Конфеты 2: дисбат на Краю (СИ)

Пока я это вспоминал, вдали показалась несколько более крупная группа свиней.
Вернее я мог видеть сразу три небольших стаи, которые спешили сюда в некотором отдалении друг от друга.
Две многочисленные так же состояли из одной крупной твари и куда меньших свинок.
Третья часть была малочисленной и вначале самой отдалённой. Но это была дюжина самых крупных монстров. Они обогнали сородичей, часть из которых буквально затоптали.
Однако как раз такой разгон и упёртость были идеальны для нитей. Дюжина огромных свиней, которых непонятно куда собирать, сама себя рассекла.
Кости оказались крепкими, чтобы нити, которые крепились на воздушных лентах, соскочили и прошлись по мягким тканям.
Но всё равно это было смертельно.
Обе оставшиеся группы свиней, видя что произошло с более сильными сородичами, не сбавили темп и приблизились ко мне.
Понятное дело, что вокруг меня был не один слой нитей, а создать новые было недолго. Это намного проще, чем орудовать движущимися воздушными лентами.
— Теперь вытаскивать и разделывать всё здесь. Ну, зато не надо за ними бегать самому, — усмехнулся я.
Стоило это произнести, как рация ожила:
— Всем отрядам, всем офицерам и прочему персоналу. Кубанский Край объявляется закрытой зоной. Включена система барьеров подавления пространственной телепортации во внешний мир. Пока не будет уничтожен офицер-отступник Орехов, дисциплинарный батальон перестаёт списывать сроки. Деньги перестают начисляться на ваши счета. Выезд запрещён. Убивший Орехова получит миллион рублей, любое растение из Ботанического Сада и полную индульгенцию на одно деяние из прошлого. Кроме того лично от меня, начальницы гарнизона, вы получите тысячу червонных монет и огненное Сердце.
После этого рация замолчала.
А вот и веселье. Браслеты на моём теле начали резко собирать энергию для последующей активации.
  
Глава 15
 
*БА-ААаа-а-а-а-ух!!
Ударная волна на месте нахождения браслетов создала воронку шириной в двенадцать метров и глубиной в полтора.
Я потёр руки, регенерирующие на месте, где были эти цацки.
— Давно надо было это сделать, мешались кровотоку после развития тела, — проворчал я, поглаживая красные вмятины, которые сейчас бурно выправлялись.
Как я и думал, перехваченные мною магические сигналы сработали, браслеты удалось снять без особых последствий. Иначе возникла бы проблема с кольцом на шее.
Конечности можно аккуратно отсечь, чтобы затем прирастить их назад. А вот с головой так не поступить. При этом у артефактов есть система автоматической активации для подобного случая, то есть требовалось избавиться от всех в короткий срок от секунды в идеале до трёх на грани смерти.
Предмет на шее надо было бы аккуратно блокировать в точках активации. Это требовало очень много контроля.
Снять с другого было бы намного проще.
Ну, умение следить за магическим фоном меня выручило.
Я осмотрелся по сторонам.
Пока я отвлекался, ко мне уже неслось трое Шматов.
Впереди был легион с длинным мечом, немного позади бежали двое с топорами.
Странно, у них же должен быть огнестрел, кажется. Плюс глаза пока не светятся.
Похоже, они всё ещё не в боевом режиме.
Однако в сорока метрах от меня глазницы орков засветились красным светом, спустя несколько шагов они пролезли между нитей, затем пару раз увернулись от воздушных лент.
— Есть! Будет весело! — Усмехнулся я, оставил две воздушные ленты и начал бой, в котором изучал типичные движения противников.
Они оказались несколько разными.
Мечник блокировал воздушные ленты лезвием своего оружия, а орки с топорами предпочитали уворачиваться, стремясь ко мне.
При этом они вообще плевали на царапины и порезы, защищали и уводили из-под удара только голову, грудь, живот и пах.
Мечник целился мне в ноги, мясники с топорами мне в грудь.
Из оружия с собой я взял только дубинки. Вместе с порывами ветра я не допустил ни одной раны против легионов, однако сам я пока не стремился нанести решающих ударов.
 
