В Кольце (СИ)

— Да, что-то похожее на улыбку у нормальных людей. — не отставала Саша. — Вам не идет.
— Когда все идет по плану и даже с опережением, отчего не улыбаться? Сегодня на удивление спокойный день, отличный ужин и даже компания за столом. А как у тебя день прошел?
Саша запнулась на полуслове, потому что не знала, что ответить. Что можно сказать человеку, который убирает следы преступлений его соратников и ее саму тоже, по-хорошему, должен был ликвидировать? Рассказать, что в тайне от хозяина объедалась жареной курицей и схомячила килограмм мандарин, потому что уже забыла вкус свежих фруктов? Так себе история.
— В основном готовка и уборка. Хотела узнать, вам надо что-то стирать или вы сами справитесь?
— Да, раз в два дня меняй постельное белье. С остальным потом разберемся. Ах да, и надо рубашки из шкафа еще раз прогладить, они помялись. И завтра приготовь какой-нибудь суп. Соскучился по наваристому борщу или харчо. На твой выбор.
— Ого, в пору список составлять.
— Можешь записать, я не против.
— Еще что-нибудь, Константин Михайлович? — на этот раз тон Саши был больше язвительный, чем услужливый.
— Навряд ли ты мне еще чем-то можешь помочь.
А он не промах. Был бы в плохом настроении обязательно напомнил бы, из какой задницы вытащил девушку. Но сегодня у него хорошее настроение, так что он и сам не против съязвить.
1 марта
Вроде первый день весны, а на улице такой мороз, что носа не высунуть. Весной и не пахнет. Сегодня с самого утра отовсюду слышен грохот — это сносят дома в городе, которые признали непригодными. Нам хоть и повезло, но все же некоторые районы фонят больше, чем надо. Не знаю, с чем это связано. Может и мне повезло не так сильно, как я считала? Вдруг и мой дом тоже снесут, потому что он заражен? Жалко будет, новый дом, столько воспоминаний.
Я подумала, что если откроют район, если вернутся люди, то и я смогу вернуться на свою дачу. Все же чужой дом никогда не заменит родных стен. Но пока все в подвешенном состоянии. Я не знаю, чем все закончится.
И еще пугает этот Константин Михайлович, самый главный тут. Теперь я работаю кем-то вроде личной прислуги — приготовь, постирай, не мешай. Так-то у меня образование совсем другое и социальный статус явно не посудомойки, но спорить с ним…
Он странный, замкнутый и неприятный тип. Эдакий фашист из старых военных фильмов. Никогда не знаешь чего от него ждать — не то улыбнется и глупо пошутит, не то достанет пистолет и пристрелит. Я думаю, никто из его окружения до конца его не знает, а сам он тщательно скрывает настоящее лицо. Но то лицо, что показывает — пугает до мурашек. Хорошо, что мы видимся не больше часа в день.
  
23
 
5 марта
Вчера что-то случилось в городе, вроде как неудачно снесли дом, погиб один человек и еще двоих увезли вертолетом за Кольцо. Константин ходил чернее тучи, за весь вечер и утро не произнес ни слова. Должно быть влетит ему по самое не балуйся за этот инцидент.
И нет, я не победно улыбаюсь, потирая ручки. Я была на его месте и за каждую, даже незначительную проблему, переживала, словно это конец света. Деда Леша, Борисыч — они умерли в те дни, когда я несла ответственность за этих людей. Я же места себе не находила, просто никому не показывала.
За Константином пять тысяч человек и за каждого он несет ответственность. Может поэтому в те дни, когда никто не косячит и не убивается, он в хорошем настроении?
А еще у него наверняка есть начальство. Ну те, кто еще выше. Я даже не знаю, как их называть. Супербосы? Мегавояки? Десептиконы в погонах? И наверняка после событий годовой давности там, на верхушке, страшная грызня за власть. Интересно узнать, на какой ступени Константин и как сильно он получает по голове за каждый косяк?
Но, опять же, я не издеваюсь и не язвлю. Не представляю, как вообще можно управлять такой толпой. Я с пятнадцатью-то человеками не смогла справиться.
 
