Претор (СИ)

— Наоки, это я, Лютобор! Сейчас я избавлю тебя от блокиратора магии и нацеплю на руку нейтрализатор ослаблений…
— Прости, я толком ничего не вижу, поэтому била по силуэту… — как-то уж очень спокойно сообщила она, подождала, пока я разомкну «кольцо» на ее левой руке и натяну браслет, позаимствованный у агонизирующего трупа, без особой спешки вытерла уголком одеяла окровавленное лицо, проморгалась, поймала мой взгляд и виновато вздохнула:
— Я не спала. Но… замечталась. Настолько сильно, что приняла силуэт этого урода за твой, обрадовалась и не среагировала на первое движение. Да, потом переключилась в боевой режим, замкнула второе «кольцо» блокиратора на запястье этого здоровяка, отбила ему гениталии и выколола глаз, но он, гад, оказался слишком живучим!
— Главное, что ты дождалась моего появления… — с нажимом сказал я, с болью в сердце оглядел заплывшие глаза, сломанный нос, порванный рот и здоровенную ссадину на подбородке, с трудом задавил очередную вспышку ярости, ласково потрепал девушку по слипшимся волосам и помог вернуться в боевой режим: — В общем, пока будем считать тебя редкой умницей. А все ошибки, допущенные во время схватки, разберем после того, как найдем и грохнем еще живых сообщников этого скота. Кстати, Аямэ, как я понимаю, ушла ночевать к Инею?
Девчонка коротко кивнула, поморщилась от вспышки боли, осторожно потрогала обезображенное лицо и скрипнула зубами. А через долю секунды, почувствовав, что особняк встряхнуло, как при землетрясении, одновременно со мной прыгнула скачком ко входной двери…
 Глава 1 
 Часть 2 
…Высшее заклинание школы Земли, внезапно встряхнувшее особняк, встревожило не только нас с Онна-Бугэйсей и членов нашей команды, уже пребывающих в адеквате, но и пока еще живых членов группы захвата. Один из них осторожно выглянул в коридор из покоев, занятых Кнутом и Икой, а через мгновение умер, поймав обезглавливание Эиру. Ледовика, высунувшего клюв из следующего дверного проема, убила она же. Хотя к нему прыгнули и мы с Наоки — сразу после выхода из скачка перерубила секатором на редкость тощую шею, затем сместилась в сторону, уклоняясь от атак «подлетающих ближников» и чуть не кинула нам под ноги свой любимый каменный сироп. А после того, как узнала нас, оглядела защиту двух стихий японочки, поймала ее взгляд через щель каменного панциря огня и вопросительно мотнула головой:
— Ты как, в норме?
— Угу… — соврала та.
— Тогда подстрахуешь меня…
Уже через секунду эта парочка, поймав по воодушевляющему касанию, умчалась зачищать покои, занятые Инеем и Аямэ, а я задвинул куда подальше появившееся чувство вины перед Медовой Змеюкой, развернулся на месте, переместился к дверному проему, из которого в момент моего появления в коридоре вылетело густое облако каменной пыли, и чуть не впоролся в Раису Александровну, возникшую на пороге.
Ее каменный панцирь молний сиял от переизбытка вложенной Силы, но избыточная порывистость движений однозначно свидетельствовала о том, что женщина пребывает в состоянии дикого бешенства. Так что напрашивавшийся вопрос сорвался с моих губ сам собой:
— Все плохо, да?
— Изнасиловали… — хрипло ответила она. — И Волну, и Агрессию. А еще очень сильно изрезали их ножами! Ненавижу!!!
Я скрипнул зубами, задавил вспышку ярости и выдал боевой приказ:
— Осмотри покои Кнута и Ики — там может прятаться еще один урод. А я пока метнусь за Валей.
Пока несся скачками к лифтовому холлу, успел ужаснуться моральному состоянию «старшей сестрички», пообещать себе сделать все, чтобы избавить ее от кошмарных воспоминаний, и прийти к выводу, что высшее заклинание, использованное Земляничкой в состоянии аффекта, не только переключило магов Крови в боевой режим, но и прервало их забавы.
