сняли летние сарафанчики и двинулись к воде, плавно покачивая аппетитными бедрами!
 
Залипать на точеную фигурку Императрицы-Матери я не решился, хотя разумом понимал, что и ей приятно мужское внимание: мысленно отметил, что и это творение Валентины Алексеевны является шедевром, переключился на саму «прабабку», восхитился снова и полюбовался зрелой красотой сестры Величайшего Архитектора Всех Времен и Народов. А потом получил в бок от младшей сестренки и догадался, что пора бы уже что-нибудь и сказать. Вот и сказал:
— Сколько себя помню, на первом месте в моей личной табели о рангах стояла красота души. Несколько мгновений тому назад я вдруг засомневался в том, что был прав. А сейчас прозрел: вы восхищаете именно потому, что невероятно красивы и душой, и телом!
— Готов подписаться кровью под каждым словом Люта! — заявил Дауд и прижал руку к сердцу, а Ларс
стрельнул взглядом в сторону Вики и притворно вздохнул:
— Понимаю, что рискую жизнью, но все равно признаюсь, что согласен с обоими!
— Ну да, вам, естественно, не жить! — хохотнула государыня и успокоила: — Но умрете вы, безусловно, достойно, то есть, от рук ничуть не менее добрых, умных и красивых девушек, чем мы, и по очень уважительной причине!
— Не умрут… — возразила ей Наоки. — Мужчин, способных видеть в нас личностей, а не красивые картинки — единицы. И уничтожать таких уникумов — это полный и законченный идиотизм!
Мы втроем «облегченно выдохнули», дамы жизнерадостно рассмеялись, а Волконская посмотрела вправо-влево, заметила две группы наших пестунов, спешно скидывающих с себя одежду метрах в пятидесяти от нас, и «грозно нахмурилась»:
— И кто это у нас такой предусмотрительный?
Над нашей компанией взметнулся лес рук.
— Небось, писали в оперативный канал? — продолжила «возмущаться» она.
Мы слитно кивнули.
— Значит, я бы выиграла спор, согласись на него хоть кто-нибудь! Нет в жизни счастья… Э-э-эх…
— Как это «нет»? — возмутилась «прабабка». — Вы вот-вот поплывете к горизонту в самой лучшей компании на свете, а телохранители, доставшие до смерти, останутся на берегу!
— О, черт, об этом я, каюсь, не подумала… — «обрадованно призналась» государыня, вошла в воду по пояс и как-то резко перестала валять дурака: — Кстати, народ, меня тут спрашивают, сколько со мной Молниевиков и умеют ли они работать против аквалангистов.
— Официально — трое… — проартикулировала ей матушка. — В этой группе — Дауд, в правой — Кнут, а в левой — Ика. А на самом деле семеро только у нас. А еще нас прикрывают два эмпата, два менталиста, два сильных Водяных, два мага Крови и тэдэ. Так что аквалангисты даже не квакнут…
 Глава 14 
 Часть 1 
10 августа 850 г. от ОВД.
…Утренний заплыв к горизонту понравился мне куда больше вечернего сразу по нескольким причинам. Но самых главных было всего две — во-первых, мы не работали, а отдыхали, и, во-вторых, плыли, куда глаза глядят, не всей командой, а только втроем. Да, я бы нисколько не расстроился, составь нам компанию матушка, Раиса Александровна, Наоки, Яна, Эиру и Дауд, но такое прибавление наверняка изменило бы оттенок получаемого удовольствия. Но это конкретное — ощущение невероятного спокойствия и тихого уюта — было настолько комфортным, что не передать словами. Вот я и старался не думать о том, что фактически сбежал от друзей и подруг, а значит, получу по первое число за столь «изощренное коварство» — просто скользил, расфокусировав взгляд, вслушивался в ритмичное «журчание» воды справа и слева, частью сознания ощущал счастье Церберш, подбивших меня на такую «авантюру», и грезил о будущем, в котором подобный отдых будет случаться чаще, чем раз в сто лет. Не переключился в рабочий режим и после того, как подсознание, контролировавшее происходящее, сочло, что пора тормозить — вышел из очередного скольжения, перевернулся на спину, закрыл глаза и растворился в безвременье. Не столько зная, сколько чувствуя, что Валя с Катей лежат рядом и млеют от того же самого удовольствия, что и я. А через какое-то время так же бездумно перестал контролировать ритм дыхания, дождался, пока ноги начнут «тонуть», мазнул взглядом по далекой береговой линии и поймал себя на мысли, что не хочу возвращаться к осточертевшим тренировкам и интригам старших. Потом посмотрел на экран комма, отрешенно отметил, что до общего подъема осталось всего четырнадцать минут, и ничуть не удивился, заметив, что в «реальность» возвращаются обе целительницы, а не какая-нибудь одна.