Причин было четыре:
— уже обозначенное изучение противников, которые ускорялись с течением времени;
— изучение критических мест орков-легионов: мои удары секли предполагаемые уязвимые точки на конечностях, пока это было бесполезно. Рассечение артерий было предсказуемо неопасно для зелёных;
— изучение возможностей моего собственного тела;
— главной причиной было пятно, которое было невидимо для обычного зрения. Его можно было заметить только волшебным взглядом.
Последний пункт имел ауру того самого существа, позаимствовавшего внешность Салтыковой.
Однако в какой-то миг орки-легионы начали светиться силой куда сильнее, их глаза стали буквально прожекторами.
Вооружённый всего двумя лентами я стал проигрывать всё более ускоряющимся противникам, привыкающим ко мне.
Пока меня просто теснили, кокон блокировал урон. Орки стали слишком шустрыми.
В следующее мгновение ярлык резко обрубил сбор энергии, врубил помехи и при этом начал становиться тяжелее с каждой долей секунды.
Мгновением позже невидимка оказался за моей спиной и попробовал нанести удар мне в затылок.
Я выпустил ещё сорок лент вокруг себя, они мгновенно срезали такой мне привычный артефакт надувания, а заодно рассекли опавшую на землю тёмную эльфийку, с которой исчез морок «Салтыковой».
Я быстро добил её ударом в голову и переключился на уничтожение зелёных.
Они долго избегали смертельных ударов за счёт скорости реакции и блоков оружием. Их слабость была в конечностях. Да, я не мог разрубить кости, мягкие ткани стремительно восстанавливались, но суставы оказались не так сильны. На их восстановление требовалось секунд семь, за это время противники теряли ловкость, а дальше дело настырности: забрать оружие и покрыть каждого коконом.
Я уже собирался нанести финальный удар первой из целей, как дубинка в моих руках вспыхнула в месте нанесения инвентарного номера.
— Тьфу ты, а я этого не видел, — удивился я подействовавшей магии.
В следующий миг во всех трёх орках начался какой-то процесс.
Я схватил топоры, на которых инвентарных номеров не оказалось, и быстро отбежал в сторону.
Это было сделано вовремя, так как последовавший взрыв не шёл в какое-либо сравнение с детонацией после исчезновения браслетов.
Я заткнул свои уши, так что только представляю, какой последовал взрыв, последствиями которого была устойчивая взвесь пыли и грунта в воздухе.
Ждать, пока всё осядет, я не стал, а рванул вперёд.
Артефакты из лабаза не имели инвентарных номеров, но я точно знал, что они и рация отслеживаются. Орочье оружие, наверно, тоже.
Ну, пока отказываться от этого я не планировал. Зачем мешать веселью? Кроме того отслеживание пространственных артефактов было вшито в их структуру так, что её уничтожение нарушает функционал. Я это проверял, знаю.
Я ушёл на границу этого сектора с Зоной. Там уже начал разделку и приготовление свинины.
Я мог видеть в отдалении последнего члена «моего» отделения. Кроме того трижды ко мне приходили самоубийцы под предводительством прапорщиков Шматов. Стабильно это было по сотне человек в браслетах и всего один орк.
В мой адрес слышались крики, оскорбления, прочая ерунда.
А вот волшебные силы противников были плачевны на грани моего позора.
Но не я на них нападал, а они на меня. Так что моих принципов их уничтожение не нарушало.
После демонстрации моей мощи некоторые убегали, но на определённом расстоянии взрывались подобно трупам под воздействием браслетов.
В итоге я оставался против Шмата, который сражался до определённого момента, после которого следовал взрыв.
Так оказалась испорчена некоторая часть мяса копилок, но ничего критичного.
Однако я узнал две вещи: режим поезда не вырубает взрыв, а моя плоть достаточно крепка.