«Надо было попросить ее шарахнуть чем-нибудь подобным раньше…» — мелькнуло на краю сознания. А потом я увидел Незаменимую, отрешенно порадовался тому, что целительница заняла лучшее место из всех возможных, восхитился толщине ледяной брони жизни, сформированной под инверсией, и отправил девушку к пострадавшим:
 
— Беги к Рындиной и Пироговой. Их изнасиловали и сильно порезали. Как вытащишь первую, прикажи стереть второй весь негатив. Все, вперед!
Валя сорвалась на бег, а шаге на двенадцатом-пятнадцатом вдруг начала заваливаться на бок, да еще и подкручиваясь в падении. Я до предела разогнал сознание и, уже уходя в скачок, заметил, что с рук целительницы срывается сначала окоченение, а затем ледяной таран! Тому, что она кого-то замедлила, не удивился, ибо первое плетение было относительно простым. А вот атака одним из сложнейших высших заклинаний школы Льда, признаюсь, слегка шокировала. Впрочем, это не помешало выйти из перемещения возле нужного дверного проема, увидеть очередного уроженца Империи Солнца с защитой, продавленной как бы не на треть, и вложиться в обезглавливание.
Тормозить возле трупа и не подумал — пронесся мимо, пересек гостиную, ворвался в спальню и, кинув взгляд на кровать, рванул обратно.
Незаменимую догнал за миг до того, как она ворвалась в покои Волны и Агрессии, придержал за локоть и затараторил:
— Беги к Палычу — ему только что перерезали глотку! А к этой парочке я пришлю кого-нибудь еще.
Девушка снова сорвалась на бег. Только в обратном направлении. Я же наткнулся взглядом на закаменевшее лицо матушки, вылетевшей в коридор из покоев экс-русалки, ушел в скачок и после выхода из перемещения вцепился в предплечье, прикрытое защитой двух стихий:
— Что с ней⁈
— Позволила себя изнасиловать. Возбудила до умопомрачения. Сделала вид, что потеряла голову от страсти. Потянулась к нему губами. Подарила безумный поцелуй. А потом откусила язык и удерживала на месте, пока этот урод не истек кровью… — отрывисто сообщила родительница, а потом криво усмехнулась: — В общем, у нее сломано несколько ребер, свернут нос и выбито несколько зубов, но с психикой все в порядке.
«Понятное дело — ЕЕ насилием не испугаешь!» — подумал я, сообразил, что Суккуба наверняка вломилась в последние непроверенные покои, сообщил «любимой тетушке», что этот этаж, вроде как, зачищен, и попрыгал дальше.
В покои, в которых ночевали Варя с Катей, влетел на четвертом скачке и сразу же унюхал запах сгоревшего пороха. Ускорился, хотя знал, что тут уже порезвилась матушка. А когда ворвался в гостиную и увидел труп «незваного гостя», понял, что поспешил с выводами: у тела, валявшегося на широченной кровати, были отстрелены половина черепа и правая рука! Хозяек помещения заметил уже потом и с хрустом сжал кулаки: судя по изуродованному лицу, окровавленной груди и состоянию ног Барыни, ее противник умер далеко не сразу.
Гринева, в отличие от нее, выглядела… хм… фотомоделью, работающей в жанре «ню» — стояла на коленях правым боком ко мне, с распущенными волосами, фантастически красиво прикрывавшими полную грудь, плечо и верхнюю половину спины, и сверкала аппетитнейшей задницей.
Правда, при этом кусала губы и шарашила Жизнью в режиме высокорангового мастера, но это было более чем нормально.
Кстати, не прервала процесс исцеления даже после того, как заметила меня — коротко кивнула, сдвинула правую ладонь на несколько сантиметров в сторону и поделилась диагнозом пациентки:
— У нее тяжелое сотрясение мозга, раздроблена левая ключица, сломано шесть ребер, перебиты обе ноги, разрыв селезенки и так далее…
— А у тебя?
— Я просто вырубилась… — виновато призналась Екатерина. — Поэтому пришла в себя только после того, как Светлана Романовна нацепила на руку браслет-нейтрализатор.
— Спасибо, мой господин… — прохрипела телохранительница, как только целительница замолчала.