Претор (СИ)
— Ну все, мы ее окончательно испортили… — притворно расстроилась старшая Церберша, отвесила младшей легкий подзатыльник, легла, поймала за хвост какую-то мысль, снова приподнялась на локте и с хищным интересом посмотрела на меня: — Мой господин, а Кутепова вам случайно не писала?
Память услужливо «вывесила» перед глазами картинку-воспоминание с автодрома, на которой Воздушница стояла в комбезе гонщика, без шлема, с распущенными волосами и влюбленно смотрела на меня.
Ну да, я расстроился. Но все-таки выпростал руку из-под головы Незаменимой, дотянулся до комма, просмотрел пачку уведомлений и сказал чистую правду:
— Прислала еще два сообщения.
— Зачитывайте, а то мы умрем от любопытства!
Я развернул первое, пересчитал вложения и вздохнул еще раз:
— Одно, судя по всему, было отправлено уже после того, как я вырубил оповещения, но до того, как Ксения прочитала мой ответ. Поэтому содержит четырнадцать фотографий и две видеозаписи. А текст звучит так: «Лютобор Игоревич, я только что представила себя на вашем месте и пришла к выводу, что те фотографии уже наверняка изучены от и до, а значит, не вызывают по-настоящему сильных чувств. И это не может не расстраивать. Так что ловите новые — уверена, что они зацепят еще сильнее. Ну, а записи того, как я шалю, вне всякого сомнения, переключат на мою волну…»
Девчата захихикали еще на третьем предложении. А четвертое вызвало у них смеховую истерику. Впрочем, ни одной просьбы показать картинки или «прямой репортаж с места событий» так и не прозвучало — закончив смеяться, Валя призналась, что хотела бы увидеть лицо Кутеповой в тот момент, когда она увидела в моем ответе снимок апрельского сообщения с «запечатанным» вложением. А Катя насмешливо фыркнула:
— Снимок ее, естественно, шокировал. Но наверняка не так сильно, как объяснения нашего господина. Кстати, ты не поверишь, но я запомнила их слово в слово: «Ксения Олеговна, в моей личной системе координат просмотр откровенных фотографий девушки однозначно воспринимается, как шаг ей навстречу. Я не могу и не хочу обнадеживать ни вас, ни кого-либо еще. Ведь одноразовые связи в принципе не интересны, а для серьезных отношений физически нет времени. Поэтому прошу проявить великодушие и не выводить меня из зоны комфорта…»
— Звучит здорово! — кивнула Незаменимая. — И, теоретически, не должно было обидеть. Но чужая душа — потемки…
Пока они обсуждали мою попытку унять фантазии разбушевавшейся Воздушницы, я открыл ее второе сообщение и проглядел его по диагонали. Зацепившись взглядом за последнее предложение, вдумчиво прочитал сначала его, а затем весь последний абзац, не на шутку разозлился, в сердцах удалил бредятину к чертовой матери и… почувствовал в эмоциях Церберш точную копию ярости, ударившей в голову мне! Вот и попробовал их успокоить:
— Да, просьба не выводить меня из зоны комфорта проигнорирована. Но если Ксения не изображает чувства, а реально влюбилась, то ни о каком критическом восприятии действительности не может быть и речи. Хотя бы из-за классического подросткового максимализма. В общем, придется потерпеть. И еще: зачитывать подобные сообщения даже вам я считаю невместным. Не обижайтесь, ладно?
— Мы не обижаемся, а гордимся! — ничуть не кривя душой, заявила Валя. А Катя собралась что-то добавить, но в этот момент мне прилетело сообщение от младшей сестренки, и я, прочитав два коротеньких предложения, откинул в сторону одеяло:
— Янка обзывает нас засонями и предупреждает, что через десять минут завалится в гости в компании Наоки и Эиру!
— И ведь права! — хохотнула Незаменимая, вскакивая с кровати. — Уже десятый час, а мы еще в постели…
— У нас уважительная причина: мы переспали с любимым господином! — игриво пошутила расшалившаяся Катерина и… как-то уж слишком медленно последовала примеру подруги.
Каюсь, не удержался и шлепнул по подставленной попке, упакованной в узенькие кружевные трусики.
Валя ехидно поздравила хулиганку с исполнением мечты всей жизни, а затем посмотрела на меня и спросила, как мне этот экземпляр.