***
Ровно в пять двадцать утра Константин сидел за столом в ожидании своего завтрака. От одного его присутствия и ледяного взгляда воздух тяжелел и становилось тяжело дышать. Саша молча поставила тарелку, налила кружку черного кофе, с одной ложкой сахара и без молока. И даже села напротив, хотя он и не просил. Обычно, если он в хорошем настроении, то всегда просил посидеть для компании.
Саше даже стало немного жалко мужчину. Она начала понимать, что за маской пренеприятного человека с ледяным взглядом и поджатыми губами скрывается человек, на плечах которого слишком много ответственности. Каждая проблема, буть то сбежавшие за Кольцо негодяи или найденная живая девушка, которой не должно быть в принципе, заставляет лишний раз нервничать. И таких нервных точек за день могут быть десятки, если не сотни.
— Что вы хотите на ужин? — осторожно спросила Саша, стараясь не смотреть на хозяина дома.
— Не принципиально.
И больше ни слова. Так Саша и ходила весь день с ощущением, что в доме стало холодней. Сколько не топи винтажную буржуйку, сколько горячего чая в себя не вливай, а все равно зябко.
6 марта
С днем рождения меня! Я смогла дожить до двадцати пяти в Кольце. Должно быть, это большое достижение. Думаю, Константин не сильно расстроится, если я долопаю последние мандарины. Денюха же.
***
В девять ноль пять вечера Константин сидел за столом. Его пунктуальности могут позавидовать все часы мира. За неделю совместной жизни он ни разу не проспал и ни разу не опоздал с работы. Должно быть привычка, выработанная годами. Сашу, которая всю свою не очень долгую жизнь проработала на удаленке, такой порядок пугал. Надо же хоть иногда послать всех к черту и проснуться не в пять утра, а проваляться в кровати весь день. Или пить всю ночь в веселой компании и лечь спать под утро.
— Ты вообще когда-нибудь ешь? — спросил Константин, заглядывая в полную тарелку с ужином.
— Да, немного раньше вас.
Девушка упорхнула на кухню за хлебом и горячим чайником, а в это время Константин усиленно подбирал слова, не притрагиваясь к еде.
— Слушай, — крикнул он через гостиную на кухню, — я не против, если ты будешь ужинать вместе со мной. В смысле, рядом. За одним столом.
Девушка задержалась на кухне, переваривая предложение мужчины. Надо что-то ответить, но в голове только язвительные усмешки, из серии «рядом с вами любая еда горчит». Слишком долго на кухне задерживаться нельзя, поэтому Саша вернулась с чайником в руке и максимально сдержанно ответила:
— Спасибо, но не хочу вам мешать.
— Ты не мешаешь. Садись, хотя бы чай попей.
Пришлось садиться напротив и улыбаться, чтобы Константин не заметил легкий налет недоумения. Сейчас он в хорошем настроении, хотя утром был сам не свой. Перемены в поведении в конце-концов сведут с ума, потому что невозможно угадать, кто сегодня сидит перед тобой.
— Как прошел твой день? — неожиданно спросил Константин.
— Хорошо, спасибо. А у вас?
— Неплохо. Надо бы ускориться, но пока погода не позволяет.
— Да уж, весной и не пахнет. — Саша в ответ машинально улыбнулась и сама не заметила, как по привычке отломила кусочек хлеба из общей тарелки.
— Через пару дней вроде как международный женский день. — неуклюже продолжал мужчина. — Что можно подарить нашим женщинам?
— Вы у меня спрашиваете?
— Тут вроде больше никого нет.
— Оу, не знаю. Тюльпанчики и конфеты?
— Да, я тоже так подумал.
— Отлично.
— Ты бы что хотела получить?
Саша внимательно посмотрела на мужчину, оценивая долю иронии в его словах:
— Я? Ничего не надо, спасибо.
— Не любишь конфеты? Или тюльпаны?
— Просто не жду от вас никаких подарков.
Милая беседа зашла в тупик. Надо бы что-то сказать, но Константин не хотел выглядеть навязчивым.