Никакой ревности или злости я в ней не видел, поэтому честно сказал, что «экземпляр» умопомрачительно хорош, подмигнул его засиявшей хозяйке и напомнил дамам, что мы, собственно, торопимся.
Умывался и одевался, что называется, бегом, однако в десять минут не уложился — в тот момент, когда я приперся в гостиную, сестренка уже сидела на диване с бокалом апельсинового сока в руке, Онна-Бугэйся на пару с Катей хозяйничала у стола, а Медовая Змеюка стояла у окна и любовалась давно проснувшимся городом. На последнюю я и залип — светло-розовая футболка, попавшая под лучи летнего солнца, стала практически прозрачной и окутала убийственные формы уроженки Империи Солнца чем-то вроде божественного ореола. Вот я на них и залип.
Когда именно Янка поставила бокал на подлокотник и переместилась ко мне скачком, честно говоря, не заметил. Зато услышал ее довольный смешок и авторитетное заявление:
— Она у нас хороша! Особенно с этого ракурса…
Пока я приходил в себя и придумывал достойный ответ, Земляничка дернула меня за локоть, развернула к себе и застрадала:
— Да, Эиру фантастически хороша. Но в свете наклевывающихся проблем ее красота радует не так сильно, как могла бы…
— О каких проблемах идет речь? — спокойно спросил я, заметив искорки смешинок в глазах Наоки.
— Нам понравились братья Чернышовы… — убито вздохнула сестренка.
— И теперь вы боитесь передраться? — ехидно поинтересовался я, снова посмотрел на японочку и не на шутку обрадовался, когда она замахала руками:
— Не-не-не, на нас с Эиру можешь не коситься: нам Чернышовы, грубо выражаясь, до одного места!
— Старший понравился Мин Сим… — подхватила Змеюка.
— Но так, чисто теоретически. А Янке симпатичны оба. Но она никак не может определиться с выбором. А еще прекрасно понимает, что в свете последних событий эти красавчики запросто могут оказаться чьими-нибудь подсылами, классическое свидание может закончиться похищением и тэдэ…
— Угу… — грустно подтвердила сестренка, обхватила меня за талию и уткнулась лбом в грудину: — Хочу влюбиться и забыть обо всем на свете. Но не могу себе это позволить. Вот и бешусь…
Я ласково погладил ее по голове и спросил, чем могу помочь.
Девушка подняла голову, посмотрела мне в глаза и решительно тряхнула волосами:
— Попроси свою тетушку пробить эту парочку по полной программе! И если они окажутся чистыми, то устрой еще одни покатушки. По возможности, без толпы левых баб. А если нет, то помоги найти в Чернышовых какие-нибудь серьезные изъяны!
— У-у-у, как тебя проняло… — почувствовав, что она не шутит, искренне посочувствовал я, подхватил расстроенную девчонку на руки, отнес к дивану, сел вместе с ней и прижал к груди ни разу не хрупкое тельце: — Со Светланой Романовной поговорю. И покатушки устрою. Само собой, без левых баб. А с поиском изъянов торопиться не буду.
— Спасибо, братик! — радостно замурлыкала она, подставила голову под мою ладонь, зажмурилась от удовольствия и довольно замурлыкала: — Я так тебя люблю…
Я чмокнул ее в лобик и, решив не затягивать с выполнением первого обещания, набрал матушку.
Она ответила буквально через пару секунд, попросила немного повисеть на связи и «на что-то отвлеклась». А где-то через полминуты на экране моего коммуникатора появилась пиктограмма, свидетельствующая о переключении в защищенный режим, и в голосе родительницы послышались металлические нотки:
— Привет, Лют. Извини, что не звонила, но мы с Раей все еще на ногах и освободимся в лучшем случае завтра днем. Впрочем, парой-тройкой новостей поделимся уже сейчас. Новость первая, великолепная: Ярослав Георгиевич сообщил Хуану о задержании сотрудника посольства, координировавшего слежку за тобой-любимым, и поставил ультиматум: если Трастамар не найдет и не передаст нам личность, затеявшую это непотребство, то наша армия сотрет Мадрид с лица Земли. Воевать с нами горе-король не захотел и минут сорок тому назад отправил к менталистам Диего Носатого, Гаспара Кривого и еще четверых родичей. Новость вторая, тоже ничего: пока вас прикрывали «Святогоры», группа быстрого реагирования ИСБ взяла на подходе к хорошо подготовленной стрелковой позиции снайперскую пару, отправленную по твою душу ублюдочным Бестужевым-старшим.